Все эти мелочи были легко поправимы. Именно они-то и делали ее такой незаменимой для Бланди.
Хуже всего было то, что когда выступление закончилось, никто из ее коллег не подошел к Мурре с поздравлениями. Похоже, что все они были разочарованы.
Бланди и сам был разочарован. Это было заметно уже по тому, что его не было дома, когда Мурра пришла с работы. Появившись лишь час спустя, он только досадливо мотнул головой, когда она предложила ему пообедать. Мурра улыбнулась в знак того, что совершенно не обиделась.
— Наверное, ты перебил аппетит, купив что-то на улице, — предположила она, своей мягкой улыбкой давая понять, что она на него не злится, хотя на самом деле, так оно и было.
Он лишь пожал плечами.
— Видишь ли, потом я еще обсуждал речь с многими людьми, это затянулось, а я был голоден… Мурра, как ты считаешь, может мне вообще нет смысла браться за подобные вещи?
— Нет, что ты, дорогой! Только вспомни, как тебе хлопали!
— Но ведь ни по одному вопросу, который бы я упоминал, не было принято решения! — объяснял Бланди, усевшись на стул. — Всем хотелось говорить только про звездолет — что я думаю о том, сможем ли мы послать людей с ними, сколько мы можем им рассказать, что мы выигрываем от их прилета и такое прочее.
Мурра села рядом с мужем и сказала, оправдываясь:
— Боюсь, что я ничего не слышала из этого обсуждения. Сразу же после твоей речи трансляцию прервали.
Бланди помолчал, потом его рука коснулась ее волос.
— Ну ладно, а что ты скажешь вот о чем. Может мне следовало поднять эти вопросы уже после того, как корабль улетит? Кое-кто из моих друзей думает именно так.
Мурра была совершенно уверена, кто из его «друзей» сделал такое предложение.
— Я думаю, — сказала она просто, — что это решать только тебе. Ты еще не хочешь лечь?
Тот отрицательно покачал головой. Мурра поднялась, поцеловала мужа, пожелала спокойной ночи, не забыв отметить, что на его одежде чувствовался легкий запах ее собственных духов.
Это было странно. Мурра никак не могла понять этого. Фактом оставалось то, что хотя она и не собиралась злиться на Петойн за ее планы занять ее законное место в постели Бланди, ей было неприятно открыть, что девушка решила пользоваться ее любимыми духами.
Наступили самые лучшие весенние дни. Мурра из кожи вон лезла, чтобы и Бланди тоже было хорошо. Дни шли за днями, и Мурру стало беспокоить то, что муж проводит с ней очень мало времени. Он был вечно занят. Да, она понимала, почему было нужно, чтобы время от времени Бланди оставлял ее, поэтому она не возражала — во всяком случае, протестовала не слишком сильно — когда он снова решил уехать на пастбища с отарами окотных овец. (Вот только нелепо было, что Аракахо Блади Спенотекс опять будет пастухом!) Но это произойдет потом. А у нее оставалось сейчас. Она изо всех сил пыталась понять, что его заставляет так долго сторониться ее (занимаясь такими странными и непрестижными занятиями, как искусственное осеменение овец или устройством газонов возле новых домов — ведь этим мог бы заниматься любой другой!).
Естественно, ей было бы тяжело поддерживать Бланди в его занятиях. Мурра не была уверена, что смогла бы там долго выдержать. Уверенность же в том, что он всегда возвратится к ней была так же хороша, как и его физическое присутствие, зато приносила гораздо меньше неприятностей. Нет, Мурра желала другого, ей хотелось иметь исключительную привилегию делать то, что нравилось бы ему по-настоящему.
Когда же до нее дошло, что более всего он нуждается в самом безыскусном отдыхе, когда ничто не мешает и не занимает голову, ее задача значительно упростилась.
Она могла бы устроить званый обед.
Да, званый обед ему понравится, как нравились всегда. Как только Мурра подумала об этом, она удивилась, как эта мысль не пришла ей в голову раньше, и сразу же приступила к планированию этой операции.
Самым главным здесь было, кого пригласить в гости. Не больше шести человек: Бланди не должен устать от большой компании. И, по тем же самым причинам, никого серьезного. Этот прием должен послужить тому, чтобы Бланди отдыхал, а не работал. В качестве первой пары приглашенных Мурра выбрала Дилайлу и Конди, потому что те играли новобрачных в «Зимней жене». Хотя в то время они вовсе и не были женаты, но так долго снимались вместе, что в конце концов решили сочетаться узами брака. Гораздо более важным было то, что они долго работали с Бланди. Еще ему нравились Веннит и Джинга, причем, в пользу последней говорило и то, что Джинга — Маклин Джинга Спенотекс была дальней родственницей Бланди. К тому же они оба приветствовали его политические идеи, хотя Мурра и сомневалась, чтобы они толком понимали их содержание. И, наконец, она решила пригласить свою сестру с мужем, правда, если те решатся оставить детей дома. Мурре не хотелось, чтобы внимание Бланди отвлекалось еще и на детей.