На ногах стали пробиваться волоски, и Еве в кои-то веки пришлось удалять лишнюю растительность одноразовым бритвенным станком. Конечно, Оскар выделил ей какие-то жалкие гроши на пару комплектов белья и джинсы из масс-маркета, но от профессионального маникюра и восковой эпиляции пришлось отказаться. И это было самым страшным — она видела в кого превращается, и ничего не могла с этим поделать. Сложно поддерживать природную красоту без внушительных финансовых вливаний.
Ева включила пылесос и принялась за уборку единственной комнаты. Да, этим ей тоже пришлось заниматься самой.От витающей в воздухе пыли у неё начался аллергический ринит, нос распух и стал походить на разваренную картофелину, если не убраться, то долбаная аллергия её окончательно одолеет.
И разве это жизнь? Сидеть в одиночестве в четырех стенах, готовить, убирать, развешивать после стирки мужские носки… Оскар с утра и до самой ночи пропадал на работе, а ей оставалось разве что сходить с ума от зависти, листая новостную ленту своих бывших «подруг» из элиты. Моральное издевательство сменилось сокрушающей бедностью и, видит Бог, лучше терпеть первое, чем прозябать во втором. В её прошлой жизни были хотя бы деньги, а сейчас остался только секс с красивым мужчиной — единственная отрада.
За стеной включилась эротическая музыка. Началось! Значит, скоро к соседке нагрянет её молчаливый дружок. Если эта похотливая стерва орала словно отправляемая на заклание овечка, то её кавалер был скуп в эмоциях, и это тоже пугало. Мороз по коже от этой странной парочки.
Приоткрылась дверь, и в комнату заглянула пани Родеска. Поверх уложенных буклями седых волос красовалась пёстрая косынка.
— Дорогая, ты сильно занята? Не поможешь мне искупать Мюнхгаузена? Этот проныра снова лазал в мусорном баке, и только посмотри, что он принёс, — соседка подняла с пола кота и сунула животину в дверной проём.
— Фу, это же… — скривилась Ева, кивая на сжимаемую в челюстях кота добычу.
— Дохлая мышь. Мой мальчик настоящий охотник, — расцвела бабка и смачно чмокнула кошатину в лоб. — Идём, милая, помоги бабушке, подержишь его, пока я намылю шалуну спинку.
В Сибири соседом Евы был шизофреник, и единственное, что она усвоила с тех пор — никогда не стоит спорить с чокнутыми.
Неохотно отставив пылесос, поплелась в коридор за бубнящей о чём-то своём бабкой. Раньше Еву дико пугал этот бесовский шепоток под нос, сейчас же она к этому будто бы даже привыкла.
Едва Ева закрыла за собой дверь ванной комнаты, как услышала щелчок замка входной двери. Они с бабкой дома, швабра тоже — готовится к секс-марафону, кто же тогда пришёл? Наверное, этот её Арсен…
При одном только воспоминании имени этого парня вдоль позвоночника пробежал холодок. Но взглянуть на мужчину, который доводит женщину до таких дьявольских стонов, было очень интересно.
Любопытство взяло верх, и Ева чуть приоткрыла дверь, увидев удаляющуюся спину…
— Оскар! Ты дома, так рано? — выбежала в коридор и повисла у парня на шее. — Наконец-то, я буквально с ума сходила от скуки. А ещё эта сумасшедшая карга хотела заставить меня купать свою лишайную кошку, — добавила уже тише.
— У меня обеденный перерыв, решил приехать и сделать тебе сюрприз, — улыбнулся Оскар и поднял Еву на руки. — А ещё у меня есть для тебя хорошая новость.
— Правда? Какая?
— Мне выдали аванс, — расцвёл Оскар и, поставив девушку на ноги, извлёк из кармана несколько пятитысячных купюр. — Этого хватит, чтобы оплатить коммунальные услуги и забить холодильник.
— М-м, — промычала Ева, быстро пересчитав деньги. «Не густо». — Аванс, это же меньшая часть заработка, так ведь?
— Ну конечно! Через три недели будет ещё два раза по столько же! Здорово, правда?
Вот дерьмо! Он всерьез намерен жить на эти гроши? Правда, вслух она этого не сказала.
— Ты настоящий добытчик, мой тигр! Р-р-р, — Ева изобразила звериный рык и потянула его за галстук. — Я говорила тебе, насколько ты сексуален в этой форме?
— Ежедневно.
— Так вот, ты жутко эротичен!
— Да-а, продолжай, — криво улыбнулся Оскар, подталкивая её за дверь их комнаты.
Когда Оскар выжал из неё все соки и снова ушёл на работу, Ева проводила его до двери и на ватных ногах поплелась обратно в их убогую квартирку. Правда, после такого фееричного секса она уже не казалась такой убогой, да и несколько купюр на столике повышали градус настроения.
Из соседней двери вышла Лада и с кислой миной направилась в кухню. Кажется, её мужик её опрокинул и не явился на марафон, скаковая лошадка осталась необъезженной, поэтому злилась. Так ей и надо!