Любуюсь другом и понимаю, что тоже страшно соскучилась за этот месяц, что он был на спортивных сборах по легкой атлетике. Но показывать это я, естественно, не буду. Еще решит, что я дурочка, влюбленная в него с пятого класса…
– Лисецкая, готова? Что-то ты у нас и правда не очень торжественно выглядишь, – говорит Галина Витальевна.
Оглядываю свой наряд. Черные брюки с завышенной талией и белая легкая рубашка с шифоновыми рукавами-воланчиками. Что может быть торжественнее первого сентября? Свадебное платье?
– Можете попросить Виолетту, – киваю в сторону одиннадцатого «Г».
А вот и еще одна звезда и вечная соперница Оксанки. Цвиринько Виолетта Батьковна. Стоит красуется в фатиновой юбке и кружевном топе на широких бретелях. Ей бы букет поменьше, фату и… Вон Витька Шаповалов за ней два года бегает. Прямо с линейки в ЗАГС бы и отвел.
– Цвиринько! – кричит завуч и шагает к ней, размахивая руками так, что чуть не сбивает банты пятиклассницам.
– Ты идешь сегодня в сквер? – спрашивает Маруся, пританцовывая под фоновую музыку.
Нервничает, что ли? Она ведь тоже с пятого класса в рядах рабов сцены. Странно…
– Да, наверное. Если папа отпустит. Марусь, ты чего трясешься?
– Сюда должен прийти мой парень, мы с ним в «ВКонтакте» познакомились, – воодушевленно отвечает она.
Интересно, на этот раз он настоящий или тоже выдуманный, как и все предыдущие?
– Ты сразишь его. – Хлопаю одноклассницу по плечу и отхожу на позицию.
Звучат фанфары. Гомон стихает. Взгляды летят в меня точно стрелы, но ни одна из них не сбивает с ног. Дыхание ровное, только руки немного дрожат, когда подношу микрофон к губам:
Занимаю свое место в классе. Средний ряд, вторая парта. Олег Горбань садится впереди и оборачивается:
– Здравствуй, Богдана. Ты замечательно выступила. Мне очень понравилось.
– Здравствуй, Олег. Спасибо. Приятно, что ты оценил, – вежливо отвечаю я.
– Горбань, отвянь! – слышу насмешливый голос, который узнаю из тысячи.
Олег хмурится и отворачивается, а рядом плюхается Богдан и тут же опускает голову на сложенные руки.
– Ты же не должна была в этом году вести линейку.
– Галиша умоляла спасти праздник. Нельзя заменить гения, – высокопарно произношу я, задирая нос.
– Корона не жмет?
– Не-а. А тебе? – поворачиваюсь, вскидывая бровь.
– А я-то что?
Сама не знаю… Еще утром сложилось впечатление, что он стал каким-то… Другим? Кот всегда был задирой и хулиганом, но ничего криминального. Безобидные шутки и проделки. Перетащить все лавочки в один коридор или закрыть физрука в тренерской. Но сейчас он смотрит на всех так, будто стал выше на три головы и узнал тайны вселенной.
– Итак, дети! – Ульяна Алексеевна встает перед доской. – Вы уже взрослые, поэтому лекцию по дисциплине и важности учебного процесса я…
– Не будете нам читать? – радостно спрашивает Вадик.
– Не угадал, Шевчук! Прочту дважды, а может, и трижды.
Слышатся страдальческие вздохи, но перечить Ульянушке никто не решится. Хватка у нее стальная, а разговора один на один никто без слез не выдерживает. Даже мальчики, хоть они и не признаются.
– Разбудишь меня, как все закончится? – шепчет Богдан и закрывает глаза.
– Снова рубился в игрушки всю ночь? Когда ты уже повзрослеешь?
– Нет. Я переписывался.
– С кем это? Нашел себе на сборах новых крутых друзей?
– Лисенок, самая крутая у меня ты. Но кое-кого я все-таки нашел. Девушку.
Сердце останавливается, но мозг продолжает работать на остатках крови, что прилетела к нему с последним сильным толчком.
– Слава богам «Майнкрафта»! Я уже думала, придется тебя лет через двадцать вести на «Давай поженимся».
– Ха-ха-ха… Как же сильно ты меня любишь, – отвечает Кот, подавляя зевоту. – Я тебе потом все расскажу.
– Окей, – отвечаю максимально незаинтересованно, а сама уже пишу сообщение Оксанке с кучей ревущих смайликов.
– И последний вопрос на сегодня, – торжественно произносит Ульяна Алексеевна, в тысячный раз поправляя очки, – где и с кем вы будете сидеть первое полугодие?
Богдан поднимает голову и выпрямляется.
– Ну что, Кошик? – говорит классная руководительница. – Может быть, в этом году обойдемся без представления?