Спуск вниз занял не больше десяти минут, так что вскоре Леанти нерешительно замерла перед полосой грязно-серого снега, выступавшей своеобразной границей. Ей требовалось сделать всего один шаг - и она ступит на проклятые земли Шаррэн-Ха. Правда, что именно чародейка надеялась здесь найти - не знала даже она сама. Не исключено, что весь этот путь вообще был проделан зря.
- Давай, Илейн, ты сможешь... - пробормотала девушка себе под нос, заставляя себя сдвинуться с места.
Как только она переступила невидимую границу, в лицо врезался порыв кинжально холодного ветра, не имевшего ничего общего с природой. Это было дыхание смерти и разложения. Бескомпромиссное, безразличное ко всему, противоречащее самой жизни, ледяное и равнодушное. Эльфийка покачнулась, судорожно хватая ртом воздух, пытаясь восстановить мгновенно сбившееся дыхание и отделаться от ощущения стиснувшей сердце ледяной руки. Краем сознания Леанти отметила старания разработчиков, сделавших вход в локацию по-настоящему жутким.
Ей потребовалось несколько минут на то, чтобы прийти в себя. Это было тяжело. Воздух был тухлым и вязким, как кисель, движения давались с огромным трудом, а ноздри щекотал отвратительный запах гниения, исходивший, казалось, отовсюду. Чародейку передернуло, но она все же взяла себя в руки, медленно и осторожно, как сапер на минном поле, начав продвигаться по направлению к центру пустоши.
По дороге ей не встретилось ни одного следа битвы, бушевавшей здесь. Ни скелетов, ни ржавых обломков оружия, ничего не было. Хотя заклинательница на это и не рассчитывала. Все же, со времен той битвы прошло уже немало времени, и учитывая что за энергия, эманации которой пропитали собой землю и немногочисленные остовы деревьев, здесь бушевала, все, что могло бы сгнить, сгнило, обернувшись прахом и развеявшись по ветру.
Леанти шла по этой пустыне уже два часа реального времени, о чем заботливо сообщали часы в верхней правой части пользовательского интерфейса, а пустошам не было видно ни конца, ни края. Солнце, так и не пробившись сквозь полотно свинцовых туч, устало скрылось за горизонтом, обрушив на девушку непроглядный мрак, сквозь который не могли пробиться ни звезды, ни луна, и даже острое эльфийское зрение здесь было бессильно.
Жуткая тишина опустилась на выжженное пространство вместе с мраком. Казалось, будто воздух вдруг перестал пропускать звуки. Выскочивший из темноты сгнивший почти до основания ствол дерева был настолько внезапным, что девушка едва не выпустила в него пару заклинаний. Поразмыслив немного, Леанти с некоторой неуверенностью извлекла из инвентаря и зажгла факел, крепко сжав в другой руке посох, готовая в любой момент выпустить из его навершия, по которому пробегали синие искры, смертоносную магию. Ее нервы были буквально на пределе.
Отчетливый звук шагов заставил девушку замереть на месте, вслушиваясь в темноту. Хруст песка звучал в некотором отдалении, постепенно приближаясь. Тяжелая бряцающая походка облаченного в доспехи воина становилась все громче и громче. Чародейка почувствовала, как табун мурашек пробежал по ее спине. Кто бы это ни был - он уже внушал ей страх.
Огромный черный силуэт, идущий навстречу девушке, медленно приближался с неотвратимостью лавины. Эльфийка невольно сделала пару шагов назад, и лишь осознание, что без света факела она вообще ничего не увидит, останавливало ее от того, чтобы погасить источник света, замерев в кромешной тьме и надеясь, что идущий пройдет мимо. Хотя что-то подсказывало волшебнице, что это ее не спасет, и неведомое существо так или иначе найдет ее.
И вот, наконец, неведомый странник приблизился к ней достаточно, чтобы свет факела осветил его фигуру. Это был высокого роста и могучего телосложения широкоплечий мужчина с землистым лицом, на котором отчетливо проступали черные следы гниения, похожие на тот шрам, что показывал девушке Ошлан. Он был облачен в старые искореженные латы, частично скрытые изорванным в лохмотья табардом с гербом королевства Эстромо - короной заключенной в пентаграмму. Втиснутые в массивные латные перчатки руки сжимали тускло поблескивающую секиру, даже на вид необычайно острую и нисколько не затупившуюся за прошедшие века.
