- Стихи? - на мордочке дракончика было ясно видно, как я упал в его глазах.
- А что такое? - удивился я.
- Они все девчачьи, про любовь и всякие сопли, - Спайк сморщился, будто лимон лизнул.
- Не, такие я тоже не люблю, - я усмехнулся. - Погоди, сейчас попытаюсь перевести одно…
Переводить на магически-выученный язык было просто, будто он второй родной, а эквестрийский был просто-таки создан для стихосложения. Даже не будучи поэтом я запросто перевел свое любимое:
- «Не преследуй людей по наветам чужим, средь других будь разумен, и добр, и терпим. Скажешь „Зло я творил не по собственной воле“ - не поверит никто оправданьям твоим». Видишь? Никаких соплей.
- Ну оно все равно какое-то непонятное… - помотал в воздухе лапкой Спайк.
- Ага, - я усмехнулся. Вспомнился один старый фильм, после которого я как и любой мальчишка загорелся боевыми искусствами, песня оттуда должна понравится этому фанату суровой мужественности. - Погоди немного.
С этим стихотворением я провозился дольше и использовал планшет для того чтобы напечатать эквестрийский вариант в транскрипции. Так… вроде бы размер соблюден.
- Слушай. «Добром и словом другу помоги, и лишь когда грозят ему враги, ты можешь силу духа и руки вложить в свой гнев, удары и броски. Свое непревзойденное оружие для подвига готовь и береги!» [ http://www.karaoke.ru/song/6267.htm ]
Возможно чтец из меня так себе, но тут не нужно ничего кроме четкого произношения и затаенной радости в голосе. Дракончик слушал открыв рот.
- «Когда чиста рука, а цели человечны - рука крушит отточенную сталь!», - закончил я.
- Кру-у-уто… - протянул Спайк. - А что это за непревзойденное оружие?
- Чистота сердца и благородство духа, - в груди неприятно заныло, как бывало всякий раз когда я говорил что пафосное, но дракончику понравилось.
- Круто! - однозначно решил Спайк. - А ты можешь разломать сталь рукой?
- Нет, это поэтическое преувеличение, - рассмеялся я. - Хотя тренированные люди могут пробивать рукой стены. Ну так что, хороший стих?
- Отличный!
- Хочешь выучить? - ехидно поинтересовался я.
На мордочке дракончика снова отобразились нравственные терзания.
- Ладно, захочешь - скажешь, - я вернулся к экрану планшета и продолжил заучивание. Спайк через некоторое время видимо все-таки решил что не хочет и вернулся к чтению комикса.
Я перешел к «случайной энциклопедии», когда сверху спустилась Твайлайт. Сонная и растрепанная единорожка вяло махнула нам лапкой и направилась в ванную. Не было ее достаточно долго - я успел пройти упражнения на вспоминание и запустить на планшете Devil May Cry, что тут же привлекло внимание Спайка.
- Ух ты! Что это такое?
- Игрушка. Совершенно спинномозговая, что важно после мнемонических занятий, - я выбрал режим арены.
- И как в это играют?
- Смотри, - пожал плечами я.
Играть в слешер на планшете - исключительно дело привычки. Помню, один из моих приятелей обожал в кваке ходить с рейлганом, а целился он исключительно трекпойнтом. И хэдшотов выбивал больше чем все остальные… ему еще какую-то кликуху придумали с сексуальным подтекстом… как же его звали? Не помню… имена по прежнему целая проблема.
- Вау! Ух ты! Так его, - дракончик аж дергался, когда по мне попадал какой-нибудь удар. - Бли-и-ин! Опять убили. Но все равно круто! Только… тут вообще можно выиграть?
- Это не сама игра, - пожал плечами я. - Просто режим в котором можно подраться с кучей противников.
- Круто! А люди все так могут прыгать и летать, и все эти крутые штуки с мечом? - дракончик замахал лапками, показывая что он имеет в виду.
- Нет, это фантазии, - я хмыкнул. - В нашем мире нет магии, но компьютеры нам ее в какой-то мере заменяют. Хочешь попробовать?
- А можно?! - в глазах дракончика засветился абсолютный восторг.
- Почему бы и нет, - я подмигнул ему и разложил чехол так, чтобы конструкция была больше похожа на ноутбук, переключил раскладку на обычную, и поставил арену в самый простой режим.
Дракончик сориентировался очень быстро, а маленькая клавиатура была словно заточена под его лапки.
- Неплохо справляешься, - похвалил я его, когда он выстоял третью волну.
Он меня даже не услышал - игра поглотила его полностью. Я усмехнулся, глядя на эту картину и чувствуя себя демоном, поймавшим в тенета свежую, невинную душу.
- Доброе утро, - я обернулся. После проведенного в ванне получаса единорожка снова стала похожа на себя. - Чем занимаетесь?
- Доброе, - согласился я. - Да так, учу ребенка плохому.
- Чему это? - единорожка заглянула на экран. - Ого! Это какой-то фильм?
- Это игра, - ответил я. - Зрелищная, но бессмысленная. Кажется, Спайк чересчур увлекся.