Всю дорогу до дома мы провели в тишине. Я не могла сейчас ни о чем говорить. Моя голова разрывалась от мыслей и эмоций, но прежде чем все это вылить наружу, мне необходимо хотя бы немного все привести в порядок.
Алекс тоже был задумчив, хотя, скорее всего, он просто переживал из-за меня.
– Я сегодня хочу остаться одна, – произнесла я, когда машина остановилась возле моего (до недавнего времени) дома.
Алекс что-то хотел возразить, но я его тут же перебила:
– Очень тебя прошу! Мне необходимо побыть одной. Только одну ночь. Пойми меня.
– Ладно, – выдохнув, сдался он.
Алекс провёл меня до квартиры и взял обещание, что при первой же необходимости я наберу его в любое время ночи.
Как только я закрыла дверь, эмоции моментально хлынули наружу. Задыхаясь от рыданий, я села на пол и закрыла лицо руками. Мне хотелось кричать и крушить все вокруг.
В сумочке зазвонил мобильный. Увидев "Мама" на экране, я со всей злостью швырнула телефон в стену и попала точно в зеркало, на котором осталась паутина из трещин после соприкосновения с мобильным.
Подойдя к зеркалу, я взглянула на себя: раскрасневшееся и опухшее от рыданий лицо, бесконечно стекающие по нему слезы и разбитая в дребезги душа, которая теперь тоже отражается в паутине этого зеркала.
Утром я смогла себя поднять с кровати лишь за полчаса до рабочего дня.
Голова трещала от четырёх часов сна и вчерашних рыданий. От глаз остались лишь одни маленькие щелочки, все остальное заплыло под тяжёлыми налившимся веками.
Быстро одевшись, я выскочила на улицу. Утро оказалось пасмурным, поэтому в солнцезащитных очках я выглядела достаточно то ли комично, то ли подозрительно. Но снимать их желания не было.
Пройдя всего несколько шагов от подъезда, я резко остановилась и повернулась в сторону дороги. Черный внедорожник Алекса стоял на том же месте, на котором он вчера его припарковал.
Что это значит? Где Алекс?
Быстро подойдя к машине, я увидела через стекло Уолша, который спал на откинутом водительском сидении.
Неужели он всю ночь здесь пробыл?
Я аккуратно постучала и с пятой попытки, когда у меня уже заболели костяшки пальцев, мне все же удалось разбудить этого внимательного сторожа.
– Ты тут всю ночь был? – удивлённо спросила я, забираясь в салон машины.
– Который час? – зевая произнёс Уолш.
– Почти 9.
– Кое-кто опаздывает, – ехидно заметил Алекс.
– Отвези меня, пожалуйста.
Алекс молча завёл мотор и тронулся с места.
– Сегодня на редкость солнечный день, не так ли? – произнёс он, включая дворники, так как за окном начал капать дождь.
Я молча повернулась к нему и приподняла очки так, чтобы он увидел моё лицо.
– Н-да, видосик у тебя ещё тот, – заключил Уолш.
– Спасибо, – бросила я и отвернулась.
Сегодня будет очень сложный и долгий рабочий день. И это впервые мне совершенно не хочется идти на работу. Именно сейчас я жалею, что не работаю на Уолша.
Прощаясь с Алексом, мы договорились, что он заберёт меня в конце дня.
Я была благодарна ему, что он не стал допытываться о вчерашнем. У меня не было в планах что-либо скрывать от него. Тем более, подозреваю, что большую часть разговора на кухне он все же слышал. И как бы это непривычно ни звучало, но Алекс сейчас единственный человек, кому я могу довериться. Но всему своё время. И пока я просто не готова обсуждать данную тему.
На работе свой внешний вид я назвала "некими тяжёлыми семейными обстоятельствами". Хотя не уверена, что данная формулировка в полной мере описывает мою ситуацию.
Несколько раз мне предлагали пойти домой, но я, из-за своей глупости и гордости, отказалась и была полна решимости работать.
После обеда, который я решила пропустить, так как любая еда вызывала у меня лишь рвотный рефлекс, к моему столу подошла секретарь Джоан, милая и добрая девочка, и сообщила, что мне необходимо срочно отправляться в офис AGinc. Так как им нужно переделать текст пресс-релиза. У них какая-то новая концепция. Все это очень срочно и очень важно. И мистер Спарк, по словам перепуганной Джоан, сказал, чтобы я прямо сейчас бежала туда и оставалась там до тех пор, пока не согласую полностью новые материалы.
Слушая Джоан, я еле сдерживала улыбку и пыталась придать своему лицу удивлённый и такой же ошарашенный вид, как и у девочки секретаря. Хотя была практически на 100% уверена, что всю эту сцену Алекс специально разыграл, с целью вытащить меня с работы. И, если честно, я как никогда благодарна ему за это.