Выбрать главу

— А где живет этот брат?

— Этого они не знают. Он отдалился от семьи сразу после смерти Керри.

— Насколько сильно он отдалился?

— Он вроде сменил фамилию, и больше о нем никто ничего не слышал.

— Но почему?

— Крамер говорит, что из разговора с сестрой, проживающей в Альбукерке, он понял, что тот так и не простил родителям самоубийство брата. Он полагал, что это они его довели до такого состояния.

— Господи!

Шарп просто пожал плечами:

— Порой семья может вынудить тебя приставить пистолет к виску намного быстрее, чем что-либо другое.

В таких вопросах мне приходится верить ему на слово, потому что у меня-то семьи нет.

— Джонс! — рявкнул Уайт, и я понял, что пока я отвлекся на разговор с Шарпом, Джосуэ направил все свое внимание на Уайта и завалил его кучей вопросов.

Десять минут спустя он уже получил всю необходимую информацию на завтрашний день. После того, как ему объяснили, как и к кому надо обратиться в банке, чтобы получить банковские карточки, я усадил Джосуэ за свой стол.

— Но как я должен встретиться с этой… — он вытащил визитную карточку, которую я ему дал, и прочитал имя, — Лилиан Досс завтра, если у меня нет денег на такси, чтобы добраться туда?

— Вот почему я сообщаю, что завтра утром тебя встретит маршал и отвезет по нужному адресу. В том пакете есть подробный план твоих действий, а также пропуск на случай чрезвычайной ситуации. И на новом телефоне, который ты только что получил, установлено специальное приложение, так что он разблокируется только после того, как считает отпечаток твоего пальца.

— Хорошо, — сказал он очень тихо, а потом поднял на меня свои большие темные глаза. — Это ты меня завтра заберешь?

— Да.

— Тогда почему бы тебе просто не переночевать у меня? Мы проснемся пораньше, позавтракаем, и тогда тебе не придется садиться за руль.

— Послушай, это…

— Или я могу поехать к тебе домой и сделаем так же.

Я отрицательно покачал головой.

— Но почему? — Он вскинул руки, словно вопрошая небеса, откинул голову и, закрыв глаза, забавно изобразил беззвучный крик. Несмотря на то, что это даже заставило меня улыбнуться, становиться с Джосуэ лучшими подружками не входило в мои планы.

— Потому что, пока я нахожусь рядом, ты никогда не приспособишься к такой жизни.

Он недовольно фыркнул, всем своим видом давая понять, что его раздражают мои слова.

— Ты должен научиться жить самостоятельно, желательно, начиная с этого момента.

— Нет, знаешь, я действительно думаю, что мне следует оставаться с тобой, потому что ты единственный, кому я доверяю, а доверие имеет большое значение, и… да, — он разволновался и, словно решив что-то про себя, часто закивал головой. — Да… да, именно так я и думаю. Я остаюсь с тобой.

Я сделал глубокий вдох.

— Подожди, ребенок.

— О, Боже! — простонал он. — Скажи, что это какая-то ошибка!

— В документах об этом не было ничего сказано, — напомнил я ему, удерживая за плечо рядом с собой, несильно, но крепко. В это же время я пролистывал список контактов на своем телефоне в поисках нужного номера. — Тебе просто необходима небольшая поддержка.

— А мне кажется, что я должен жить с тобой.

Ему точно не стоит жить со мной.

— Привет! — начал я разговор с нужным человеком, не спуская глаз с парня, сидящего передо мной, который, казалось, был всего в шаге от нервного срыва. — Сделаешь мне одолжение?

— Все, что угодно, — последовал ответ на другом конце провода.

Поскольку Дрейк и Кабот уже официально вышли из программы, я мог обращаться с ними как с лакеями, и никто бы не сказал мне ни слова. И они оба знали все о WITSEC. И хотя мои действия не совпадали с протоколом, я все равно пошел на это, потому что поступал так в интересах свидетеля.

Через час парни уже были в моем кабинете, с бейджами посетителей на шеях и улыбками на лицах, выражая полную готовность помочь. До их прихода я успел еще раз накормить Джосуэ, еще раз объяснить ему, как все устроено, и понял для себя, что хоть он и выглядел дружелюбнее, чем Кабот или Дрейк, но все же был очень молод и одинок. И если уж я был для них спасительной соломинкой, то мне нужно быть готовым, что в какой-то момент они могут вцепиться в меня и не отпускать. Иногда я забывал, что выбор оставался не за мной. Он принадлежит тем, кому я пытаюсь помочь. Никто не может приказать тебе идти; ты делаешь это, только когда действительно готов. Мне нужно было подготовить Джосуэ, а это означало, что соблазн прыгнуть должен был быть больше, чем страховочная сетка, которую я предлагал.