- Здравствуй, - сказал я, несколько озадаченный. - Во-первых, кто ты и откуда взялась, а во-вторых, кто мог ждать меня и зачем?
- Я - Ксанта из поселка Серебристый Лебедь. А ждали вас мы все…
- Вот как! Интересно… Но что ты делаешь тут одна… в тайге? И где находится этот ваш поселок?
- Он внизу у моря, в семи километрах отсюда. И здесь совсем не тайга, а бывшая вулканическая электростанция - Паужетская геотермальная энергоцентраль. - Девочка хитро прищурилась и добавила: - Разве вы не слышали про нее?
- Слышал кое-что… Так, значит, ты одна пришла сюда за семь километров?
- И совсем не одна, а с Букой.
- С Букой? Не вижу его… И потом, кто он - этот Бука?
- Бука - мой друг. Он - американец. Прадедушка привез его с Алеутских островов, когда я была маленькой. Тогда и Бука был совсем крошечный. Он помещался в рукавичке. А сейчас! О-о… Сейчас, если он встанет на задние лапы, он будет выше вас.
- А, вот что! Понимаю… Однако это нехорошо с его стороны оставлять тебя одну в таком пустынном месте.
- Он совсем не виноват. Я разрешила ему проведать Фому. Я здесь сегодня дежурная…
- Дежурная? Где же ты дежуришь?
- Здесь на электростанции. Мы всем интернатом взяли над ней шефство до вашего приезда. Надо же, чтобы кто-нибудь присматривал за киберами. Мы передадим вам все в полном порядке. А потом будем вам помогать.
- Гм… Видишь ли, Ксанта… Впрочем, мы еще потолкуем об этом чуть позже… Ведь мне надо хорошо подумать, все взвесить…
- Вы, наверно, уже все подумали, когда летели.
- Ну, это было очень быстро. Из Петропавловска сюда всего полчаса полета… Скажи мне лучше, а что этот Фома - он постоянно живет тут?
- Да, он тут за главного сторожа, чтобы не приходили волки и дикие кабаны.
- Интересно! Неужели тут еще сохранились волки?
- Конечно. Они живут вон там - за Курильским озером. Там у них свой заповедник. Но они приходили сюда, и выли, и портили цветы… Теперь Фома их не пускает.
- Гм… Слушай, Ксанта, а почему бы этого Фому не назначить тут управляющим? Вот не знал, что он постоянно живет тут!
Ксанта внимательно посмотрела на меня. В ее взгляде мелькнуло что-то похожее на сомнение: не шучу ли?.. Однако она сказала очень серьезно:
- Я думаю - Фома не справится. Нет, вы больше подходите…
- Спасибо… Пойдем все-таки к Фоме, поговорим с ним.
- Пойдемте, - тоненьким голоском сказала Ксанта.
Она повела меня по узкой, посыпанной красноватым песком дорожке в глубь поселка. Вокруг рыжевато-огненным ковром горели цветы, осенние цветы Камчатки: астры, хризантемы, георгины, сальвии. Густая поросль цветов почти в рост Ксанты. Девочка уверенно вела меня сквозь этот пестрый живой лабиринт. Мы обогнули одно здание, потом другое, наискось пересекли широкую поляну - цветник. Над нами была тайга в ярком осеннем уборе бледно-зеленые, почти прозрачные лиственницы, огромные мохнатые кедры, оранжевые березы, золотистые тополи, ярко-красные осины. А вокруг - буйный ковер осенних цветов, аккуратные, посыпанные песком дорожки, разноцветные домики поселка.
Местами кроны деревьев расступались, и высоко в бледно-голубом небе - в полдень ветер угнал тучи - блестели нити проводов, подвешенные на высоких ажурных мачтах. Лучи неяркого солнца пробивались сквозь осеннюю листву и заставляли вспыхивать цветными огоньками зеленые и розовые стекла на верандах. Было очень тихо. Лишь чуть слышно шелестели опавшие листья под легкими шагами Ксанты. Пахло осенним лесом. Это был удивительный запах горьковатой свежести, прелых листьев, грибов и хвои и еще чего-то почти неуловимого, но странно знакомого и волнующего…
Мы все шли и шли… И мне уже начало казаться, что нет никакой Паужетки, нет старой геотермальной станции. Я в заповедном сказочном лесу своего детства. Маленькая лесная фея ведет меня куда-то… Не все ли равно куда… Сейчас мы повстречаем доброго волшебника и начнутся чудеса…
Волшебника мы не встретили, но чудеса начались сразу, как только мы с Ксантой очутились на небольшой площади, расположенной, вероятно, в самом центре поселка. Площадь была вымощена квадратными плитами розоватого туфа. Плиты не прилегали плотно одна к другой, и между ними всюду пробивался ярко-зеленый мох. Это был удивительный геометрический узор, сотканный из сетки живой зелени и квадратов теплого розового камня. Посреди площади находился круглый бассейн, выложенный красноватым мрамором. Раньше тут был фонтан, но теперь он не действовал - и бассейн был пуст. За фонтаном поднимался памятник из серого гранита: худощавая, чуть сутулая фигура в широкополой шляпе и высоких сапогах, узкое лицо с бородкой клинышком, в левой руке - геологический молоток. Я сразу узнал его. Я видел его живым на старинных фотографиях. В прошлом веке его называли «отцом вулканологии» - созданной им науки о действующих вулканах. Конечно, он завоевал право стоять тут, у подножия вулкана, который он заставил служить людям. Но теперь… Разве не ирония судьбы: вечно стоять в покинутом людьми селении. Что говорит случайным посетителям этих мест его имя, высеченное на полированном граните?..