Выбрать главу

Кого я обманывала. Мне нужна гарантированная безопасность.

Я могла бы продолжать заниматься отслеживанием улизнувших из-под залога, это было рискованно, в лучшем случае. А в худшем… Мне даже не хотелось думать, что будет в худшем случае. Помимо перспективы получения угроз, ненависти и, вероятно, приставаний, возможных ранений или, не дай Бог, смерти на свою голову, мне нужно выработать свой собственный подход. И я должна сделать вложения в воинские искусства и изучить хоть какую-нибудь технику полицейских по захвату уголовных преступников. Не хочу превращаться в Терминатора, но и оставаться на моем уровне незадачливого Элмера Фадда (диснеевский герой из мультика про кролика Банни – Прим.пер.) мне не хотелось. Если бы у меня был телевизор, я могла бы заново просмотреть «Кэгни и Лейси» (полицейский сериал 80-х – Прим.пер.).

Вспомнив свой план установить еще один засов, я решила нанести визит Диллону Раддику, нашему управляющему. Мы с Диллоном были приятелями, в нашем доме только мы двое не думали, что Метамусил – это одна из четырех основных пищевых групп (имеется в виду клейчатка, но и сленг, обозначающий разновидность любительского видео – Прим.пер.). Диллон шевелил губами, когда читал комиксы, но дай этому парню инструмент в руки, и он становится чистейшим гением. Он жил в подвальных недрах здания в маленькой занавешенной коврами квартирке, которая никогда не видела дневного света. Там всегда звучала утробная серенада громыхающих бойлеров и водонагревателей, сопровождаемая свистом воды в трубах. Диллон как-то сказал, что ему это нравится. Пояснил, что ему чудиться при этом океан.

- Привет, Диллан , - поздоровалась я, когда он открыл дверь. - Как дела?

- Да все путем. Не могу жаловаться. Что могу для тебя сделать?

- Беспокоюсь насчет криминала, Диллон. Думаю, будет хорошей идеей поставить еще засов на мою дверь.

- Это круто, - согласился он. - Предосторожность никогда не помешает. На самом деле, я как раз закончил установку засова для миссис Лагер. Она поведала, что какой-то большой, огромный парень вопил в холле поздно ночью пару дней назад. Сказала, что это ее, не знаю, как напугало. Может, ты его слышала тоже. Дверь миссис Лагер через две двери от твоей.

Я чуть не подавилась, сопротивляясь желанию громко сглотнуть.

- Я знаю имя этого большого, огромного парня .

- Постараюсь достать замок завтра, - сказал Диллон. - Между прочим, как насчет пива?

- Пиво – это хорошо.

Диллон вручил мне бутылку и банку со смесью орехов. Потом усилил звук телевизора, и мы плюхнулись на диван.

* * * * *

Я поставила будильник на восемь, но, предвкушая поиски фургона, уже в семь была на ногах. Я приняла душ и потратила некоторое время на волосы, высушив их феном, нанеся немного геля и побрызгав лаком. Когда я закончила, то стала похожа на Шер в ее не лучшие времена. Все же Шер в плохие дни – это еще не конец света. Я влезла в последние чистые шорты из спандекса. Натянув подходящий к ним спортивный бюстгальтер для усиления поддержки моей верхней части, я скользнула в большую свободную фиолетовую футболку с огромной спадающей горловиной. Потом зашнуровала свои кеды «Рибок», превращающие в лохмотья мои белые носки, и ощутила себя жутко крутой.

Позавтракала я сухими завтраками «Фростед Флейк». Раз они были достаточно хороши для Тони Тайгера (тигр, изображенный на коробке – Прим.пер.), значит, подходили и мне. Я проглотила мультивитамины, почистила зубы, всунула пару золотых колечек в мочки ушей, подкрасила губы помадой цветы красной вишни и приготовилась к выходу в свет.

Цикады стрекотом оповещали о наступлении еще одного жаркого дня, а по асфальту растеклось то, что осталось от утренней росы. Я выехала со стоянки в неизменный поток транспорта на Сент-Джеймс. На соседнем сиденье была расстелена карта, ко всему прочему я завела блокнот для телефонных номеров, адресов и разнообразных обрывков информации, относящихся к работе.

