Перепись продвигалась медленно. Составление поименного списка с указанием принадлежности к тому или иному роду, семейного положения и других данных, столь дорогих сердцу антрополога, было связано с бесконечными переговорами между Томом, вождями и членами каждой семьи. Дои руководил взвешиванием и измерением роста — единственными антропометрическими измерениями, которые можно было произвести при помощи имевшегося у нас оборудования. Взвешивание велось на обычных банных весах, прихваченных нами на Гуаме; стойку для измерения роста мы изготовили из найденной в Фан Напе жерди, нанеся на нее шариковой ручкой деления через каждые четверть дюйма. Во взвешивании и измерении роста принимал участие Маролигар; проследив за первыми двумя-тремя операциями, он стал затем объяснять каждому, где нужно вставать на весы, учил стоять прямо при измерении роста; кроме того, он успокаивал застенчивых женщин и детей, боявшихся этой процедуры.
Я в это время слонялся поблизости с большим фотоаппаратом «Краун грэфик», фотографируя все, что привлекало мое внимание.
Пока Тед старался уточнить все имена и сведения о родственных связях, у нас оставалось достаточно времени, чтобы осмотреться. Бросалась в глаза прочность всех строений. Строили их так: но углам в землю вбивали толстые столбы; к ним веревками из волокна кокоса накрепко привязывали венечные балки и стропила. Крыши крыли листьями кокосовых пальм. Стенами служили циновки, сплетенные из таких же листьев. Дома были низкие, в них можно было только сидеть или полулежать на полу, очень чистом, покрытом плетеными кокосовыми циновками. Окон в домах не делали, но зато каждый из них имел четыре, а то и шесть дверей, которые в случае необходимости также завешивались циновками. Внутри царил полумрак, но это никому не мешало, так как читать было некому. Громоздких вещей в домах почти не было; лишь кое-что стояло вдоль стен. Основная часть пожитков семьи лежала в разного рода мошках и коробах, подвешенных на веревках к стропилам. Таким образом, вся верхняя часть дома представляла собой своего рода чердак без пола.
Жители Ифалука всячески способствовали проведению переписи, хотя нм эта процедура казалась чудачеством с нашей стороны. Тем, кого уже взвесили и измерили, нравилось наблюдать, как то же делают с другими. Кое-кого, особенно женщин, было довольно трудно заставить стоять прямо при измерении роста. Многие из них, казалось, страдали хронической сутулостью, возможно потому, что в своих домах они никогда не могли распрямиться, но, вполне вероятно, и оттого, что женщины Ифалука сознавали свое подчиненное положение в обществе и всегда почтительно склонялись в присутствии мужчин. Правда, Тед подозревал, что это почтение было чисто внешним и что женщины здесь, как и везде, знали свое могущество и умели им пользоваться; оказалось даже, что среди пяти вождей Ифалука была одна женщина.
Здешние дамы не стеснялись обнажать грудь; не беспокоило их, по-видимому, и то, что юбки у них едва сходились сзади пониже талии. Но зато они всячески скрывали ноги выше колен, боясь открыть хотя бы дюйм своих ляжек. Вставая на весы, они старались покрепче прижать юбки к ногам. Подобная стыдливость произвела большое впечатление на Дона, он как-то заметил, что их наверняка шокировали бы американские купальные костюмы.
Ифалукцы трогательно заботились о детях. Мужчины не меньше женщин нянчились с малышами и играли с подростками. Тед и его коллега Спиро в 1948 году отметили, что детей здесь никогда не награждают шлепками и редко на них кричат, а тех, кто очень уж расшалился, иногда окунают в лагуну. Во время показа фильма на «Неттле» Дон видел, как один мужчина тихонько поливал морской водой ревущего младенца. Тот быстро умолк, и Дон решил по возвращении домой испытать этот метод на своей дочурке.
Младенцев держат в люльках — квадратных коробках с невысокими бортами, стянутыми по углам веревками. Люльки подвешены к стропилам в нескольких дюймах над полом. Детишки, завернутые в старую одежду, кажутся вполне довольными своими постельками.
Как правило, жители Ифалука отлично сложены и на вид обладают завидным здоровьем. Помню, правда, что у одной из женщин нос и верхняя губа были совсем разрушены, вероятно фрамбезией[28]. В прошлом фрамбезия была широко распространена на всех этих островах, но инъекции пенициллина оказались надежным средством борьбы с болезнью, и в послевоенные годы Медицинская служба военно-морского флота повела успешную борьбу с ней.
28
Фрамбезия (от франц. framboise — малина), тропический сифилис — инфекционное заболевание с резко выраженными кожными проявлениями. Передается как путем контакта через поврежденную кожу, так и половым путем. —