— Ваше святейшество, не пейте!
Чашка вывалилась из рук папы. Все оцепенели от ужаса. Первой опомнилась настоятельница.
— Святейший отец, помилосердствуйте, простите! Она сумасшедшая, — молила старушка, упав к ногам папы.
Но Сикст был другого мнения: поступок молоденькой монахини он совсем не отнес к сумасшествию.
Умный папа понял все, для него было ясно, что герцогиня Фарнезе и кавалер Зильбер хотели его отравить.
— Позвать доктора Григория! — крикнул он, подымая чашку, в которой еще осталось немного жидкости.
Юлия Фарнезе побледнела как смерть и, чтобы не упасть, держалась за стол. Вскоре явился знаменитый медик Григорий Амендоля.
— Маэстро Григорий, — сказал папа, — возьмите эту жидкость, исследуйте ее повнимательнее и скажите нам ваше мнение.
Доктор взял чашку, рассмотрел жидкость и, почтительно кланяясь, сказал:
— Ваше святейшество, в настоящую минуту я ничего не могу сказать вам, здесь самая простейшая жидкость — лимонад, он даже не потерял своего цвета, и я не вижу ни малейшего следа отстоя.
— А, понимаю, яд Борджиа! — вскричал Сикст. — То, что мы давно ищем, ну, на этот раз я клянусь Создателем открыть корень зла и вырвать его, если бы мне для этого пришлось подвергнуть пытке целый Рим.
— Позвольте, ваше святейшество, мне попробовать действие жидкости на собаке, — сказал доктор.
Медик сделал знак одному из своих приближенных, последний подошел к нему и, выслушав на ухо полученное приказание, вышел за ворота. Вскоре он явился с маленькой собачкой на руках. Между тем доктор приказал дать молока и вылил в него оставшуюся часть жидкости, которую и поднесли собачке, она тотчас стала лакать молоко, но, едва сделав несколько глотков, вдруг упала в страшных конвульсиях на землю и тотчас же издохла. Не оставалось ни малейшего сомнения, что лимонад был отравлен.
— Что вы на это скажете, маэстро Григорий? — спросил папа.
— Я нахожу, ваше святейшество, что в этой жидкости был самый страшный и тонкий яд, не имеющий ни запаха, ни вкуса. Вашему святейшеству, конечно, известно, что природа наградила всех животных, а в особенности собак необыкновенным обонянием, то, что принято называть чутьем. В данном случае собачка, понюхав молоко, тотчас же стала есть его, это служит ясным доказательством того, что яд был в высшей степени тонкий.
— Да, я с вами согласен, — отвечал папа, указывая рукой на кавалера Зильбера, который был тотчас же арестован. Герцогиня Юлия не могла выдержать долее; опустившись на колени перед папою, она прошептала:
— Ваше святейшество, увольте меня, вся эта сцена потрясла мой организм… ради Христа!
— В самом деле, прелестная герцогиня, как вы бледны, — сказал, улыбаясь, папа, — ваши губы совсем белые, лицо выражает испуг…
— Феликс! — прошептала несчастная женщина. — Умоляю тебя, помилуй!
Папа вздрогнул, его мраморное сердце затрепетало, когда-то, в молодости, этот гармонический голос составлял счастье всей его жизни. Он глубоко вздохнул и, делая над собой усилие, прошептал:
— Вы, герцогиня, виновнее всех, но я помню прошлое. Уезжайте из Рима и помните, если восход солнца застанет вас здесь, вы погибли.
Не желая больше слышать никаких оправданий от герцогини Фарнезе, папа встал и, сделав знак своей свите, отправился к выходу.
СЛЕДСТВИЕ
ЗА заставой св. Севастьяна, в пустынной окрестности Рима, есть ход в катакомбы. Эти подземелья служат и в наше время одним из любопытнейших объектов осмотра для всех туристов. В древние времена рабы, гладиаторы и все угнетенные находили себе защиту в подземельях, разветвления которых бесчисленны, они идут под всем Римом. В царствование императора Клавдия, по свидетельству историка, считалось более полумиллиона рабов, не имевших никаких гражданских прав. Каждый господин имел полное право по своему произволу наказывать раба: бичевать его или прямо отдать в распоряжение палача для распятия на кресте. Впоследствии гонимые христиане также находили убежище в катакомбах, там они совершали религиозные обряды и поучали друг друга. Проникнуть полиции в катакомбы было чрезвычайно рискованно: войти туда было легко, но выйти очень трудно. В новейшие времена находили много костей и оружия, принадлежавших, по всей вероятности полицейским отрядам. После христиан в катакомбах скрывались еретики, преследуемые инквизицией, и политические заговорщики. История нам рассказывает чрезвычайно любопытные факты о римских катакомбах. Так, например, один из преследуемых еретиков во времена папы Урбана скрылся в подземелье, был избран товарищами главою заговора и назван старшим папою; таких примеров множество.