Дом, где была квартира Рамиреза, располагался в середине квартала, и затерялся среди подобных ему четырехэтажных домов без лифта, построенных бок о бок для рабочей бедноты. Весьма правдоподобно, что дома изначально были заселены рабочими-иммигрантами - ирландцами, итальянцами, поляками, привезенными из Делавера для работы на фабриках Трентона. Трудно было сказать, кто сейчас здесь жил. Не было стариков на крылечках перед домами, на тротуарах не играла детвора. Две азиатки среднего возраста стояли на остановке в ожидании автобуса, прижимая к груди сумки, лица их были лишены выражения. Фургонов в наличии не было, им негде тут спрятаться. Ни гаражей, ни переулков. Если Морелли следил за Рамирезом, то, должно быть, с задних дворов или из смежной квартиры.

Я заехала за угол и обнаружила улицу с односторонним движением, пересекающую квартал. Здесь также не было гаражей. Асфальтовое покрытие подходило вплотную к задней части дома Рамиреза. По диагонали на бетонной плите была линией очерчена парковка на шесть машин. Присутствовали только четыре автомобиля. Три старых драндулета и серебристый «порше» с именным номером «Чемп», напечатанном золотыми буквами. Все машины были пустые.

Через подсобную дорогу располагались квартиры, сдаваемые в аренду. Это могло быть подходящим местом для наблюдения или прослушки, подумала я, но никакого признака Морелли не наблюдалось.

Я пересекла дорогу, покружила по кварталу, методически расширяя зону поисков, пока не объехала все проезжие улицы в девяти кварталах, составляющих квадрат. Фургон не был обнаружен.

Я направилась на Старк Стрит и повторила процедуру по поиску фургона. Поскольку там были и гаражи, и боковые улочки, я припарковала «чероки» и отправилась пешком. К двенадцати тридцати я сунула нос в такое количество заброшенных вонючих гаражей, что мне хватило бы до конца жизни. Если бы я скосила глаза, то могла увидеть свой облезший нос, волосы мои торчком стояли на потном затылке, и я уже заработала бурсит от громоздкой сумки через плечо.

К тому моменту, когда я вернулась к «чероки», ноги горели, как в огне. Пришлось прислониться к машине и проверить, не растаяли ли мои ступни. За квартал от меня можно было наблюдать Лулу и Джеки, торчащих на углу. Я решила, что не вредно побеседовать с ними еще раз.

- Все еще ищешь Морелли? - спросила Лула.

Я сдвинула темные очки на макушку.

- Ты его видела?

- Нет. Даже не слышала ничего о нем. Мужик залег на дно.

- А что насчет его фургона?

- Ничего не знаю о фургоне. В последнее время Морелли водил красно-золотой «чероки» типа того, что у тебя.

Глаза ее широко распахнулись.

- Дерьмо-о-о, это не машина ли Морелли?

- Позаимствовала некоторым образом .

На лице Лулы проступила усмешка.

- Милочка, ты мне говоришь, что стянула у Морелли машину? Подружка, он надерет твою тощую белую задницу.

- Пару дней назад я видела его в потрепанном голубом «эконолайне», - гнула я свою линию. - Из всех дырок торчали антенны. Тебе не попадалось на глаза что-нибудь похожее поблизости?

- Мы ничего не видели, - заявила Джеки.

Я повернулась к Луле.

- А что насчет тебя, Лула? Ты видела голубой фургон?

- Скажешь мне сейчас правду? Ты, в самом деле, беременна?

- Нет, но могла бы. Четырнадцать лет назад.

- Так что ты здесь делаешь? Что хочешь от Морелли?

- Работаю на его поручителя. Морелли сбежал из-под залога.

- Без балды? И за это что-нибудь платят?

- Десять процентов от залога.

- Я могла бы этим заняться, - сказала Лула. - Может, следует сменить профессию.

- Может, хватит тебе болтать и попытайся выглядеть более призывной, пока твой старик не вышиб из тебя дерьмо, - прервала ее Джеки.