Выбрать главу

Таинство евхаристии происходить во время обедни. Обедня называется кедасье, а причащение называется курбан. У них 14 обеден. В числе их есть обедни Иисуса Христа, Богородицы, 12 апостолов, кроме того, есть литургия Иоанна Златоустого, Василия Великого и Григория Богослова. Литургия состоит только из одной части — литургии верных, литургии же оглашенных и проскомидии нет. Дары приготовляются по окончании всенощного бдения. Просфора печется из квашенного пшеничного теста в форме большой круглой лепешки, поверхность которой надрезана продольными и поперечными разрезами на маленькие квадратики. Вино не употребляется, а вместо него намачивают сушеный виноград и выдавливают из него сок. Виноград получается из Гондара, пшеничная же мука мелется при самой церкви каким-нибудь невинным мальчиком. Литургия должна служиться не менее как пятью священнослужителями — двумя священниками и тремя дьяконами. Может быть 7, 9, 12, но никогда не менее 5. Вся обедня поется священниками и дьяконами без участия хора. Один только раз, после освящения Св. Даров, когда приносится молитва за весь мир, хор поет Екзио мареи — Господи помилуй. Причащение совершается под обоими видами. Сначала один из священников причащает телом, отделив пальцами квадратик, а затем причащает кровью. Дары выносятся всеми священнослужителями в западные двери, при этом дьякон звонить в маленький колокольчик и' все падают на колени. Обратно Дары уносятся тоже в западные двери.

Литургия Иоанна Златоуста отличается, насколько я мог судить, от нашей литургии Иоанна Златоуста. Во 1-х, нет ектении; по всей вероятности, ектения суть последующее прибавление, сделанное Византийской церковью. Нет также литургии оглашенных. В остальном же, по-видимому, много сходства с нашей. По освящении Св. Даров происходить оплакивание священнослужащими страданий и смерти Иисуса Христа. Большею частью священнослужащие вполне переносятся духом к оплакиваемым событиям.

Обедне предшествует утреня вместе с полуночницей. Начинается она с 2—3-х часов ночи и продолжается до восхода солнца, когда начинается обедня. Кидан заключается в чтении книг Старого и Нового Завета и в пении хора дабтаров.

По временам выходят из алтаря священник и дьяконы с кадилом и крестами. Евангелие читается одним из священников.

После обедни бывает нечто вроде молебна. Выходят из алтаря все служившие священники и дьяконы с крестами и кадилами и становятся молча пред царскими вратами лицом к народу. Хор дабтаров поет импровизацию в честь императора, потом в честь праздника, в честь Пресвятой Богородицы. Импровизирует большею частью алака — настоятель церкви, хор же повторяет его слова или поет припев хайле— слава, или халелуйя— аллилуйя. Если импровизация была удачна, то все окружающие одобряют ее, говоря: малышм, малькам— хорошо, хорошо. Певцы все больше и больше воодушевляются.

Они поют раскачиваясь в такт всем телом, звоня медными погремушками и ударяя посохами в такт об землю. Движение становится все более и более энергичным, удары в барабан все чаще и сильнее. Певцы уже оставили свои погремушки и хлопают в ладоши. Некоторые приседают и делают как бы нырки, описывая головой крест. Священники, стоящие перед народом, тоже поют. Некоторые из дабтаров выходят в середину круга, делая плавные и грациозные шаги и раскачивая в такт посохом. Духота стоит страшная, пот с поющих льется градом, но все страшно наэлектризованы, религиозное воодушевление громадное и нет при этом других чувств, кроме чисто религиозных. Но вот пение обрывается. Один из дабтаров обходить всех присутствующих и, разделив по группам, назначает каждому Святого, которому молится. Он так обходить несколько раз, пока не перечислить всех Святых. После этого священник говорить несколько молитв, которые кончает молитвою Отче наш — Абупа засамалт и отпускает народ. Уходя всякий считает долгом, так же, как и при входе, приложиться или к образу, или к двери церкви.

