Белый «Прадо», проехав метров десять, остановился, сдал назад, и дверное стекло поползло вниз.
— Слышь, каланча, ты девку тут случайно не видел, — человека, сидящего на пассажирском сиденье, Альфред толком не рассмотрел, заметил, что тот вроде в костюме был. По крайней мере, в светлой рубашке, точно. А что сверху надето, не рассмотрел. Хотел огрызнуться, но респектабельность, задававшего вопрос, все же как-то повлияла на ответ парня:
— Не видел. Что передать? — Альфред улыбнулся.
Мужик юмора не оценил. Вылез из автомобиля, небрежно стянул-таки пиджак и, бросив его на сиденье, стал разминать шею и плечи, а закончив, спросил:
— Щегол, что ты там пропел?
— Мужик, ты что, драться со мной решил? — все еще улыбаясь ответил вопросом парень.
Альфред давно уже никого не боялся, по крайней мере, если обстоятельства складывались подобным образом. Он поставил сумку на землю и сделал шаг навстречу пузану с бычьей шеей и бочкообразной грудью. Тот уже прижал подбородок к груди и выставил перед собой зажатые в кулаки руки. Намерения крепыша уже не вызывали сомнений. Да и запах коньячного перегара уже коснулся ноздрей Альфреда. Без вариантов — крутяшка хотел его молодой крови.
— Роберт не надо! Не трогай его! — услышал Альфред за спиной девичий голос и оглянулся.
Она словно с неба упала. Белокурый ангел с личиком мечты. Альфред давно грезил о такой «Барби»: и полные губы и вздернутый носик, а какие глазища прикрытые длинными ресницами! Лет ей — всего ничего, не больше восемнадцати. Что у нее может быть с этим гамадрилом? Рука девчонки опустилась на плечо Альфреда и слова песни «…как ток руки меня бросает в трепет и сердце тает…» вдруг стали реальностью.
Он прошептал девушке:
— Не бойся.
Обнял ее за талию и с разворота ударил ногой в голову мужика. Попал и даже не обернулся посмотреть на результат: Альфред знал, что после точного «урамаваши» Роберту отключка обеспечена.
— Бежим, — бросил так, что сказанное можно было истолковать как вопрос или напротив, предложение, от которого сложно отказаться в данной ситуации. Взял холодную ладонь девушки в руку и несильно потянул. Незнакомка, впрочем, не возражала. Они побежали между деревьев к панельным домам.
Восторг в душе после прозвучавшего за спиной выстрела, сменился липким страхом, заполнившим живот. Рука девушки выскользнула из его ладони, Альфред метнулся к дереву и, развернувшись, присел. Пролетевшая над головой пуля, добавила новых ощущений, будто волосы на голове зажили собственной жизнью. Стрелял второй, тот, что сидел за рулем. Он тащил Роберта к джипу и, похоже, палить больше не собирался.
«Черт! Тварь!..» — Альфред бросился к девушке, прикоснулся к ее голове и почувствовал на пальцах что-то мокрое.
— Стой! — заорал, пустив петуха. Водитель, понятное дело, его не услышал. Автомобиль с визгом тронулся, оставив на асфальте следы от резины, мигнул стопами и скрылся за поворотом.
Альфред, брезгливо вытирая ладонь о траву, шептал: «Влип! Вот выродки! Попал я! Валить нужно отсюда. И чем быстрее, тем лучше…»
Подхватив с земли сумку, он побежал домой, надеясь, что сможет уснуть и сон поможет справиться ему и со стыдом и страхом уже навязчиво стучащимся в голову: вдруг кто-нибудь видел, как он выбегал из сквера? А утром девушку найдут… и о нем этот кто-нибудь вспомнит…
Кое-где в окнах еще горел свет, но опасность не там: за темными квадратами без света мог притаиться таинственный очевидец.
У подъездной двери Альфред замешкался: все никак не мог нащупать ключницу, так некстати брошенную в сумку. Войдя в подъезд, затаился. Прислушался к стонам, доносившимся из квартиры на втором этаже, нервно улыбнулся и, шепча присказку о том, что хороший секс — это когда соседи выходят на балкон покурить, стал подниматься по лестнице.
Закрыв за собой дверь, (свет включать, не спешил) присел на комод и задумался о сигарете. Он бросил курить в прошлом году, а сейчас вспоминал, где именно оставил пачку, в кухонном шкафу или в вазе у телевизора?
Решил проверить и, разувшись, пошлепал на кухню. Хоть тут повезло! Пачка «Мальборо» стояла за гостевыми тарелками. Выудив из картонки сигарету, Альфред на мгновение задумался, снова вспомнил, какие чувства вызвала в его груди незнакомка, потом зажег газ и прикурил. После первой затяжки почувствовал легкое головокружение и услышал голос:
— Опасность!
От неожиданности, чуть не выронил сигарету. Он совсем забыл об айле. События прошедшего дня до стрельбы, как-то потускнели, стерлись из памяти.