– Ну, и что вы думаете по этому поводу, Сатт?
– Из него бы вышел неплохой актер, – задумчиво протянул Джорин Сатт, глядя перед собой.
Глава 2
День клонился к вечеру. В холостяцких апартаментах Сатта на двадцать первом этаже «Хардин Билдинга» сидел Паблис Мэнилоу и потягивал вино.
Кстати, именно Мэнилоу, седой и сухощавый, выполнял две важнейшие функции Фонда. Во-первых, он являлся секретарем по иностранным делам при мэрии. Во-вторых, для всех солнц и систем Галактики, за исключением самого Терминуса, он был Лидером Церкви, Подателем Священной Пищи, Магистром Святилищ; и эти громкие и невразумительные титулы и звания можно было произносить до бесконечности.
– Но он не возражал, чтобы вы послали туда именно этого торговца. Вот в чем суть, – произнес Паблис Мэнилоу.
– Это ерунда, – перебил его Сатт. – И не дает нам возможности быстро принять решение. Все это мероприятие – грубая авантюра, потому что у нас нет никаких возможностей просчитать вероятность тех или иных результатов. Это равносильно вытягиванию веревки в надежде на то, что на конце ее случайно может завязаться петля.
– Разумно. Но ваш Мэллоу – способная личность. И я допускаю, что обмануть его совсем не так просто…
– На этот риск мы вынуждены согласиться. Если измена реально существует – причастны к ней исключительно способные люди. Если измены нет – то способные люди понадобятся нам для выяснения истины. А Мэллоу останется под нашим наблюдением. Кстати, у вас опустел бокал…
– Благодарю вас, мне достаточно.
Сатт налил вина в свой бокал и стал терпеливо ждать, пока гость вынырнет из состояния глубокой задумчивости.
Что бы ни творилось в голове Мэнилоу – к решению это не привело, потому что он вдруг спросил:
– Скажите мне, Сатт, что вы задумали?
– Хорошо, Паблис, – тонкие губы Сатта зашевелились. – Мы с вами находимся в данный момент в самом разгаре «кризиса Селдона».
Мэнилоу удивленно поднял на него глаза.
– Откуда у вас такие данные? Селдон опять появился в Хранилище?
– А зачем? Мой дорогой, это совершенно излишне. Давайте попробуем спокойно разобраться в ситуации. С тех пор, как Империя покинула Периферию и мы стали рассчитывать только на самих себя, – мы ни разу не сталкивались с противником, обладающим атомной энергией. Сегодня это произошло. Впервые. Само по себе это уже крайне важное событие. Но оно не одиноко. Почти за семь десятков лет мы в первый раз сталкиваемся с серьезнейшим внутренним кризисом. И, по-моему, полное совпадение обоих кризисов – внешнего и внутреннего – снимает все сомнения.
Мэнилоу прищурился.
– Если это все, то двух факторов недостаточно. До сих пор происходили два кризиса Селдона, и оба раза Фонд стоял на грани гибели. Если опасность уничтожения не возникла, значит, и речи не может быть о третьем кризисе.
Поколебать спокойствие Сатта оказалось невозможно.
– Такая опасность на подходе. Когда кризис наступил, то и круглый дурак может догадаться о нем. Но распознать зародыш, эмбрион катастрофы – вот истинная услуга государству. Поймите, Мэнилоу, наше развитие – это заранее предначертанный исторический путь. Нам известно, что Хари Селдон сумел рассчитать исторические вероятности будущего. Мы также знаем, что нам предстоит восстановить рухнувшую Галактическую Империю. Нам сообщили, что на восстановление уйдет около тысячи лет. И нетрудно догадаться, что за это время мы обязательно столкнемся с рядом кризисов. Первый из них наступил через пятьдесят лет после основания Фонда, второй – спустя тридцать лет после первого. После второго уже прошло семь десятков лет. Самое подходящее время для третьего кризиса. Паблис, я совершенно уверен в том, что говорю.
– И у вас есть план по борьбе с наступающим кризисом? – в жесте, каким Мэнилоу потер нос, сквозила неуверенность.
Сатт кивнул.
– И мне вы отводите главную роль?
– Да, – подтвердил Сатт. – Для успешного противостояния внешней атомной угрозе мы просто обязаны навести порядок в собственном доме. Торговцы…
– Торговцы! – Паблис многозначительно подчеркнул это слово.
– Именно. Именно о торговцах и пойдет речь. Они необходимы, но неподконтрольны и слишком сильны. Они – иноземцы, и образование получено ими в отрыве от религии. С одной стороны, мы сами дали им знания, с другой – лишили себя возможности управлять ими.
– А если будет доказана измена?
– Если возникнут такие доказательства, все несказанно упростится. Впрочем, не стоит придавать этому большого значения. Даже если в среде торговцев и нет предателей, они все равно являются доминирующим фактором нестабильности. Как ни крути, они не связаны с Терминусом чувством патриотизма или общностью происхождения, или даже религиозными порывами. Под влиянием торговых коалиций внешние провинции, воспринимающие нас в качестве святых наместников, способны выйти из повиновения.