Мысли Люсьен все еще путались, когда дверь распахнулась, и, к ее изумлению, в спальню вошел Эшил де Кресси.
- Добрый вечер, сударыня. Надеюсь, я вас не потревожил? - спросил он, окидывая жену насмешливым взглядом.
- Эшил? - пробормотала Люсьен, покрываясь испариной. Она поплотней закуталась в одеяло и затихла, не понимая, что мог означать этот странный визит.
Де Кресси подошел к кровати.
- Вставайте, мадам, подъем! Внизу ожидают гости. Их следует встретить как подобает.
В интонациях его голоса крылся какой-то подтекст. Де Кресси повелительно вытянул руку. На пьяные шуточки это не походило. Да он и не был особенно пьян.
- Вставайте, мадам,- повторил Эшил. Люсьен страдальчески сморщилась.
- Эшил, я не одета. Вы что, хотите покуражиться надо мной?
- Мадам, к нам пришли гости. Они в нашем доме. Будет чрезвычайно невежливо, если вы к ним не выйдете. Вставайте и не упрямьтесь, все ждут только вас!
Он сдернул со спинки стула халат и швырнул его женщине.
- Этого будет довольно. Накиньте его, сударыня, и пошли.
Люсьен протянула руку к халату, лихорадочно соображая, как поступить. Внутренний голос подсказывал ей, что внизу замышляется нечто ужасное и что Эшил ее от этого ужаса не защитит.
- Поторопитесь! - рявкнул Эшил, и лицо его исказила гримаса.- Час близится. Время не ждет.
- Нет! - отшатнувшись, воскликнула женщина. Она понятия не имела, какого часа ждет ее муж, но могла поклясться, что ничего хорошего он ей не сулит.- Уходите, я нездорова. Извинитесь там за меня.
- Это наши гости! - Эшил попытался взять себя в руки и снизошел до уговоров.- Они хотят познакомиться с вами. Особенно Сен-Себастьян.- Он ткнул пальцем в халат.- Одевайтесь, мадам Мое терпение иссякает.
- Нет,- покачала головой Люсьен. Эшил, сжав кулаки, затрясся от ярости.
- Ты моя жена и должна мне повиноваться,- зашипел он, как дикий рассерженный кот.- Ты сделаешь все, что я прикажу. Ну же!
Люсьен была и так уже порядком напугана, но после этих слов страх молодой женщины перешел в ужас, и все у нее внутри словно оборвалось. Она швырнула в мужа подушку, затем другую, хорошо понимая, что это не остановит его, а лишь разозлит еще больше. Тут ей под руку подвернулся тяжелый флакон с духами, стоящий на тумбочке у изголовья кровати, она ухватила его и метнула в оскаленное лицо. Флакон разбил Эшилу бровь. Он покачнулся, скривившись от боли, но через миг опомнился и кинулся к ней.
Люсьен увернулась, вскочила с кровати и без колебаний распахнула окно, выходящее в сад. Спальня находилась на втором этаже, однако это ее не смутило. Эшил был уже рядом, она бросилась вниз. В лицо ей ударил холодный ночной воздух.
Голоса. Они доносились, как сквозь туман. Люсьен поняла, что не разбилась насмерть, а только оглушена. Она пошевелилась и почувствовала острый приступ боли в плече - то ли перелом, то ли вывих. "О виолончели теперь придется забыть",- пришла ей в голову нелепая мысль. Второй мыслью было, что надо бы послать за врачом.
Голоса зазвучали громче, из мрака сада выдвинулось размытое пятно света Заметив приближающихся мужчин, Люсьен пожалела, что падение ее не убило. Она знала, что церковь считает самоубийство одним из самых тяжких грехов, она понимала, что ей следует благодарить Господа за спасение и за предоставленную возможность муками искупить греховность ночных нечистых видений. Но шаги приближались, и она жаждала лишь одного: немедленно умереть.
- Вот она! - воскликнул торжествующий голос. Люсьен подняла веки и увидела высокого пожилого мужчину с серыми выпуклыми глазами и немигающим взглядом змеи. Из-за спины незнакомца высовывался Боврэ.
- Жива, кажется. Черт побери, Сен-Себастьян, вам везет! Значит, обряд все-таки состоится?
Тот, кого назвали Сен-Себастьяном, коротко усмехнулся. У Люсьен пересохло во рту.
- Мы еще должны убедиться, девственна ли она. Поднеси-ка фонарь поближе.
Он опустился на колени рядом с Люсьен и бесцеремонно раздвинул ей бедра.
- Нет, нет, нет,- зашептала она, сжимая колени. Это было невозможно, чудовищно. Это, конечно же, сон, а не явь!
- Мадам,- ледяным тоном произнес Сен-Себастьян,- не испытывайте мое терпение. Предупреждаю, я этого не выношу.
Люсьен молча сопротивлялась. Сен-Себастьян просунул руку поглубже и резко сжал пальцы, причинив ей острую боль. У женщины потемнело в глазах, и она опять судорожно сомкнула колени. Новый прилив боли заставил ее забыть о вывихнутом плече.
Сен-Себастьян встал.
- Отлично, она еще девственна. Круг будет доволен.
На нагое женское тело, распростертое у его ног, он словно бы не обращал никакого внимания. Зато глаза Боврэ алчно мерцали.
- Какая красотка, черт побери! Жаль, что она досталась Эшилу.