Таксист разбудил меня часа через два, я все еще чувствовала слабость, но была благодарна немолодому мужчине за то, что он почти полтора часа простоял во дворе моего дома и дал мне хоть чуть-чуть поспать.
За доброе дело я ему щедро отплатила и побрела в квартиру. Все было как в тумане, но в следующий раз я осознала себя спящей на ковре возле кровати. Часы показывали, что я проспала едва ли пять часов.
Чувствовала я себя отвратительно, голова раскалывалась, желудок давно прилип к позвоночнику, но хуже всего было то, что на моем телефоне несколько пропущенных от коллег, тех самых, что стояли в приемной и пытались подслушать разговор Ингрит и Росса, а также куча смс. И первое открытое, то есть самое последнее из отправленных, гласило "Нам всем пиздец. А тебя обещал разорвать лично Росс Штейн". Я вздрогнула и выронила телефон из ослабевших пальцев.
Но он тут же зазвонил, я не глядя ответила на звонок и прижала трубку к уху. Было страшно, почему-то казалось, что это Росс звонит, чтобы сказать, что я уволена. Потому что меня вовсе не пугало то, что он может меня разорвать.
— Сандра, наконец-то я до тебя дозвонилась! — это был голос Крес, — немедленно приезжай, у нас проблемы!
— Что случилось? — мой голос дрожал.
— Пропали бумаги по договору о "удочерении" одной зарубежной фирмы нашей компанией, они очень важны! Мы не смогли нигде у тебя их найти.
— Что? — я схватилась пальцами за давно не мытые сальные волосы. — Этого не может быть! Я точно помню, что все было на своих местах и я ничего не пропустила! Миссис Крес, дайте мне час, умоляю!
— Даю тебе сорок минут, Миллер, — сухо ответила та, и я ломанулась в ванную.
Хотелось элементарно помыться и вымыть волосы, с чем я справилась в рекордно короткие десять минут, одеваясь и суша волосы на ходу. В итоге я убрала их в мокрый пучок и, схватив сумку, побежала вниз, к предусмотрительно вызванному заранее такси.
Я опоздала всего на одну минуту, но казалось, будто за эти жалкие шестьдесят секунд Крес разорвёт меня покруче Росса. Я влетела в приёмную и чуть не споткнулась, наткнувшись на холодный взгляд Росса Штейна.
По телу пошли табуны мурашек, словно дикие лошади по прериям, и я затрепетала. Сила голодным псом начала рваться с цепи, мне нужна была еда, хоть какая-нибудь, если уж я не успела нормально поесть дома.
— Документы, мисс Миллер, — отчеканил альфа. — Где они?
— Они должны быть среди остальных, мистер Штейн, я должна была положить их в папку на столе, потому что это одни из новейших контрактов, — затараторила я, чувствуя, как слабеют ноги.
— Их там нет, — рыкнул мужчина, и мое сердце заколотилось как сумасшедшее. — Если вы их слили Беккеру или еще кому, знайте, я убью вас и ваших сообщников без суда и следствия.
— Они должны быть здесь! — отчаянно крикнула я и кинулась к столу, судорожно рыща по папкам.
Сумку я небрежно бросила на пол, она завалилась на пол, выпуская из своего расстегнутого нутра кучу мелочовки в виде помады, скидочных карточек, различных бумажек и ручек, а также файлик с нужным договором.
Все это безобразие предстало перед Штейном во всей красе, но я заметила это лишь тогда, когда он нагнулся и достал искомое. Я же лихорадочно продолжала шарить по своему столу.
— Мисс Миллер. Вот он, договор, — он небрежно бросил файл с документами на стол, поверх раскрытых папок. — Вы забрали их с собой? Такие важные документы и к себе домой? И настоящие ли они? Учтите, документы были подписаны второй стороной, вместе с печатью, и ждали моего приезда, поэтому со стороны компании там нет подписей. Очень удобно для вас, не правда ли?
Я слушала его с квадратными глазами, а потом дрожащими руками взяла этот чёртов договор и на негнущихся слабых ногах обошла стол, вставая напротив Росса.
— Ты, козёл, а не волк. Скотина, чёртов плантатор, дебильный трудоголик, — натурально завизжала я, чувствуя, что у меня началась истерика, по щекам покатились слезы не то злости и обиды, не то усталости. — Я себя чуть не похоронила за эти три дня из-за урезанных сроков и большого объема работы. И вдруг совсем забылась и на автопилоте положила последний из документов к себе в сумку… Аха-ха-ха.
Я засмеялась, чувствуя, как заломило виски, а затылок запульсировал. Сердце пропустило удар, и ноги подкосились. Я уже не почувствовала, как упала, просто все органы чувств отключились. Я отключилась.
Я спала, и сон был приятным. Сначала меня несла куда-то теплая ласковая река. Тело покачивалось на волнах, а откуда-то доносился невозможно приятный запах. Пахло дорогими мужскими духами и самим мужчиной, но не потным и грязным телом, как в толпе, а чистым и чувственным ароматом сильного, уверенного в себе самца. Я неосознанно потянулась к нему, и сон изменился.