Выбрать главу

– Не знаю. Вероятно, между одиннадцатью и половиной двенадцатого.

– Позже вас снова вызвали, и вы видели тело?

– Да. Я получил сообщение, находясь на посту, и подумал, что хорошо бы пройти к телу до того, как его сдвинут с места, а у меня было время. Жертв было мало, ведь налет был небольшой – всего насколько самолетов, и все бомбы упали не в моем районе. Занимались мы в основном пожарными, получившими ожоги во время работы. Так что я отправился на Брейден-драйв. Когда я прибыл туда, огонь уже был под контролем, вернее, его почти не было. Я осмотрел тело. Череп был раздавлен мощным ударом. Вам нужны подробности? Нет? Ну, если понадобится, я обо всем расскажу на дознании. Для меня это выглядело так, будто он наклонился за ведром. (Я заметил, что оно лежало у лестницы). И в тот момент упала бомба, поразившая его в голову. Тогда зажигалка, должно быть, отскочила и загорелась. Я нашел ее железный обломок на полу, возле тела. Остальная ее часть, естественно, сгорела. И я заметил множество осколков от потолочного окна.

– Пламя, конечно, поднялось по лестнице, – вставил сэр Клинтон, – что привело бы к тому, что стекло вывалилось бы из потолочного окна вне зависимости от того, выбила его бомба или нет. Как он был одет во время смерти?

– Так же, как и когда я видел его немного ранее. Конечно, одежда загорелась, а потом была намочена пожарными, но это был тот же самый костюм. Вы считаете, что после нашей встречи он отправился спать, а потом встал во время налета? Нет. Когда я пожелал ему спокойной ночи, он упомянул, что будет работать еще час или два. Он всегда был совой, и редко ложился до часа или двух ночи.

– Он носил наручные часы? – спросил старший констебль.

– Да, сэр, – ответил инспектор. – От удара стекло разбилось, и они остановились в час сорок пять. Они в порядке – я взял их, и они затикали, так что пружина не сломалась. Значит, он, должно быть, погиб примерно в это время.

– Очень хорошо, – прокомментировал сэр Клинтон. – Но я все еще не понимаю: при чем тут я? Очевидно, это дело коронера.

– Я излагаю факты в хронологическом порядке, – отметил Эллардайс. – Я думаю, вы бы сами предпочли именно такую последовательность. Мы еще не добрались до сути событий. Тело слабо обгорело, конечно, за исключением места, которое столкнулось с зажигалкой. И после обследования я пришел к выводу: ожоги были посмертными. Во всяком случае, все волдыри, которые я изучил, были наполнены воздухом, а не сывороткой. У нас будут более явные свидетельства, как только мы обследуем легкие. Но я буду очень удивлен, если в них найдутся частички дыма. Я уверен: он был мертв еще до того, как упала бомба, и не вдыхал дым от пожара. Инспектор Камлет пришел к такому же выводу. Кто-то вызвал его, и это – не я. Я оставил его проводить его работу. Я хотел сделать записи, пока факты были свежи в памяти, и прошел в гостиную. В ней было меньше дыма, и был электрический свет. Закончив с записями, я осмотрелся, и тогда мне пришло в голову: что-то не так. Как я уже говорил, когда я оставил Деверелла, тот был занят золотыми находками, которые лежали на столе. И он упомянул, что у него осталось работы еще на час или два. Но теперь я увидел лишь один предмет: что-то вроде измятой чаши, она лежала на полу под столом. Золотой посох пропал, а вместе с ним и еще несколько вещей. Я не запомнил, какие именно это были предметы, так как толком не рассмотрел их во время первого посещения, но насчет золотого посоха я уверен.

– Не беспокойтесь, – прервал его сэр Клинтон. – Банк предоставит нам список. У них есть опись. Продолжайте.

– Я позвал инспектора Камлета в гостиную, и описал ему положение вещей. Мы обыскали дом. К тому времени огня уже не было, так что нам ничто не мешало. Мы не нашли ни следа посоха и других предметов.

Ожидая подтверждения, Эллардайс взглянул на Камлета.

– Все верно, сэр, – заявил инспектор. – Все, кроме холла и лестницы, почти не пострадало. Так что мы обыскали все комнаты. Конечно, все в беспорядке. Повсюду дым и вода. Но нигде ни следа тех вещей. Но они должны были быть там во время тревоги. В гостиной я подобрал лист бумаги. Деверелл был прерван во время измерения посоха. Его записи обрываются на половине фразы. А на полу я нашел мерную рулетку. Это обычное дело о мародерстве.

– В нашем районе еще не было случаев мародерства, – заявил Уэндовер, по тону которого было видно: он отстаивает доброе имя соседей. – Здесь живут достойные люди, инспектор, да вы и сами хорошо это знаете. Почему вы предположили, что поработал мародер?

– Моя теория, сэр, в том, что он вошел, пока Бетти Браун бегала за подмогой, – пояснил Камлет. – Мы знаем, что передняя дверь была открыта. Она оставила ее в таком состоянии, я выяснил это, расспросив пожарных. Экономка была в саду за домом и не мешалась на пути. А если бы и увидела мужчину, то в силу того, как она была одета, полагаю, она была бы скорее заинтересована соблюдением приличий. Некто мог легко войти, схватить добро и уйти, прежде чем появились пожарные. Если бы Деверелл сам спрятал вещи во время налета, то он взял бы все сразу. А вор торопился и мог обронить тот предмет, который мы нашли на полу.