Вечером о жизни было думать некогда, необходимо было подготовиться к возвращению Ксении домой. Накормив Ваньку пиццей (между прочим, оказалось, что это просто незаменимая еда для ребёнка, шла просто на ура, без всяческих капризов и фырканий), они взялись за пылесос и тряпки. Иначе, как подозревал Говоров, Ксения снова упадёт в обморок, когда увидит, во что они превратили квартиру за неделю проживания. Ванька с энтузиазмом бегал по комнатам и размахивал тряпкой, вроде бы пыль стирал. Толку от его беготни было мало, но зато к Андрею не приставал и дал тому возможность навести хоть какой-то порядок. Конечно, получилось не ахти, но Говоров предпринял поистине героические усилия и только за это собой гордился. И старался не думать о том, что уже завтра сможет спокойно спать дома, в своей постели. Что никто больше не будет будить его среди ночи, дёргать за руку или забираться под одеяло. И по утрам никто не станет скакать на постели, когда он ещё не проснулся. И требовать хлеба с вареньем и какао на завтрак.
Когда эти мысли появлялись в голове, Андрей вздыхал, и если был рядом с Ванькой, то начинал внимательно присматриваться к нему. А потом ругал себя за мнительность. Из-за чего он расстраивается? В конце концов, Ксения работает с ним… под его началом, так сказать. И мало того, ей нужна помощь, теперь это очевидно. А он готов ей помочь, правда, готов. Лишь бы она не отказалась.
Как именно он будет помогать Ксении Степновой, пока было не ясно даже ему самому. Но помогать хотелось. Когда он поделился этими мыслями с Денисом, тот покрутил пальцем у виска и сказал, что его просто потянуло на подвиги. Но это пройдёт. А Андрей почему-то даже поспорить с ним не решился.
А вот сегодня Ксению выписывают. Он сказал ей, что приедет к трём, она долго отнекивалась, уверяла его, что прекрасно доберётся на такси, но Говоров твёрдо стоял на своём. И она в итоге сдалась.
А теперь вот он сидел на совещании и в нетерпении поглядывал на часы. Совещаться, если честно, надоело, а главного финансиста, как на грех, прорвало, говорливость напала на него и желание поделиться своими гениальными идеями с окружающими. Он делился с энтузиазмом, а остальные старательно делали вид, что слушают с интересом. Иногда Ярослав замирал и косился на Говорова.
— Ты согласен? — спрашивал он.
Андрей кивал и снова украдкой бросал взгляд на часы. Денис рядом зевнул и сложил руки на груди. Съехал немного на стуле и смотрел на всех из-под полуопущенных ресниц. Андрей же был уверен, что он попросту спит.
Нарушил ровное течение речи финансового директора, мобильный телефон Говорова. Андрею даже неудобно стало, что он вот так нагло, бесцеремонно…
Ярослав замолчал и посмотрел выжидательно. Андрей полез в карман за телефоном.
— Я слушаю, — несколько ворчливо проговорил он. Выслушал звонившего и нахмурился. — Дерётся? С кем? — Вздохнул. — Алла Витальевна, дайте ему трубку. Ванька, приеду, уши надеру, понял? — понизив голос и отвернувшись, проговорил Говоров в телефон. Денис рядом приоткрыл один глаз и посмотрел с интересом. Андрей же вздохнул, слушая сбивчивые оправдания ребёнка. Развернулся на кресле. — Ваня, она же девочка, — сказал он и едва сдержался, чтобы не расхохотаться. — Ну и что, что плюётся? Драться-то зачем? В общем, всё! Идёшь, извиняешься. Я всё сказал… Скоро приеду. Маму заберу из больницы и… Да, извиняться обязательно. — Выключил телефон и пару секунд тянул с тем, чтобы повернуться ко всем любопытным. — Продолжай, Слава, я слушаю.
— Ты уверен? — усмехнулся Денис, а Говоров под столом двинул ему ногой по лодыжке. Горский охнул и посмотрел укоряющее.
— Где ты сегодня собираешься ночевать? — со смешком поинтересовался Денис, когда они после совещания вошли в президентский кабинет.
Андрей недовольно посмотрел.
— Где, где… Дома, конечно. Что ты глупости спрашиваешь?
— И ничего не глупости. — Денис сел на свой стул и, наконец, потёр ушибленную лодыжку. — А ещё удивляется, почему мальчишка дерётся… Пример перед глазами!
— Не стони.
— А ты поедешь за Ксюшкой в больницу? На самом деле? Это уже переходит все границы.
— А, по-твоему, я что должен сделать? По крайней мере, надо довезти её до дома… Передать дела, так сказать.
— Впутался ты не в своё дело, Андрюх. Я тебе когда ещё сказал.
— Всё уже почти закончилось, Денис, — вздохнул Андрей.
— Ты неправильным тоном это говоришь, — запротестовал Горский. — Ты должен радоваться… Слышишь?
— Слышу. И радуюсь, — проворчал Говоров.
Закидав в портфель все нужные вещи и бумаги, Андрей пошёл к выходу.