В отличие от боевой части ракеты, серв-машина не могла поражать цели, находясь вне зоны прямого контакта. Ни снаряд, ни лазерный луч не способны огибать препятствия.
Три выпущенные с секундным интервалом тактические ракеты, завывая, ушли в широкий зев тоннеля. Их траектории напоминали пересекающиеся синусоиды, а дополнительные двигатели ориентации позволяли плавно огибать препятствия, следуя поворотам тоннеля.
Оружейные пилоны серв-машины огрызнулись разрядами когерентного излучения, но постоянно маневрирующие боеголовки уклонились от зенитного огня, ударив в три заранее рассчитанные точки: первая изуродовала и сорвала бронированный кожух поворотной платформы «Хоплита», вторая поразила его главный сервомоторный узел, третья ударила в рубку, прожигая броню с расчетом на уничтожение кристалломодуля «Одиночка».
Немершев констатировал попадания и, оставаясь за укрытием, приказал:
— Лео, разберись с дройдами.
Лейтенант Рапшар выпустил две ракеты со шрапнельной начинкой, и спустя пару секунд в глубине тоннеля полыхнули еще два взрыва.
— Вперед!
Первым в наклонный проход выдвинулся Рапшар. Данные от сканеров его экипировки дополняли картину, транслируемую значительно поредевшим облаком нанопыли: поврежденный «Хоплит» застыл за поворотом тоннеля без признаков функциональности, вокруг были разбросаны изрешеченные фрагменты андроидных механизмов.
Порядок, командир.
Вадим уже перезарядил ОРК и привстал, готовясь последовать за лейтенантом, когда внезапно резервный аларм-процессор систем сканирования выдал злобный предупреждающий сигнал.
— Лео, назад!
Приказ Немершева хоть и опоздал на доли секунды, но все же спас Рапшару жизнь, — лейтенант машинально подчинился внезапному окрику, отпрянув назад, и лазерный залп, произведенный «Хоплитом», ударил не в грудь и голову, а лишь задел плечо и правую руку, изуродовав разряженные пусковые тубусы ракетной установки.
— Фрайг, зацепило...
Немершев видел, по данным телеметрии, что один луч все же нашел уязвимое место в локтевом соединении сегментов брони.
— Лео, не двигайся! Замри!
Лазеры «Хоплита», смонтированные вместо традиционных подвесных орудий, вновь разрядились, используя угол поворота независимых сервомоторов оружейной подвески. Теперь серв-машина пыталась выжечь десять сантиметров стеклобетона, образующих выступ с амбразурой, на повороте тоннеля, за который успел отпрянуть Рапшар.
Вадим мгновенно сообразил, что сервомеханизм имеет нестандартную конфигурацию оборудования. Ракета, выпущенная по традиционной точке внутреннего крепления ядра кибернетической системы, лишь впустую пожгла броню, модуль «Одиночка» не пострадал, он находился в другом месте и продолжал руководить действиями серв-машины.
— Кирилл, выведи Лео с линии огня!
«Хоплит» с разрушенным сервомотором не мог двигаться, превратившись в стационарную огневую точку, но, учитывая ограниченное пространство тоннеля, он представлял серьезную опасность. Независимые приводы оружейных пилонов обладали достаточным углом поворота подвески, чтобы блокировать огнем дальнейшее продвижение группы.
Атаковать в лоб бессмысленно. Вадим догнал Вронина и помог ему оттащить Рапшара за поворот тоннеля.
— Как ты?
— Жить буду... Локтевой активатор заклинило.
— Самого зацепило?
— Слегка.
— Кирилл, вызови модуль эвакуации.
— А ты?
— Я попробую пройти по другому тоннелю. Поворотная платформа «Хоплита» разбита. Зайду ему в тыл.
Вронин не ответил, лишь кивнул, хотя это движение осталось почти незамеченным из-за жестких сочленений гермошлема с плечевыми пластинами брони.
Все оказалось намного сложнее, чем предполагало командование при планировании операции.
На минус четвертый уровень подземных коммуникаций взвод капитана Немершева пробился лишь спустя тридцать два часа изнурительной зачистки подземелий.
Ниже располагался только реактор, погасить который являлось основной задачей прорыва через бункерную зону. Оставшись без стационарного энергопитания, охранные системы проработают еще некоторое время на автономных накопителях, но общая участь комплекса укреплений будет предрешена.
Отправив группу к реактору, Вадим, безмерно уставший, вместе с Врониным принялся за осмотр помещений четвертого уровня.