В какой-то момент, Рина поняла, что Михаил в их семью вкладывает гораздо больше усилий, чем она сама. Наверное, этого ей раньше и не хватало для душевного покоя. Для того, чтобы понять: любит ее муж, ценит, готов ради нее на многое, а все ее сомнения - это просто глупые выдумки. Отпустило. Полегчало. И вдруг оказалось, что раньше она сама себе не позволяла расслабиться и просто наслаждаться жизнью с любимым мужчиной. Ждала подвоха постоянно, и от этого совершала ошибки. А как только страх быть отвергнутой исчез, пропала и половина претензий.
На все эти перемены, конечно же, ушло немало времени - несколько лет. Но зато второй сын был зачат и рожден уже совсем в другой атмосфере. Правда, им с Мишей очень хотелось дочку. И Виктор изначально был задуман как Виктория… Конечно же, это было ерундой, и на отношении к ребенку никак не сказалось, что он слегка не того пола. Но вот мечта о девочке так и застряла в душе у обоих родителей.
И вот, казалось бы, шанс эту мечту воплотить… Но Арина словно вернулась в свое прошлое, пятилетней давности: опять сомнения, страхи, обиды возвратились. Умом понимала, что глупо это все, но победить себя не могла никак. Все-таки, третий ребенок, когда ты в декретном отпуске, муж вкалывает за троих, да еще и жилье ипотечное, - это не самый легкий шаг…
- Арин, я тебе ничего советовать не буду. Бесполезное это занятие. Ты, главное, не тяни до последнего момента, когда уже в роддом придется ехать, а Мишка все так же будет не в курсе. Он, конечно, из дома-то вас не выгонит, за такой сюрприз, парень добрый… Но ты ж и сама себе можешь побег устроить, и не спорь. Только, пожалуйста, помни, что тогда ты только за свою дурную голову отвечала, а сейчас еще за несколько голов. За Михину, кстати, тоже. Он ведь и сбрендить может, если ты начнешь опять фокусы показывать.
- Спасибо, Тань. Сегодня же и скажу… Наверное… Очень постараюсь. Надо только момент подобрать подходящий.
Таня лишь молча играла бровями и поджимала губы. Это означало, что Аринино поведение весьма осуждает, но вслух об этом не скажет, из дружеской солидарности.
- О, кстати, Миша звонит… - Арина схватила трубку, торопясь прервать неприятную паузу. - Да, милый, привет! - это уже с мужем разговаривая.
- С Витей в кафе сидим, ждем, когда Дима напрыгается на тренировке. Ну, Витя тоже прыгает, конечно, а я вот сижу.
Ответ Таня не слышала, но, видимо, Миша чему-то сильно удивлялся. Интонации слегка доносились.
- Не одна, конечно… С Таней… Болтаем обо всем на свете… Ну, извини, не слышала с первого раза, тут шумно… Да, конечно, о важном…
Тане снова показалось, что Миша чем-то не сильно доволен, потому как Арина сделала долгую паузу, его выслушивая, и даже шутливо закатила глаза.
- Да, Миша! Об очень важном! Гораздо важнее, чем это несчастное ТО, о котором я забыла! Мы сидим и думаем, как тебе рассказать, что я беременна. А ты мне тут выговариваешь про какие-то автомобили…
Таня поперхнулась чаем, закашлялась, при этом стараясь не хрюкнуть от смеха. Все-таки, Аринка достигла потрясающих высот в развитии: вместо того, чтобы замкнуться в ответ на претензии мужа, она ему все сразу и выпалила. Получите-распишитесь, что называется.
- Ну, и что ты замолчал? Алло? Миш, ты там жив, ау? - Теперь уже подруга казалась обеспокоенной, но не будущим сложным разговором, а здоровьем мужа. - Жив? Ну, слава богу. Да, дома обсудим, конечно… Ну, ты ж хотел услышать, что у нас могут быть за важные секреты, вот и услышал. Теперь живи с этим. А я поеду за Димой. И машину чинить.
После такой беседы, часы, оставшиеся до вечера, стали казаться то бесконечными, тянулись бессовестно, то, наоборот, неслись вскачь, не позволяя подготовиться к встрече с мужем.
Слава богу, Миша дождался, когда оба сорванца будут уложены, и только тогда уселся напротив Арины, напряженно глядя ей в глаза.
- Рассказывай.
- А что, собственно, теперь рассказывать? Ты уже и так все знаешь… - Действительно, всего-то и надо было несколько слов произнести, а она уже две недели маялась.
- Зачем тебе Танин совет был нужен? Просто сесть рядом и поговорить не могла?
- Миш… Тебе же и так сложно сейчас, один троих тащишь… И тут - вот, сюрприз… - Раньше Арина предоставила бы мужу право угадывать, в чем причина ее молчания. Но хоть эту привычку она в себе изжила.