Я же про себя отметил еще одну выбивающуюся из общего порядка странность: никто группу случайных перегринов в отдельный лагерь тренироваться не вывозит. Это как… ну, не знаю, как привезти группу разнорабочих в Москву и поселить их в люксовые апартаменты гостиницы с видом на Белый дом, например. Теоретически конечно возможно, но зачем?
После того, как Гельмут прочел нам краткую лекцию о вреде нарушения дисциплины, некоторое время ничего более не происходило. Мы просто стояли и осматривались. Центурион разглядывал небо со скучающим видом, большинство рассматривало кресты с распятыми. Недоумение нарастало, но никто ничего не спрашивал.
Вскоре, наконец, послышался шум моторов и на площадку заехало колонной четыре багги — современного вида, в каждом по четыре бойца в черных доспехах. Несколько из них выпрыгнуло, командир ведущей машины подошел и перебросился парой фраз с Гельмутом.
Мы все в это время рассматривали прибывший черных. Перед нами сейчас стояли рейтары: передвигающиеся на машинах и вооруженные огнестрельным оружием как основным — подобно историческим бойцам данного вида кавалерии. Их задача — работая во взаимодействии с поисковыми отрядами рейдеров, купировать прорывы кадавров в тумане.
Внимание рейтары привлекали, конечно. Впечатляющая броня — тяжелые доспехи, закрывающие бойцов с головы до ног, впечатляющее оружие — массивные штурмганы с черно-золотым римским орлом; кроме того, у каждого на бедре массивная квадратная кобура — пистолеты здесь под стать дробовикам, размером удивляют.
Да, для жителя нашего мира, это выглядит несколько несуразно. Но не для меня — обладая знаниями, я понимаю, что подобный конструктивный подход к оружию Альбиона совершенно оправдан. Дробовики-штурмганы столь массивны оттого, что в каждой прямоугольной ствольной коробке, в зависимости от модели, от двух до четырех трубчатых магазинов. Калибр серьезный — чтобы выводить из строя и обездвиживать сразу по несколько кадавров одним выстрелом, несколько таких дробовиков могут плотную толпу, в которую они как правило сбиваются, буквально выкосить.
Пистолеты непривычно прямоугольны и похоже на бластеры по простой причине — из-за интегрированного глушителя. Они уже предназначены для того, чтобы обезвредить случайного кадавра, если таковой появится в зоне видимости, не привлекая внимания остальных туманный тварей, которые на громкие звуки идут весьма активно. И кстати, дробовики-штурмганы продукция римлян, местные заводы делают вот уже тысячи лет такое производят. А вот пистолеты — переделка земных, эрзац для туманной мглы. Оружие под сорок пятый калибр, где его плюсы — высокое останавливающее действие, убойная сила и дозвуковая скорость пули очень в тему, а минусы — невысокое пробивное действие и малая дальность стрельбы, значения совсем не имеют. Во мгле дальше тридцати-сорока метров все равно никогда не видно, а туманные твари броней не пользуются. И рейтары с таким оружием используются как пожарные команды во время активизации мглы.
Вот только похоже, что во мглу сейчас рейтары никак не собиралась. Судя по тому, как они смотрели на нас и как их командир переговаривался с Гельмутом, будут опорой власти центуриона в том самом лагере, куда нас сейчас должны отвезти.
Отдельный лагерь, две мобильных команды рейтар для охраны — и это все на четыре десятка свежих перегринов. Люкс в центре Москвы для разнорабочих уже охраняет отряд ОМОНа, продолжая пришедшую мне на ум недавно аналогию. Понятно, почему Марина то и дело не может скрыть эмоции — понимает, что сильно вляпалась, но пока не понимает куда.
Гельмут между тем распорядился грузиться обратно в грузовики. Насчет рейтар я не ошибся — когда выезжали из лагеря, за нами поехало четыре багги из восьми. Одна декурия, или мобильная команда. Вторая осталась в лагере, машины развернулись в другую сторону. Посменно у нас будут дежурить? Скорее всего.
Уехали от лагеря легиона мы совсем недалеко, но дорога заняла прилично времени — после того как отдалились от ворот на пару километров и заехали в лес, качество дорог оставляло желать лучшего. Пока грузовик переваливался по ухабам дороги, часто переходящей в направление, нас всех в тесном кузове знатно перетрясло.