Многие склонны осуждать абиссинцев за существование у них священного танца, но в том виде, как он происходить у них, он не имеет в себе ничего безнравственного, а только есть выражение в высшей степени религиозного воодушевления. Где то я читал, что в Испании тоже существуют священные танцы. У абиссинцев они являются наследием иудейства. Богослужение по большим праздникам отличается от обыкновенного только большей продолжительностью послеобеднего пения. На Крещение церковь переносится в палатке к Иордан и кругом располагаются лагерем все местные жители. На Воздвижение Креста Господня совершается крестный ход кругом, сложенного из высоких стоймя воткнутых в землю шестов, костра, который потом ночью сжигается.

Устройство самой церкви у них иное, чем у нас. Алтарь находится посредине церкви и имеет вид отдельной квадратной комнаты, или дома, В некоторых церквах стены алтаря разрисованы образами, причем абиссинцы никогда своих святых не делают черными, а цвет лица у них всегда желтый. В алтаре четверо врать на все страны света, в некоторых алтарях есть только трое врать— северные, западные и южные. Иногда врата делаются двойные на каждую страну света… Жертвенник завешен занавеской. Дары всегда вносятся и выносятся в западные врата. Молящиеся располагаются в церкви следующим образом. В столице против царских врать слева становится император, справа абуна — епископ и ычыгье — начальник всех монастырей. За ними становится хорь дабтаров. Настоятель церкви во время обедни стоить у самых царских врат, по окончании же её идет к хору. Мужчины располагаются с северной и западной стороны, женщины с юлшой, отделенные от мужчин занавеской, на восточной же стороне становятся священники и монахи и те из духовных, которые не принимают участия в хоре. За оградой тоже находится всегда много мужчин и женщин, — это те, которые не соблюли известных правил и, считаясь нечистыми, не имеют права входа в церковь.

Священные сосуды и церковная утварь, употребляемые при Богослужении, следующие: потир — большею частью стеклянная чаша; дискоса я не видел, агнец выносится на очень большом блюде; какое оно, мне не удалось узнать. Его выносят покрытым шелковыми большими покрывалами, также точно его выносили накануне Крещения, когда церковь переходила в. палатку, и тогда абиссинцы называли это табот; не есть ли это тот табот, о котором говорили многие писавшие об Абиссинии, причем некоторые утверждали, что он имеет форму ящика, другие — доски. Мне кажется самым вероятным, что табот у них играет роль антиминса и заменяет собой также дискос; лжица — большею частью серебряная; копия нет, отделяют куски агнца пальцем. Дары покрываются большими шелковыми платками. Церковная утварь состоит из зонтиков, кадил, крестов, посохов, маленького колокольчика, медных погремушек и барабана. Зонтики играют очень важную роль. Они распускаются над Св. Дарами. В маленький колокольчик звонят при выносе Св. Даров. Кадило очень большое из резной меди с привязанными бубенчиками. Во время выходов дьякон выходить с крестом, а священник с кадилом, они становятся перед царскими вратами лицом друг к другу и поворачиваются три раза кругом друг друга, кланяясь, и в это время священник кадить. Посох состоит из длинной камышовой палки с железным или другим набалдашником, он служить для того, чтобы на него опираться плечом во время службы, длиной бывает около двух аршин. Погремушки похожи на очень широкий камертон, между рогатками которого на поперечном стержне повешены медные колечки. Барабаны у них очень длинные, они бьют в них ладонями, сидя на полу. На крышах церквей делают кресты из насаженных на тростник страусовых яиц. За последнее время в некоторых церквах появились колокола, но звонить в них абиссинцы еще не умеют.

Одежда священников состоит из длинной шелковой рубашки, а поверх надета на плечи шелковая риза, доходящая до колен; у большей части этих риз сзади капюшоны с кистями. Одежда дьяконов похожа на одежду священников, между ними разница та, что у священников голова покрыта кисеей, а у дьяконов она гладко выбрита. При торжественных богослужениях священники и дьяконы надевают на головы серебряные позолоченные уборы, в виде корон, разной формы для дьякона и для священника. Священнослужащие обязаны переодеваться в церкви во всю одежду, и в этой одежде они не имеют права бывать вне церкви. Они служат босиком.