Спартанцы часто оказывались втянутыми в опасные предприятия из-за интересов своих союзников, и этот случай был одним из таких. На первый взгляд, однако, план казался заманчивым: в западных водах, у Навпакта, афиняне располагали всего двадцатью кораблями, а амбракиоты и хаоны были полны решимости и вдобавок хорошо знали местность. Коринфяне также выступили в поддержку замысла своих амбракийских поселенцев, поскольку афинское присутствие на западе больше всех угрожало именно Коринфу.
Во главе пелопоннесского войска спартанцы вновь поставили наварха Кнема. Он незамеченным проскользнул мимо стоявшего вблизи Навпакта флота Формиона и подошел к Левкаде, где соединился с союзниками из Левкады, Амбракии и Анактория, а также с варварами из Эпира (см. карту 11), дружественными Коринфу. Далее он двинулся по суше через Аргос Амфилохийский, разорил по пути одно селение и, не дожидаясь подкреплений, атаковал Страт, крупнейший город Акарнании, который, как он полагал, являлся ключом ко всей кампании. Акарнанцы уклонились от генерального сражения, воспользовавшись вместо этого своим знанием местности и искусством владения пращой, и потерпевший поражение Кнем был вынужден вернуться на Пелопоннес.
В ДЕЛО ВСТУПАЕТ ФОРМИОН
Как только Кнем подошел к Страту, акарнанцы отправили к Формиону послов с просьбой о помощи, но афинский стратег не мог оставить Навпакт без защиты до тех пор, пока коринфские и сикионские корабли находились в заливе. Его задачей было преградить путь подкреплениям пелопоннесцев. Формион был видным и опытным стратегом, который одиннадцать лет назад вместе с Периклом и Агноном командовал флотом при Самосе; кроме того, он стоял во главе гоплитов в мастерски проведенной кампании по осаде Потидеи в 432 г. до н. э. Но его величайшим талантом был талант флотоводца, и вскоре он его продемонстрирует.
Пока войско Кнема продвигалось к Страту по суше, флот с подкреплениями уже вошел в Коринфский залив. У Формиона было всего двадцать кораблей против сорока семи у противника, и пелопоннесцы не сомневались в том, что при таком неблагоприятном раскладе афиняне откажутся вступить с ними в сражение. Но пелопоннесцы везли с собой в Акарнанию множество гоплитов, и потому их суда, которые и без того были медленнее афинских, оказались менее приспособленными для участия в современном морском бою. Превосходство афинских кораблей в маневренности и лучшая подготовка их экипажей и кормчих давали афинянам дополнительное преимущество, позволявшее нивелировать численное превосходство неприятеля.
Формион не стал тревожить вражеские корабли, пока они плыли вдоль побережья Пелопоннеса на запад. Он выжидал момент, когда они выйдут из узких проливов между Рионом и мысом Антиррион и окажутся в более открытых водах, где он мог бы реализовать свою тактику с максимальным успехом (карта 12). Наконец, когда пелопоннесцы решились пересечь открытые воды залива от Патр к материку, афиняне атаковали. Противник попытался улизнуть под покровом темноты, но Формион настиг его посреди пролива и вынудил принять сражение.
Несмотря на значительный перевес в численности, пелопоннесцы выстроились оборонительным порядком: большим кругом из кораблей носами наружу, стоящих достаточно близко друг к другу, чтобы не дать афинянам прорваться внутрь. В центре находилось пять самых быстроходных судов, готовых прийти на помощь в случае любого прорыва обороны. Формион же расположил свои корабли в линию, двигавшуюся вокруг вражеского строя. Это открывало уязвимые борта афинских судов, и пелопоннесцы, предприняв стремительную атаку, могли бы протаранить афинян, потопить или вывести из строя их корабли.
Формион направил свои корабли по кругу, который постепенно сужался, заставляя пелопоннесцев тесниться на все меньшем и меньшем пространстве. Афиняне проходили «так близко, словно собирались немедленно напасть» (II.84.1–2). Формион рассчитывал на то, что в ближнем бою пелопоннесцы не сумеют сохранить строй и начнут путаться в веслах друг друга. Он также знал о том, что ближе к рассвету со стороны залива обыкновенно начинает дуть бриз и что в волнении, которое он поднимет, пелопоннесцам будет еще труднее справляться со своими кораблями, и без того отягощенными множеством воинов на борту. Фукидид дает впечатляющее описание последовавшей за этим битвы: