— Совершенно верно.
— Вы становитесь откровенны Мы наконец сговоримся. Поймите же, дорогой де Белен, что барон вас… как бы сказать повежливее… он вас обманывает.
— Это невозможно!
— Вы знаете, что слово «невозможно» — не французское, в особенности, когда речь идет о человеческой, извините, подлости, три ярких образца которой я знаю лично…
— Кто же это?
— Во-первых, вы. Затем — де Сильвереаль.
— А третий?
— Третий — я!
Де Белен смотрел на своего собеседника не без интереса. Немного оправившись, он начал понимать, во-первых, что его собеседник не дурак, а во-вторых, что с ним надо сойтись. Эти слова «Третий — я!» даже вызвали у него улыбку, причем совершенно искреннюю.
— Не будем говорить обо мне, — сказал герцог.
— Это бесполезно, я понимаю.
— Но второй?
— Сильвереаль?
— Именно.
— Ну! Сильвереаль, выйдя из вашего кабинета, выманив у вас пятьдесят тысяч франков…
— Он еще не получил их.
— Погодите, я вам подробнее объясню, в чем он вас обманул…
— Признаюсь, я начинаю верить вам на слово.
— В таком случае я должен замолчать?
— О, нет, но я хочу сказать, что нисколько не сержусь на вас за…
— За маленький урок…
— И убежден, что мы станем добрыми друзьями.
Жермандре не спускал с него глаз. Он не доверял герцогу, но совершенно напрасно. Де Белен покорился своей участи. Иметь такого врага казалось ему слишком опасным. Гораздо удобнее было бы сделать его своим другом. Как бы то ни было, де Белен продолжал.
— Итак, мой друг Сильвереаль…
— Разбойник, — закончил Жермандре.
Затем он весьма неделикатно добавил:
— Как вы и я.
Де Белен сдержал невольную гримасу.
— Разбойник — пожалуй. Но почему?
— Боже мой! Очень просто! Имея в кармане вырванные у вас деньги, он, выходя, сказал себе: «Ну, теперь, мой милый, жди меня!»
— Что?…
— «Я, — сказал он себе, щупая бумагу, — я избавлюсь от моей жены, женюсь на де Торрес, а затем плевать мне на Белена… Он больше в моих руках, чем я в его… я — настоящий Сильвереаль, за меня суд, двор, связи… тогда как этот простак — заметьте, прошу вас, что это говорит Сильвереаль — не имеет никого… Если он найдет индокитайские сокровища, я сумею вытянуть из него один или два миллиона, и все будет кончено… Если он их не найдет, то мне до него нет никакого дела!»
Де Белен посинел от гнева.
— Вы слышали, как он это говорил?
— Я? Менее всего! Вы, вероятно, предполагаете, что Сильвереаль рассказывает о своих делах звездам?
— Но, в таком случае…
— Но я знаю, что он думал все это! По той простой причине, что обещая уговорить жену выдать за вас Люси, он в то же время думал только об одной вещи…
— О чем же?
— О яде, который продаст ему завтра один человек…
— Вы его знаете?
— Немного!.
— Но этот человек — презренный убийца!
Гнев де Белена был великолепен.
— О! Он стоит нас! — сказал Жермандре с беззаботностью, немного унявшей благородное негодование герцога. — Вы понимаете его план? Вы отдали ему пятьдесят тысяч франков, а там женитесь на Люси, как знаете!
— О, подлый вор!
— Не более как ловкий человек!
— Я отомщу ему.
— Как? А главное — для чего?
Де Белен вскочил.
— Ну, — сказал он, — будем играть в открытую…
— Наконец-то!
— Вы хотите, чтобы я подчинился вам… Я не знаю происхождения вашего могущества… Но оно существует, и я преклоняюсь… Повторяю вам, будем играть в открытую. Вы, конечно, пришли для того, чтобы предложить мне союз…
— Мудрое заключение!
— Назовите ваши условия… Мне кажется, я могу заранее сказать, что приму их…
— О! Как вы торопитесь! Впрочем, это мне нравится… Что ж, слушайте меня. Вы хотите открыть тайну индийских сокровищ…
— Она вам известна?
— Нет! Вы видите, что я откровенен… но что касается загадок, то я разгадывал и не такие… Во-вторых, вы хотите жениться на Люси де Фаверей, дочери Марии Мовилье, ставшей женой де Фаверея…
— Да. хочу…
— И вы непрочь начать со второго пункта.
— Я уже и теперь достаточно богат, чтобы иметь все основания искать этого союза.
— Хорошо! Я предлагаю вам руку Люси!
— Вы! Вы с ума сошли!
— Нет, я вам предлагаю это и отдаю себе отчет в сказанном!
— Но какой же вы располагаете властью?
— Такой, что узнав о ней, вы придете в ужас. Но всему свое время. Я заявляю, что вы женитесь на Люси де Фаверей. Заявляю с полной ответственностью!
— Но взамен этого заявления, которому я не могу поверить, что вы от меня потребуете?
— Две вещи. Одну сейчас, другую после вашей свадьбы.
— Посмотрим, что же вы потребуете сейчас.
— Я сначала назову вам второе условие: вы посвятите меня во все подробности дела, касающегося сокровищ.
— После моей свадьбы, если эта свадьба состоится благодаря вам?
— Конечно!
— Хорошо, я обещаю взять вас в долю, но Сильвереаль…
— Не заботьтесь о нем, я возьму его на себя.
— Хорошо. Первое условие?
— Вы поразитесь его незначительности. Я просто прошу вас взять к себе молодого человека, которого я вам представлю.
— Что? Сообщника, шпиона?
— Самое глупое и безвредное создание, какое только вы можете себе представить.
— Но с какой целью?
— Чтобы дать ему положение. Это молодой человек, в котором я принимаю участие. Он беден и заслуживает всяческой симпатии. Вы возьмете его к себе в секретари и введете в свет. Только и всего.
Де Белен покачал головой.
— Под своей внешней простотой это требование должно скрывать какую-нибудь западню.
— Послушайте, герцог. Мы говорим откровенно. Поверите ли вы тому, что я вам скажу? Знаете пословицу: «Ворон ворону глаза не выклюет»?
Опыт опровергает эту пословицу.
А между тем в данном случае она вполне справедлива. Мне надо, чтобы этого юношу ввели в свет. У меня есть цель, это само собою разумеется. Но даю вам слово мошенника, что эти планы нисколько не касаются вас. Скажу больше: от вашего согласия зависит успех вашей женитьбы.
— В таком случае, я согласен!
— Без всякого недоверия?
— Какая от него польза?
— Отлично! Я не ошибся в вас!
— Однако, — сказал герцог, — я требую, чтобы вы назвали мне свое настоящее имя.
— Это ваше право.
Быстрым жестом мнимый Жермандре сдернул седой парик и бороду.
— Манкаль! — вскричал де Белен.
— Он самый, которого вы всегда так дурно принимали и который, несмотря на это, всегда был вашим другом.
— Это вы! Как вы отлично гримируетесь!
— Да, у меня есть некоторые способности, очень полезные при моем образе жизни.
— Итак, господин Манкаль, решено: союз!
— Отлично! Я вам отдаю Люси Фаверей!
— И мы будем вместе искать сокровища Эни…
— Что?
— Вот я вам и выдал часть тайны
— Ба! Чуть раньше, чуть позже.
— Я предпочитаю позже.
— Как вам угодно. Но… мой молодой человек?…
— Я его жду. Вы сами приведете его ко мне?
— Нет. Он не знает меня
— Вы воплощенная таинственность. Как же я его узнаю?
— Не беспокойтесь на этот счет. Он явится к вам таким образом, что вам не придется сомневаться. Теперь, господин герцог, я думаю, нам пора расстаться Вы возвращайтесь к себе, а я пойду к себе…
— Что если мы подадим друг другу руку? — предложил герцог.
— Почему же нет?
Они обменялись крепким рукопожатием.
— Кстати сказать, Манкаль, как вы попали сюда?
— Со временем вы это узнаете.
И прежде чем герцог успел повторить вопрос, Манкаль исчез в отверстии, зиявшем нал их головами. Когда герцог возвратился к себе, он, несмотря на самый тщательный осмотр, не мог найти ничего, указывающего на тайну появления Манкаля.