— Кроме этого, — спокойно уточнил Высокий.
— Он часто не в духе с тех пор, как Рэй заболел, — словно извиняясь, проговорила Анна.
— Что ты сказала? — спросил Алан.
— Я сказала, что ты часто грустишь с тех пор, как заболел Рэй.
Алан не стал ни подтверждать ее слова, ни возражать. Вместо этого — возможно, его задело то, что Анна извинилась, — он вышел из комнаты. Мы услышали, как он хлопнул дверью.
— Не в духе, — произнес Высокий.
— Может быть, в следующий раз, — сказала Анна.
— Осталось не так много времени, — ответил Высокий.
— В следующий раз, — сказала она, — я сделаю так, чтобы он с вами поговорил.
— Послушайте, — обратился ко мне Высокий, — я знаю, что вы были в больнице. Знаю про ваш инфаркт.
Он сел за стол, чем сделал мне большое одолжение — сидя, он не казался таким ужасным, о чем он, безусловно, знал.
— Мне также известно о том, что вы отказались от трансплантации.
Он сидел близко и говорил негромко.
— Отказался.
— Это могло оказаться стратегически важным, — продолжал он. — Вернуться в Штаты. Получить трансплантат. Это могло бы сбить их с толку.
— Их, то есть команду Долли?
— А потом они могли последовать за вами прямо сюда.
— Я об этом не думал. Если они действительно существуют.
— Они существуют, и, простите, они уже охотятся и за вами.
— Тогда им надо поторопиться, — заметил я.
— Они стараются, — сказал он.
Он подвигался на стуле, стараясь найти удобную позу. Его ноги не помещались под столом. Он отодвинул стул. В конце концов, приложив немало усилий, так что даже мне было больно на него смотреть, ему удалось положить ногу на ногу.
— Вот так, — сказал он. — Мне жаль, что это случилось.
— Спасибо.
— Хочу сказать, что уважаю ваше решение. Уверен, что принять его было нелегко. Это достойно всяческих похвал. По-другому не скажешь. Но я должен сказать и кое-что еще. Одно дело — принять такое решение ради себя. Например, как муж Анны. Совсем другое дело — принять решение ради кого-то еще. Отказаться, чтобы позаботиться о нем.
— Вы судите по личному опыту.
— Да.
Анна повела Алана в библиотеку. Он не хотел идти, но Анне удалось его уговорить. Ее программа по поднятию духа Алана уже утомила их обоих. Поблизости от нас есть филиал библиотеки, но они отправились в центральную библиотеку на Маклеод-Трэйл. Новое здание. Много стали, тонированного стекла, открытая площадь с фонтаном посередине.
— Бессмысленно, — сказала Анна вечером. Она имела в виду фонтан. — Даже жестоко. По кругу — фигуры детей, пляшущих под струями. Трогательные фигуры. А перед фонтаном — металлическая табличка: «В воде играть запрещается». О чем только думали? Было жарко, как в пустыне, а бедный Алан в футболке с длинными рукавами. Я показала ему табличку и объяснила эту глупую провокацию. Он понял, но не отреагировал.
Она надеялась, что Алану там понравится (хотя понимала, что это напрасная надежда) или он хотя бы отвлечется, разглядывая книги. Все-таки занятие. Они сели в автобус, который был для Алана чем-то новым, и он настоял, чтобы они заняли места сзади. В библиотеке, когда они туда добрались, уже собралось много народу, и отыскать книги было трудно. Разве что в просторном детском отделе: там, по словам Анны, помимо игр, мягких игрушек и детской мебели, было множество книг, и в этот летний день родители читали их детям. Оставшуюся часть первого этажа занимали многочисленные ряды отдельных кабинок, в каждой стоял компьютер и лежали наушники.
— Мы прошли в справочный отдел, — говорила Анна. — Я спросила библиотекаря, где книги. «Вам нужна какая-то конкретная книга?» — спросил он. Я сказала: «Нет. Мы просто хотим посмотреть». Он ответил: «Сожалею, но доступ посетителей к стеллажам запрещен. Имеется онлайн-каталог. Вы находите нужную книгу, нажимаете на ее название, и служащий приносит ее к вам в кабинку. Это не занимает много времени». «Неужели никак нельзя посмотреть книги? — настаивала я. — Я здесь с сыном. Хочу ему показать, что такое библиотека». Старик улыбнулся. «Это и есть библиотека», — ответил он. «Я имею в виду библиотеку с книгами», — сказала я. Он повторил, что доступ к стеллажам запрещен. Я спросила, как бы между прочим, где они находятся. «Они находятся на трех уровнях, — ответил он. — В цокольном этаже. На минус первом этаже. На минус втором этаже. Туда допускаются только служащие библиотеки». «Послушайте, — сказала я ему. — Мы просто хотим посмотреть. Обещаю, что мы будем очень аккуратны. Не будем трогать книги. Мы вернемся через пять минут, самое позднее». Мужчина возразил, что не может нас пустить. «Может быть, с нами кто-нибудь сходит? Всего на минутку».