Она
Я себя не очень хорошо чувствую, в голове туман. Возможно, это из-за того, что я влюбилась в Хью, и теперь, спускаясь с вершин страсти, осознаю, что так не может больше продолжаться. Я не могу любить кого-либо или быть где-то на пороге этого чувства, пока не решён вопрос Брена и Люка. На данный момент я только ещё больше всё усугубила, добавив в эту гремучую смесь несчастного прекрасного Хью. Боже, да я до сих пор не знаю его настоящего имени! Он не захочет иметь ничего общего со мной, когда узнает правду, несмотря на то, что пока даже я не совсем отчетливо формулирую её в моём сознании. На самом деле, я абсолютно уверена, что Хью выдумал всю эту историю со вторым собеседованием, только чтобы слинять от меня. Мне не хочется думать об этом, особенно учитывая то, что я отдалась ему в винограднике, в нашем номере, на полу и на комоде в отеле.
Когда Хью бросает на меня взгляд, желудок скручивается в судорогах, и я хватаюсь за сиденье. Он злится из-за того, что я с ним не разговариваю, не смеюсь над его шутками. Сегодня он ведёт себя совсем как Люк. Мне хотелось бы, чтобы Хью понял это сам, без моих объяснений. До этого дня, казалось, он понимал меня. Как я могла быть настолько глупа, думая, что смогу вынести это? Что эта странная дружба, ну или что это было, может быть нормальной?
Меняю позу, откидываясь на спинку, и снова смотрю в боковое зеркало. Одна машина едет за нами уже достаточно долго, и я не могу избавиться от мысли, что, возможно, это Люк. Он нашёл меня в Напе, хотя и не понимаю как. Однако и Хью всегда удавалось найти меня, когда он этого хотел. Поэтому, какой смысл переживать?
В тот момент, когда пытаюсь обрести контроль над дыханием, утихомирить растущее волнение, водитель тёмно-синего грузовика мигает нам дальними фарами. Что ему от нас надо? Хью ведёт машину быстрее, чем разрешено правилами. Оборачиваюсь через плечо. Когда поворачиваюсь во второй раз, он уже сигналит нам, и я понимаю, что больше так не могу.
- Остановись! - указываю на следующую смотровую площадку. Хью делает так, как я прошу. Как только он останавливается на площадке около скалистого утёса, где стоят фотографирующие Тихий Океан и снимающие видео туристы, выскакиваю из машины.
Неудивительно, что синий грузовик последовал за нами. Мне не обязательно было видеть водителя, чтобы узнать кто он. Есть только один психически нестабильный человек, способный выяснить с кем я и затем выследить и меня, и его. Одному Богу известно, к каким ресурсам у Люка есть доступ благодаря работе в правительстве, и эти средства могли бы вскружить голову любому обычному сыщику. Видео с камер наблюдения, электронная почта, сообщения, банковские выписки - для него доступно всё. Люку достаточно было увидеть Хью на записи камер безопасности, чтобы найти его, и, соответственно, меня.
Люк выходит со стороны водительского сиденья грузовика и резко закрывает дверь. Заметив меня, поднимает солнечные очки и скрещивает огромные руки поверх коралловой рубашки.
- Я говорил тебе, детка, что тебе не удастся сбежать от меня, - стиснув зубы, говорит он. - Не могу понять, почему твоя тупая башка до сих пор не может это уяснить, - длинные ноги Люка делают шаг вперёд.
- Почему, чёрт возьми, ты не можешь оставить меня в покое? - кричу я. - Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Всё кончено. Уже год как всё закончилось!
Люк приближается ко мне так, как делал это раньше, не заботясь о моих чувствах. Его интересуют только собственные потребности. Эгоистичный ублюдок.
Отступаю от него на шаг назад, в конечном итоге оказываясь на краю смотровой площадки возле обрыва скалы. Здесь, наверху, ветер кружит вокруг скал, отбрасывая волосы мне на лицо. Смотрю вниз на бушующий океан. То, как вспенивается вода, врезаясь в скалы, точно передаёт те чувства, которые я сейчас испытываю к Люку.
Оборачиваюсь на Хью, который со скоростью света отстёгивает ремень безопасности и выскакивает из машины с выражением лица типа что-здесь-на-хрен-происходит.
Люк хватает меня за руку и сжимает так, что может сломать её. Он уже проделывал это с другими моими костями, поэтому надо быть аккуратнее. Поворачивает меня к себе так, словно я тряпичная кукла.
Хью приближается к нам. Он задаёт какие-то вопросы, ведёт себя очень странно, однако я не обращаю на него внимания, пытаясь сосредоточиться исключительно на Люке. Мне необходимо решить проблемы с ним, прежде чем переключусь на Хью, так как, кажется, сейчас всё разом сгорит в адском пламени, а я не могу работать в режиме многозадачности.
Но Хью старается быть услышанным. Я поворачиваюсь к нему.
- Держись. Не подходи близко к краю - это опасно. Что происходит? - спрашивает он, размахивая руками перед собой, умоляя нас отойти от обрыва. Разве не очевидно, что происходит? Зачем задавать такой глупый вопрос?