– И запиваться будет также, если доживет, – бородач встал и сделал жест охране – ему тут же поднесли тазик – ополоснуть пальцы, полотенце и плащ. Несколько золотых фениксов весело закружились прямо по столу – танцуя по карте, начерченной Костой в последний раз.
– Контракт наш? Мой ученик принят?
– Принят, – бородач неохотно щелкнул застежками и Коста открыв рот изучил герб во всю сторону на правом плече плаща – «скорпикс».
– Отряд зачистки приветствует нового смертника… – заржал один из охранников, но его быстро толкнули локтем в бок. – Нового писаря!
– Общий сбор завтра на первый колокол у второй из казарм, снаряжение с собой иметь стандартное…
– Но… – вскинулся наставник.
– Купи, – бородач склонил косматую голову в сторону фениксов на столе. – И, если ты хоть каплю… хоть единую каплю возьмешь в рот начиная с завтрашнего дня, вылетишь из отряда и ты, и твой ученик…
– Да я вообще не…
– Я сказал – ты услышал, Хо.
Дверь таверны распахнулась, снежинки закружились в воздухе, пока все спины в темных плащах – одна, две, четыре, не исчезли в темноте улиц.
Коста тщательно проследил, чтобы все поднятое с пола – даже помятое и грязное – слуги вернули обратно, а не утащили к себе. Он упакует все тщательно – и будет что холодным поесть утром.
Перепела он решил доесть сейчас – в животе уже не было места, пряжку ремня пришлось расстегнуть на одну дырку, но он был настроен решительно – кто знает, сколько декад пройдет, прежде чем у него во рту окажется такое же нежное тающее во рту мясо.
– Мы пофулучили конфракт, мафтер? – уточнил Коста с набитым ртом.
– Получили.
– Фколько фениксос?
– Много, много фениксов, – отозвался Наставник Хо, изучая кувшины на столе – вдруг что на дне осталось – и тряс в пиалу.
– Фватит до конца зимы?
– Хватит… если выживем, – последнюю фразу Мастер сказал тихо себе под нос, что Косте пришлось напрячься, чтобы расслышать.
– А фто этот сир? Обязанный?
– Когда-то я оказал ему небольшую услугу, и этого сира ты теперь можешь называть Мастер. Будущий Глава клана Блау, первый среди равных… – старик Хо сделал большой глоток из пиалы, – сир Вэйлиент Октавиан Блау. Заклинатель тварей.
Глава 3. Посредственность
Коста проснулся от жажды. Нестерпимой. Язык стал сухим и шершавым, горло распухло. Натянул верхний халат, чуни, и на мгновение раздвинул створки окошка впуская в маленькую комнату под самой крышей ледяной воздух. Изучил улочки ночного Керна – город с высоты выглядел строгим, правильным и “настоящим”. Первый настоящий город, который обязательно стоит нарисовать.
Коста прижмурился, открыв рот, и начал ловить снежинки. Одна, вторая. Третья.
Пить хотелось нестерпимо, и он покрался вниз, по пути заглянув в распахнутую дверь спальни наставника – тахта не тронута, тубусы, баул и кисти так и валяются нераспакованные на полу у стола.
Снизу слышались звон бутылок и негромкие голоса, хриплое “хо-хо-хо” наставника. На лестнице не скрипнула ни одна ступенька под его весом, пока он крался вниз.
Дом, точнее флигель – в боковом крыле лавки – одна комната внизу, лестница на второй ярус и две комнаты сверху – им нашел сир Блау. Точнее прислал одного из охранников за ними на постоялый двор с приказом собирать вещи.
Все члены отряда должны быть размещены хорошо. Коста млел, потому что лавка оказалась пекарней, и о питании на утренней и вечерней заре тоже договорились с хозяйкой – суровой северной вдовой, с двумя детьми на руках. Муж сгинул в последней походе зачистки – так шепнули ему – когда женщина неласково встретила постояльцев.
Сир Блау следил за семьями тех, кого потерял внизу – это редкость, сказал наставник.
Одна ступень, две, три.
– Нет, Хо! – голос бородача Блау слышался отчетливо и Коста замер, прислушиваясь, боясь перенести вес на ступеньку.
Сир решил посетить их глубокой ночью?
– Ну, что тебе стоит, Вэй! Всего четверть оплаты вперед!
– Нет, Хо. Если ты в моем отряде, то правила одинаковы для всех.
Ещё ступенька, раз, два, три. И коста осторожно выглянул между перил – в небольшой гостиной разожгли огонь, и только языки пламени освещали стол, лица, бутылки.
Наставник снял верхнее ханьфу и остался в серой нижней рубахе, сир Блау полностью распахнул кафтан – толстая витая цепь и и печать светились на груди тусклым золотом.
Пахло… Коста принюхался… перепелами, лепешками из таверны и… морсом. Пить хотелось нестерпимо.