– Все это я прекрасно понимаю. Где выход?
– Выход в том, что решение требуется найти немедленно, еще до обострения кризиса Селдона. Если извне нам станет угрожать атомное оружие, а изнутри – волнения масс, то риск распада неизмеримо возрастет, – Сатт поставил пустой бокал на столик. – И совершенно ясно, что это ваша задача.
– Моя?!
– Ну не мне же браться за это дело! На мой пост не выбирают – на него назначают, то есть у меня нет законодательных функций.
– У вас нет… А у мэра?..
– Это нереально. Мэр для такого совершенно не подходит. В нем кипит энергия лишь в одном случае – когда мэру необходимо снять с себя ответственность. И если сформируется независимая партия, способная поставить под угрозу его переизбрание, он вполне способен попасть под ее влияние.
– Увы, Сатт, я абсолютно непригоден к практической политике…
– А вы обопритесь на меня. Всякое бывает, Мэнилоу. Еще со времен Сэлвора Хардина должности мэра и Лидера Церкви не исполняло одно и то же лицо. Но если вы сумеете справиться с поставленной задачей – это вполне может состояться теперь.
Глава 3
В другом конце города, в неизмеримо более скромной обстановке, у Хобера Мэллоу состоялась иная встреча. Вначале он долго слушал собеседника, затем осторожно сказал:
– Да, я слышал о ваших действиях, целью которых является получение прямого представительства торговцев в Совете. Только почему вы пришли именно ко мне, Твер?
Если даже к Хаиму Тверу и не обращались по этому вопросу, он все равно находил возможность напомнить, что он входил в число первых иностранцев, получивших светское образование на Терминусе.
– Я уверен в своих действиях, – просиял он. – Вы помните наше первое знакомство – в прошлом году?
– Конечно. Мы встретились на конвенции торговцев.
– Точно. Вы тогда председательствовали на заседании и ловко поставили этих краснорожих толстяков на место. И что немаловажно – вас любит население Терминуса. В вас наблюдается специфический лоск или своеобразная репутация почтенного авантюриста, что, в принципе, одно и то же.
– Отлично, – холодно сказал Мэллоу. – Но почему именно сегодня?
– Потому что сегодня есть шанс. Вам известно об отставке министра образования? Сообщения в прессе и других средствах информации отсутствовали, но это правда.
– А откуда это известно вам?
– Какая разница… – он небрежно махнул рукой. – Неважно. В Партии Действия наблюдается явный раскол, и мы в состоянии расправиться с ней хоть сию минуту, подняв требования равноправия торговцев, или, иначе, вопрос о демократии – кто за, кто против.
Мэллоу развалился в кресле поудобнее и принялся осматривать свои толстые пальцы.
– Прошу прощения, Твер. В начале следующей недели я улетаю. Дела, знаете ли… Так что поищите кого-нибудь другого.
Твер обалдело воззрился на него.
– Дела? Какие-такие дела?!
– Дела сверхсекретные. Спешность третьей степени и все такое прочее… Я имел аудиенцию у самого секретаря мэра.
– У змеи Сатта?! – Хаим Твер явно волновался. – Это обман. Это провокация! Сукин сын Сатт старается устранить вас, Мэллоу…
– Стоп, стоп… – Мэллоу успокаивающе опустил руку на сжавшийся кулак Хаима. – Не горячитесь. Если это провокация, то я неизбежно вернусь и рассчитаюсь за все. Если же нет – то змея Сатт на этот раз играет нам на руку. Вы поймите, наступает предсказанный кризис. Кризис Селдона.
Мэллоу подождал реакции, но она все не появлялась. Твер по-прежнему тупо таращился на него.
– А кто… что такое этот кризис Селдона?..
Мэллоу не выдержал и сорвался на крик.
– Во имя Галактики! Чему вы учились, когда ходили в школу, дьявол вас забери?! И как мне расценивать ваш идиотский вопрос?!
– Тогда не кричите, а объясните, – Хаим Твер нахмурился.
После долгой паузы Мэллоу сдвинул брови и медленно заговорил:
– Да уж вижу, придется… Когда влияние Галактической Империи на ее дальних границах ослабло и Периферия погрязла в невежестве варварства и откололась – Хари Селдон со своими соратниками-психоисториками основал колонию, Фонд. Основал здесь, внутри возникшего хаоса, для сохранения науки, искусства, технических знаний, для концентрации разума, которому вменяется в обязанность создание ядра будущей Империи.