– Не звонил никто? – спросила Ира.
– Еще нет. У Игоря все время занято, наверное, или общается, или дозванивается.
– Пойдем в машину, а то как-то холодно тут стало. Наверное, от нашего страха.
Вскоре телефон Сони затрезвонил. Человек представился Сергеем Кольцовым, частным детективом и другом Володина.
– Софья, не будем тратить время. Мне Игорь все объяснил. Я связался с руководителем отдела, с которым работаю, они уже получили всю информацию у вашей квартирной хозяйки. Сейчас работают по адресу: прослеживают маршрут. Задача – обнаружить и остановить машину. Игорь сказал, что малыш должен сразу вас увидеть. Это для него жизненно важно. Скажите, где вы, я вас заберу.
– Запомните адрес? Мы тут во дворе. Моей подруге можно будет поехать за нами? Она на своей машине. Она журналистка.
– Конечно. Ждите.
…Операция удалась. Когда Сергей Кольцов и Соня вышли из машины на границе Подмосковья, там группа полицейских уже окружила синий автомобиль. Умар и еще какой-то человек показывали документы. Умар возмущенно говорил:
– Это мой сын. В чем дело? Мы едем домой.
Сергей Кольцов открыл дверь, нырнул в машину и вынес с заднего сиденья мальчика, который то ли спал, то ли был без сознания. К ним бросились Соня и подъехавшая Ирина.
– Надо, чтобы Игорь срочно прислал за ним «Скорую», – сказала Ира.
– Но он на операции, – проговорила Соня белыми губами.
И тут Игорь позвонил ей сам.
– У меня тут пауза. Скажи точно, где вы, спроси у Сережи… Так. До нас очень далеко. Я звоню в «Скорую», чтобы отвезли в ближайшую больницу. Я освобожусь через сорок минут и сразу туда. Пришли мне эсэмэс с места. Успокойся, все будет хорошо. Как только ребенок придет в себя, я заберу его к себе.
Сардора перенесли в машину Кольцова, положили на колени Соне, она сразу стала греть холодные ручки губами. А Сергей подошел к Умару:
– Быстро говори: ты что-то давал ребенку? Снотворное, наркотик?
– Я ничего…
– Врешь, по глазам вижу. Если не скажешь сейчас, поедешь в отдел похищений и убийств, там хорошо вспоминается.
– Мне дали в аптеке лекарство, что-то типа аспирина. Я просил, чтобы ребенок успокоился.
– Тупая ты скотина. Ребята, составьте полный протокол. Больше не тратим на него время. Потом найдем этого отца. Как только мать напишет заявление, дело будет возбуждено мгновенно. Статьи на выбор или в комплекте: похищение, доведение здоровья ребенка до ухудшения, покушение на убийство. И я – главный свидетель, что для подозреваемого и есть самое приятное.
Подъехала «Скорая». Соня с Сардором перебрались туда. Ира и Кольцов поехали сзади, кортежем.
В этой обычной городской больнице все и было как в обычной городской больнице, где поток и все немного лишние. В приемном покое дежурный врач и медсестра приняли Сардора, повезли на носилках. Врач от объяснений Ирины отмахнулся: «Мне Володин все сказал». О том, чтобы в реанимацию пустили Соню, не было и речи. С женщинами вообще не стали говорить. Врач выслушал Кольцова и сказал:
– Ладно. Пусть постоит в коридоре. Молча. Под вашу ответственность. У нас реанимационные действия, нам не до глупостей.
– Ты мне звони из этого коридора, – шепнула Ира. – Мы будем тут. Встретим Игоря. Надо просто продержаться до его приезда.
Соня кивнула и пошла за носилками странной, механической походкой. Ее как будто льдом сковало.
Ирина отсчитала сорок минут от разговора с Игорем и позвонила в его приемную, спросила, закончилась ли операция хирурга Володина. Ей ответили, что есть осложнения, все немного сдвигается… Кольцов вывел ее во двор, и она стала быстро ходить там по дорожке, чтобы укротить нетерпение. Постоянно вынимала телефон, проверяла сообщения и звонки. Что-то было, но все не то.
Прошел примерно час. Наконец позвонила Соня.
– Они сказали, что Сардор пришел в себя. Я пыталась объяснить, что мне нужно к нему на минуту… Меня никто не слушает. Грозятся выгнать из коридора.
– Потерпи чуть-чуть, – сказала Ира. – Не ссорься ни с кем. Я дозвонилась до Игоря. Он в пути. Говорит, вот-вот… Только пробка небольшая.
Володин выскочил из машины, пробежал мимо Ирины и Кольцова. В приемном покое показал свое удостоверение и задал вопрос: «Где ребенок Сардор Абзалов?» Ему ответили, он побежал по лестнице, обойдя лифт.
В коридоре уже выключили лампы на потолке, оставили только одну на стене. В ее тусклом свете Игорь увидел одинокую маленькую фигурку. Она была совершенно неподвижной. Вокруг нее уже не могло быть ничего живого. Соня стояла на поле своего великого горя и бесконечного одиночества. Объяснения уже не требовались.