Тимур, должно быть, не сразу понял, что я имею ввиду, отчего нахмурился, но как только до него дошло, тотчас же возмущенно вспыхнул, но затем лишь покачал головой, будто ожидал от меня подобного выпада.
— Готова к пятнице? — поинтересовался парень, никак не прокомментировав мои слова.
Я насупилась.
— Пятнице? — переспросила, желая убедиться, что не ослышалась.
Парень кивнул, а затем произнес:
— Именно.
— Но я думала мы едем в субботу!
Тим лишь пожал плечами, словно ничего важного в этом не было. Однако было, было и еще раз было! Он даже не посоветовался со мной! Решил все сам! Это он должен подстраиваться под меня! В конце концов, это ему нужно, а не мне.
Вероятно, все то негодование, которые было в моих мыслях, отразилось на моем лице, и Тим поспешил поднять руки, словно защищаясь.
— Ничего такого, милая. Но нам нужно выехать в пятницу, чтобы добраться к ночи. В субботу мы всей семьей завтракаем. Это традиция. В воскресенье с утра едем домой.
Господи! Почему я такая глупая? Как я могла на это подписаться?
— Хорошо, — вздохнула, сжимая руки в кулаки.
«Это просто нужно пережить», — мысленно успокаивала себя.
— Отлично, — хлопнул в ладоши, будто ни на секунду не сомневался, что я поеду.
Отпила немного латте, дабы хоть чем-то себя занять, лишь бы не разговаривать с парнем. Но, очевидно, он был расположен к беседе.
— Будешь за меня болеть? — несколько игриво поинтересовался Тим.
— Я буду болеть за команду, а не за тебя, — поспешила ответить, по-прежнему на него не смотря. Вид на стадион был внушительный, ага.
— Однажды ты будешь болеть за меня, — вдруг промолвил он голосом полным уверенности.
Фыркнув, закатила глаза, а затем все же кинула на парня скептический взгляд.
— Откуда в тебе столько уверенности?
Его глаза вспыхнули, и я уже пожалела о сказанном. Разумеется, он уже придумывал остроумный ответ.
— О, бусинка, — ухмыльнулся Тим, — с тех пор, как на меня напали в собственной комнате, покушаясь на мою невинность, мне сложно не верить в собственную неотразимость.
Я вспыхнула. На моих щеках растекся румянец. Как долго он будет это вспоминать?!
— Ты закончил? — прорычала, с силой сдерживаясь, дабы не плеснуть горячую жидкость прямо в лицо. Хотя искушение было велико.
— Ты же знаешь, — пожал мерзавец широкими плечами, — мне так и не удалось кончить.
Я тяжело задышала, а после уже развернулась, дабы покинуть его общество, однако парень схватил меня за руку, тихо посмеиваясь, чем раздражал меня еще больше. Сейчас он мне напоминал хихикающую гиену.
— Расслабься, рыжая, — притянул он меня к себе, и я остолбенела, упираясь руками ему в грудь. — Я шучу.
Из-за того, что Тим меня держал, мы стояли достаточно близко. Внезапно стало тепло. В животе кольнуло, напоминая, какими настойчивыми и неприличными могут быть его руки.
Втянула воздух в легкие, что не осталось незамеченным, однако и парень рядом со мной задышал чаще.
— Нам определенно нужно закончить, — прошептал змей искуситель, опуская взгляд на мои губы.
Словно отрезвев от его слов, дернулась и вырвалась из его захвата, чудом не пролив свой кофе.
Мне определенно нужно расставить все точки над «и».
Я провела рукой по лицу, приводя свои мысли в порядок, а затем сдержанным и непреклонным тоном отчеканила:
— Если тебе действительно нужна моя помощь, то держи свои руки при себе. Я согласилась тебе помочь на своих условиях.
Тим уже собирался произнести что-то дерзкое, но, встретив мой решительный взгляд, вздохнул и, на удивление, кивнул.
— Яна, — окликнула меня Камила, на что я обернулась. Глеб уже направлялся в здание, и мне показалось странным, что он не поздоровался с Тимом. Впрочем, может, я накручивала.
— Мне пора, — пробормотала, а затем, поправив сумку на плече, потоптала к подруге.
Последнее, что я услышала от парня, прозвучало, должно быть, как:
«И где я потерял свои яйца?».
— Давай! Давай! Давай! Гол! — вопили в унисон мы с Камилой, наблюдая за тем, как Баринов забивает.
Как только мяч оказался в воротах, Баринов поднял руки вверх, радуясь победе, а затем, найдя Камилу в толпе, подмигнул ей и послал воздушный поцелуй, на что подруга хихикнула и помахала парню.
Мы с ней весело переглянулись. Это уже стало традицией. Казалось, что каждый гол Глеб посвящает своей возлюбленной, которая всякий раз краснела от всеобщего внимания.
Первый тайм был окончен со счётом 2:1. «Гладиаторы» вели, но, стоит заметить, не расслаблялись. Было очевидно, что «Олимпик» был достойным соперником и, ко всему прочему, насколько я успела разглядеть с трибуны, весьма симпатичным и сексуальным. Тестостерон на этом стадионе зашкаливал.