— Я же говорила тебе, никогда не называть меня M&M! И нет, её нет дома.
Я начала закрывать дверь, но он успел меня остановить.
— А ты знаешь, когда она будет дома?
— Завтра. Она в Нью-Йорке, с... другом. — Я отчаянно хотела утереть ему нос тем, что она была с Лео, и также хотела, чтобы он ушёл как можно скорее, но просветить его — не самый лучший способ для этого. И, кроме того, я делаю всё ради Лео, потому что знаю, он бы не хотел, чтобы Эндрю совал нос в его дела.
— Круто, — произнёс он. — Тогда я зайду завтра, — он начал спускаться по ступенькам крыльца, бросив на прощание, — Увидимся, M&M.
Я застонала и захлопнула дверь. Через пару секунд звонок снова зазвонил.
— Что еще, Эндрю? — требовательно спросила я, рывком распахивая дверь. Но с другой стороны был не он.
Там был Робби с очень миленькой маленькой девочкой, которая стояла рядом и держалась за его ногу. Моё сердце слегка забарабанило только от его вида. Сейчас на нём были брюки цвета хаки и рубашка, а его густые, каштановые волосы были слегка влажными после недавнего душа. Он переоделся ради меня?
— Он докучает тебе? — спросил Робби, нахмурившись и бросив взгляд на улицу, где "БМВ" Эндрю с визгом отъехало от моего дома.
— Само его существование докучает мне, — ответила я, пошире открывая дверь. — Входите.
Робби прошёл мимо меня, подталкивая свою дочку перед собой. Со своими шоколадно-каштановыми "поросячьими" хвостиками и медово-золотистыми глазами, она была копией своего папочки. Никогда раньше не видела более прелестного ребёнка. Всего лишь взгляд на неё заставил моё раздражение по поводу парней улетучиться.
Валери подняла на меня свои глаза, широкие, как блюдца.
— Привет, — прошептала она сладким голоском. — Вы — Мэгги?
— Да. — Я наклонилась, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — А ты — Валери?
Она кивнула.
— Очень рада познакомиться с тобой, — сказала я, пожимая её руку. — Ты такая хорошенькая. Сколько тебе лет?
— Пять, — застенчиво ответила она.
— Ты достаточно высокая для пятилетней. — У меня было не очень много опыта в общении с детьми, но она казалась высокой. Я предположила, что это была ещё одна черта, которую девочка унаследовала от папочки. — Хочешь пойти и посмотреть мою комнату? — я взглянула на Робби в поисках одобрения, и он кивнул с непроницаемым выражением лица. Так что я взяла ручку Валери в свою и повела её вверх по лестнице.
— Я собираюсь сказать "привет" папе Мэгги, — сказал ей Робби. — Тебе понравится комната Мэгги, сладенькая. Она похожа на комнату принцессы... была когда-то. Я поднимусь через минуту. Хорошо?
— Хорошо, — девочка кивнула. Даже её чёртов кивок был очаровательным.
— Она всё ещё похожа на комнату принцессы, — сказала я, пока мы поднимались по лестнице. Мои глаза на секунду встретились с глазами Робби, когда он уходил. Тот улыбнулся мне, и это была не его типичная я-пытаюсь-залезть-тебе-под-трусики улыбка. Она была просто дружелюбной, так что я улыбнулась в ответ, и продолжила подниматься по лестнице.
Когда я росла, то была самой "девачковой" девочкой всех времён; наверное, я ею и осталась, и моя комната показывала эту сторону моей личности. Стены были выкрашены в розовые и сиреневые полоски, у меня была кровать с балдахином и занавески в цветочек, а ещё покрывало цвета розовой пудры. По всей комнате и ванной были развешаны дюжины картин с изображением бабочек всех форм и размеров. Они были прекрасными и уникальными, папочка нанял дизайнера, чтобы он специально нарисовал их для меня, и моим любимым украшением в комнате.
Когда мы с Валери вошли в комнату, у девочки перехватило дыхание. Её рот раскрылся, и она уставилась на стены.
— Они такие красивые, — сказала она и закружилась по комнате.
— Я сохранила всех своих Барби, которые у меня были в детстве, — сказала я ей. — Хочешь их увидеть?
Она кивнула, и я вытащила из своей гардеробной коробку, в которой они лежали.
— Моя сестра-близняшка всегда ненавидела Барби, — сказала я ей, вытаскивая ящик на середину комнаты. — Иногда мне удавалось заставить моего друга Лео играть со мной, но он мальчик, так что обычно, мне не с кем было ими играть. Хочешь поиграть со мной сейчас?
Это были волшебные слова. Мы открыли коробку и сразу же начали рыться в моей коллекции. Я была очень аккуратной в обращении со своими куклами, так что они были в идеальном состоянии и почти новыми.
Где-то минут через десять я оглянулась и увидела Робби, стоящего в дверном проёме и наблюдающего за нашей игрой. Пол в комнате был забросан огромной кучей одежды и куклами. Губ Харви коснулась одна из его фирменных улыбок, когда он вошёл. Меня охватило чувство нереальности и путешествия во времени, когда я увидела его стоящим в дверях, словно мы опять были подростками. Я улыбнулась в ответ, не сумев удержаться.
— Она никогда не захочет возвращаться домой.
— А может быть, таков мой план, — ответила я. — Может быть, я просто оставлю её.
— Скорее всего, ей это понравится. Не возражаешь, если я присоединюсь к вам?
Я кивнула, Робби вошёл в мою комнату, и уселся на пол рядом с Валери.
— Нет, папочка, — сказала она, толкая его. — Только девочки. Ты — мальчик.
Он громко засмеялся.
— А я не могу поиграть с вами?
— Нет.
— Но нам нужен кто-то, кто мог бы быть Кеном, — сказала я. Отыскав одного из Кенов, я протянула его Робби. — Ты можешь остаться, только если будешь за Кена. — Он удивил меня, когда взял куклу и начал играть. У меня сложилось впечатление, что Валери и Роби частенько так делают. Я закусила губу, наблюдая за их общением, они оба были такими милыми.
— Она — очаровательная, — сказала я ему.
— Ты ей нравишься.
— Мне она тоже нравится. – Я расчёсывала волосы Барби, которую держала в руках, и избегала его взгляда. — Она словно маленькая копия тебя.
— Есть кое-что, что ты должна знать, — сказал он, его тихий голос стал на октаву громче. — Раньше я не говорил твоему отцу всей правды. Я вернулся в Блу-Крик потому, что хочу здесь остаться. Я купил паб "У Майка", но у меня нет намерений продавать его. Ты знаешь, что с моей мамой мы часто переезжали, и я не хочу того же для Валери. За последние пять лет мы жили в трёх разных городах. Я хочу, чтобы Блу-Крик стал нашим постоянным домом. И мне бы очень хотелось, чтобы твоя семья снова стала частью моей жизни. Это звучит безумно, если вспомнить нашу историю, и у меня едва ли есть право произносить это, но я скучал по вам.
От его слов меня бросило в жар. Не думаю, что осознавала всё до этого момента, но, наверное, я тоже по нему скучала.
— Как ты думаешь, мы сможем быть друзьями? — спросил он, моментально поставив меня на место.
— Друзьями? — повторила я, пробуя слово на вкус. Мы с Робби никогда не были друзьями. По крайней мере, не в том понимании, как мы с Лео.
— Знаю, что у тебя их и так достаточно, но у меня — нет. Тебе не нужно отвечать прямо сейчас... просто подумай над этим. Возвращайся ко мне. — Он начал собирать с пола моих Барби и складывать их назад в коробку. — Давай, Валери. Пора всё убирать. Я уверен, ужин внизу уже готов.
Девочка не жаловалась и поспешила сделать всё так, как ей велели. Когда все куклы были убраны, я не смогла удержаться от того, чтобы выпалить ему всю правду.
— У меня едва ли есть настоящие друзья, — призналась я. Робби и Валери оба уставились на меня, прислушиваясь к моим словам. — У меня есть куча случайных знакомых, но не так уж много друзей. Это как в старшей школе. Я была достаточно популярной, но с тех пор не поддерживала ни единого знакомства. У меня такое чувство, что в колледже будет тоже самое. Лео — это всё, что у меня есть... — вздохнула я, наблюдая, как Валери тянет Робби за руку. Моя речь утомила маленькую девочку, а Робби, скорее всего, решил, что я жалкая, поскольку признаюсь во всём этом. И я даже не была уверена, почему призналась, так как раньше никогда не делала ничего подобного. У меня был Лео. Мне никогда не был нужен никто другой. — Прости, я несу вздор.