Рыцарь королевства Эстромо
Тип существа: нежить, зомби.
Уровень: 97; Количество жизней/магической энергии: 32 740/2 000
Леанти начала медленно отступать. Убежать у нее все равно не получится, в этом она не сомневалась, а попытка отступить была сделана больше по привычке и в безумной надежде, что зомби-Рыцарь ее не тронет. Но надежда эта была глупой.
Тускло блеснуло в неровном свете факела лезвие секиры, а голова эльфийки покатилась по выжженной земле. Обезглавленная чародейка кулем осела на землю и, охваченная было обычным золотым сиянием, которым сопровождалась отправка на перерождения, начала исчезать, когда сияние сменило свой оттенок на грязно-зеленый. А в следующий миг зомби-Рыцарь остался один, чтобы постояв несколько минут, продолжить свой путь. На том месте, где только что умерла эльфийская волшебница, остались на черной земле лишь несколько брызг крови, догорающий факел и стремительно разлагающаяся светловолосая остроухая голова.
***
Сухопарый старик среднего роста, облаченный в выцветшую робу, оторвался от изучения книги в бордовом переплете, маркированной заключенной в пентаграмму короной, когда вычерченный в центре просторного зала сложный магический круг, внезапно ожил. Сначала слабое, но с каждым мгновением усиливающееся темно-зеленое сияние, исходившее от рунических письмен, заставило старика поморщиться и потянуться к прислоненному к столу резному посоху из черного дерева с инкрустированным сапфиром набалдашником.
- Похоже, ловушка-душелов кого-то поймала, - пробормотал он, суетясь вокруг магического круга, сияние которого сначала пошло на спад, а потом образовало фигуру полуобнаженной хрупкой девушки, в которой заостренные длинные уши выдали принадлежность к расе долгожителей.
- Эльфийка, - задумчиво хмыкнул старик, вычерчивая посохом несколько сложных фигур перед зависшей в воздухе девушкой. Фигура стала уплотняться и менять цвет, после чего бледнокожая эльфийка с распущенными светлыми волосами и в одном нижнем белье упала ничком на каменный пол прямо в центр магического круга. Сияние ловушки-душелова полыхнуло еще раз, с неохотой отпуская свою жертву, и погасло, а старик уже без опаски перешагнул границу круга и приблизился к лежащей лицом вниз девушке, которая уже начала приходить в себя.
- Хм, и кто же ты? - спросил старик, когда эльфийка, наконец, пришла в себя и, слегка покрывшись румянцем от осознания своего вида, приняла сидячее положение, даже не пытаясь подняться на ноги из-за слабого, но стойкого головокружения.
Активировав магическое зрение, он с любопытством разглядывал ауру сидящей перед ним девушки, которая носила ярко выраженный магический след, выдавая в ней волшебницу. Кроме того, аура несла отпечаток магии скверны, характерный для чернокнижников, но вот на магию тьмы не было и намека. Да и сам отпечаток носил поверхностный характер, как будто оставленный извне. Иначе говоря, перед стариком стояла неинициированная, но уже прошедшая испытание смертью чернокнижница с потенциалом некроманта. Хоть и необученная. Но это пока.
- Любопытно, - пробормотал старик, обратно переходя на обычное зрение. - Очень любопытно.
***
Место, в котором оказалась Леанти после своей смерти, было очень странным. Просторная комната со сводчатым потолком, выполненная из темно-серого шершавого камня, с несколькими массивными шкафами и столом у одной из стен, а также множеством артефактов неизвестного назначения и сложным магическим кругом в центре комнаты, в котором оказалась эльфийка, потерявшая всю свою экипировку и немногочисленные сбережения после смерти в пустошах Шаррэн-Ха, была совсем не похожа на уже знакомый волшебнице городской собор, в котором возрождались после смерти все игроки. Это место было незнакомым, но довольно уютным. За исключением худощавого старика среднего роста и в выцветшей мантии, опирающегося на посох и изучающего ее цепким взглядом. Поняв, что сидит перед незнакомым мужчиной почти голая, Леанти немного покраснела и попыталась прикрыться, но старик ее попыток даже не заметил. Равно как и ее ответа на заданный им вопрос. Его глаза вспыхнули ровным сиянием и изучающе прошлись по ней, после чего старик пробормотал.