— Расскажу, но сейчас у меня мало времени. — Если она добралась до города раньше него, то времени у него нет совсем.
***
Старый Ангус, который отворил дверь, когда Маргрет постучала, даже не удосужился посмотреть на ее лицо, только мельком взглянул на ее потрепанную одежду.
— Мы подаем милостыню у церкви.
Дверь начала закрываться, но она успела просунуть в щель ногу и, когда слуга, нахмурившись, поднял лицо, откинула промокшую шаль.
Он вытаращил глаза.
— А теперь, — заговорила она тихо, но настойчиво, — я ведь не ошибусь, предположив, что в данный момент мой кузен вкушает свой прекрасный ужин в столовой? Уверена, он с радостью пригласит меня за стол.
Не дожидаясь, пока ее проводят, она переступила через порог.
Обстановка дома окружила ее, пока она взбиралась по скрипучей лестнице на второй этаж. Окна в свинцовой оправе, тяжелые балки под потолком излучали уют и тепло, как шерстяное одеяло.
Иллюзия была испорчена видом ее кузена Джона Дана, сидящего за семейным столом и подносящего к своим толстым губам одну из ее серебряных ложек.
У двери она задержалась, бросила на пол свой вымокший мешок и стремительно вошла в комнату.
— Кузен, — произнесла она, — вот мы и увиделись снова.
Его рука, держащая ложку, остановилась на полпути к разинутому рту.
— Прошу, не утруждайся вставать. — А он отлично питался весь этот год, судя по размеру его живота. — Я разделю с тобой трапезу. Тушеный цыпленок, я угадала?
Но он, конечно же, встал.
— Ангус! Ты где?
— Наверное, все еще стоит у входной двери с таким же остолбенелым видом, как у тебя. — Она подошла ближе, а он переместился в сторону, чтобы между ними оставалась преграда стола. — Джон, ты глядишь на меня так, будто я восстала из мертвых. Но я очень даже жива. А знаешь, кто умер? Моя мать.
— Мои соболезнования. Очень ж-жаль это слышать, — заикаясь, пробормотал он.
Он сделал шажок к двери, но Маргрет встала у него на пути.
— Говоришь, тебе жаль, Джон? Удивительно это слышать, ведь это ты убил ее. Ты и Джеймс Скоби, сообща.
— Я ничего ей не сделал. Когда я в последний раз видел твою мать, она была жива.
— Было живо ее тело, верно, но ты убил ее разум, кузен, и сделано это было при помощи одной вещицы, очень похожей вот на эту.
Она достала из кармана свое медное оружие. Ее улыбка была холодна, как металл.
— Откуда оно у тебя? — выдохнул он.
Никакой жалости. Он ее не заслуживает.
— Что, узнаешь? Как думаешь, что будет, если им ткнуть? — Она высоко занесла шило, готовая как кинжалом пырнуть его незащищенную шею. Оно не провалится в рукоять. Острое, как стилет, оно войдет глубоко в плоть. — Пойдет у тебя кровь, если вонзить его тебе в горло? А если в запястье или в живот?
У него задергался кадык, но из горла не вышло ни звука. От страха он онемел. Все, что осталось сделать, — опустить руку.
Целый год она жаждала мести и теперь, оказавшись здесь, словно провалилась в сон. Кулак ее был занесен, ничто не мешало нанести смертельный удар, и она задержала дыхание, продлевая этот момент.
Потому что знала: едва она сделает следующий вдох, все будет кончено. Потому что какой бы сильной не была ее ненависть, как бы страстно она не желала его смерти, теперь, когда настал момент истины, убить его она не сможет.
И все же она упивалась зрелищем его белого как мел лица. А потом он закричал.
Глава 27.
Выяснив у Форбса адрес, Александр разыскал дом Рейдов. Спрыгнул с лошади, привязал поводья к столбу и постучал.
Человек, ответивший на стук, отворил дверь не более, чем на щелку.
— Хозяин не принимает.
Раздался крик.
Кричала не она, но он все равно оттолкнул человека с пути и взбежал вверх по лестнице.
— Маргрет!
Крик оборвался.
Оставив съежившегося слугу позади, Александр проследовал за эхом в столовую, где, словно ангел мщения, стояла Маргрет с занесенным, готовым нанести удар, кулаком. За ее плечом он увидел толстого человека с хищным лицом, держащего впереди себя стул.
Она опустила руку и обернулась, и он, встретившись с нею взглядом, увидел в ее глазах ужас. Нет, хуже. Безысходность.
Шило выпало из ее пальцев и закатилось под стол.
— Как далеко ты заехал, охотник на ведьм. И все ради того, чтобы отправить меня на костер?
Неужели она настолько заблуждается на его счет? Так и есть. Иначе не сбежала бы, и они уехали бы из Кирктона вместе.