Выбрать главу

– Тебе что, делать нечего? – говорит, появляясь у Джима за спиной, мистер Мид, маленький человечек с аккуратными усиками. У мистера Мида есть свой собственный набор парковочных конусов, которыми, в случае чего, всегда можно выгородить место на стоянке.

– Я с-с-с…

Но мистер Мид не дает ему договорить. Так, собственно, делают все. Наверное, людям неприятно, когда человек так сильно заикается, что смотреть больно.

– Между прочим, Джим, у тебя шляпа набок съехала.

Действительно съехала, потому что она ему мала. И потом, разве это шляпа? Во всяком случае, это явно не серьезная шляпа. Во-первых, она оранжевая, как и его форменная футболка, фартук и носки, во-вторых, сделана из мягкого пластика, хотя и претендует называться «трилби», то есть вполне мужской шляпой. Единственный человек, который такой шляпы не носит, – это мистер Мид, потому что он управляющий. В конце концов, и от членов королевской семьи не стоит ждать, чтобы они размахивали флажками или вывешивались из окон, пусть все прочие подобным образом выражают свои патриотические чувства, завидев их.

Джим поправляет оранжевую шляпу, и мистер Мид удаляется, чтобы собственноручно обслужить какую-то посетительницу. А новая повариха, конечно, снова опаздывает.

И дело не в том, что посетителей в кафе слишком много. Несмотря на все недавние усовершенствования, за столиками только двое мужчин, застывших над своим кофе в такой неподвижности, что может показаться, будто они замерзли насмерть. Самая живая вещь здесь – это искусственная елка из фиброволокна, ее поставили на лестничной площадке, чтобы она приветствовала посетителей, которые поднимаются в кафе из супермаркета, расположенного на первом этаже, елка мигает разноцветными огоньками – зелеными, красными, синими. Поглядывая на нее, Джим брызгает на столик аэрозолем и протирает его тряпкой. Один раз. Затем второй. На такой работе подобное повторение действий вполне допустимо. Отчасти это заменяет процедуру с волшебной клейкой лентой; ничего, вечером Джим вернется в свой домик на колесах и сможет воспроизвести весь ритуал правильно, то есть проделать все строго двадцать один раз.

Чья-то тонкая рука дергает его за рукав.

– Вы пропустили мой столик, – говорит какая-то женщина. Ага, это та самая, которую только что обслуживал мистер Мид. Джим выдергивает руку из ее цепких пальцев, словно они его обожгли. Да он даже в глаза ей посмотреть не может!

На прогулке обитатели «Бесли Хилл» всегда шли рядом друг с другом и никогда друг к другу не прикасались. Если няньки кому-то и помогали одеться, то делали это неторопливо, спокойно, прекрасно понимая, что могут невольно вызвать у пациента панику.

– Вы что, не видите? – раздраженно говорит Джиму посетительница, словно он какой-то дурак, и указывает на столик в центре зала. Она выбрала тот, что стоит на одинаковом расстоянии и от окна, и от сервировочного стола у противоположной стены. На спинке стула уже висит новенькое пальто дамы, на столе возле баночек с приправами и бумажными пакетиками с сахаром стоит ее чашка кофе. Джим следует за ней, и она приподнимает свою чашку, чтобы он мог вытереть столик. Лучше бы все-таки она не стояла так близко от него! У Джима начинают дрожать руки. Женщина нетерпеливо вздыхает и говорит:

– Бог знает, что тут творится в вашем кафе! Может, на его переустройство и истрачена огромная сумма, да только все равно это дешевка. Ничего удивительного, что здесь так пусто.

Джим брызгает аэрозолем. Два раза. Потом еще раз. Вытирает. Два раза. И еще раз. Чтобы немного расслабиться, он старается полностью освободить свои мысли, как ему вечно советовали медсестры. Он представляет себе белый свет, как он плывет в нем… но тут чей-то крик резко возвращает его к реальности, сокрушая только что созданную им защиту: