– А-а-а… а как? – удивилась происходящему Аня.
– Ты, наверное, тоже Привратница, – улыбнулась Тофа.
– Это как-то слишком круто для Привратника – открывать двери в обе стороны, да ещё и мимо Перекрёстка, – хмуро заявил Сашка.
– Он прав! – раздался откуда-то из глубины помещения голос Фира. – Это что-то другое. Привратники так не могут. Ну… или мы просто чего-то не знаем.
– Ой! – Тофа вдруг посерьёзнела. – А что с… что с отцом? Ты его видела, Аня?
Вспомнился лисий силуэт, бегущий с неестественной скоростью за мотоциклом Милы.
– Н-ну-у… видела, но… издалека. – И, упреждая вопрос форситки, сказала: – Позвать я его не смогла. Мы ехали, и потом… страшно было. Но ты не переживай, Мила на неделю время остановит. Он ничего сделать не сможет и не убежит. А я вернусь и… ну, попробую с ним поговорить.
Хотя как она это сделает, Аня задумалась только теперь. Ведь при каждом появлении тёмной сущности, раньше принадлежавшей Эффи, тело и разум сковывал тянущий жилы страх. Конечно, они могли ошибаться, и Эффи тут ни при чём, но уж больно схожи были ощущения. В любом случае она обещала подруге, и придётся что-то с этим сделать. Хорошо только, что не сейчас.
– Ладно… спасибо, Аня. – Видно было, что Тофа расстроена, но, как воспитанная девушка, она даже нашла в себе силы улыбнуться.
Стало стыдно. Но правда – что Аня может? А сейчас Тоффин, если это он, всё равно не сделает ничего непредвиденного.
– Нам… надо ехать, – решила она улизнуть от проблемы.
– А нам пора расходиться, – послышался голос Фира. – До свидания, Аня.
– Пока, – махнул рукой Сашка.
– Увидимся, – пообещала Тофа.
– Всем пока. – Девочка постаралась выдавить улыбку, но получилось плохо. – Поехали! – махнула она рукой заждавшейся Лете.
Почему-то теперь садиться на спину змееходки казалось не так уж и страшно.
– Ты сегодня прямо до неба молодец! – поделилась своими восторгами юная те-ранги, успевшая прикрепить фонарик к седлу.
– Да не очень-то, – вяло возразила Аня, устраиваясь поудобнее в низком седле и ставя ноги на стремена-приступочки. – Друзьям помочь обещала – и не смогла.
– Нет, молодец! – упорствовала Лета. – Вон как ты ветер подняла с белым песком, а потом того мальчика через зеркало водила. У нас никто так не умеет! Ой, только ты накидку надень. Там, в мешке, который тебе Терада отдала.
– Накидку? – непонимающе переспросила Аня.
– Ага, иначе замёрзнешь! Ночью в пустыне так, что твоему другу бы точно понравилось. И никакая магия не нужна.
Аня вытащила из притороченного к седлу мешка грубоватую белую ткань. Оказалось, это накидка с капюшоном и пришитой у горла вставкой, чтобы закрывать рот, а может, и нос. Накинула после минутной возни в попытке найти рукава.
– Держись! Наххаб, Моату!
Змеиная туша изогнулась вбок, заставив судорожно вцепиться в небольшой выступ над седлом. Зашуршал белый наст, крошась и осыпаясь под гибким телом и лапками, которые загребали его на манер вёсел. Аня с удивлением поняла, что это соль – вокруг них расстилались белые просторы, бывшие когда-то морским дном.
4
В песках
Моату начала их путешествие, увозя гостью и свою наездницу в чёрный зев пустыни. Зато какое же здесь было красивое небо! Оно сияло серебристыми россыпями звёзд, на востоке уходящими в красноватую с зелёными сполохами галактику. Такую с Земли невооружённым глазом не разглядеть. Аня помнила только белесоватый Млечный Путь, увиденный как-то по дороге из отпуска. Жаль, что небо из мира Твилингаров совсем не задержалось в её памяти. Тогда ей почти всё время приходилось куда-то бежать. Кстати:
– Лета, а куда мы едем?
– Ой, сабихо, я же забыла спросить у тебя направление! – хихикнула Лета. – Ничего, Моату развернётся очень быстро, если надо. Ты только скажи, куда нам двигаться. – И она замолчала, нетерпеливо ёрзая в ожидании ответа.
Аня задумалась. А как ей самой-то узнать направление? В мире Твилингаров у неё ещё не было метки Сердца, и она не знает, как это – когда тянет. Зато… знает Тофа. Как она там говорила? Как будто ты гвоздь и тебя притягивает большой магнит. Кажется, так.
Аня попробовала сосредоточиться на своих ощущениях. Пальцы рук и щёки сигналили, что похолодало, поясница напряглась от незнакомого способа передвижения, где-то в районе желудка всё ещё текла снизу вверх холодная нить. А вот тянуть Аню никуда не тянуло.
– Ну что?! – не выдержала наконец Лета.
– Ну… понимаешь, я ничего не чувствую, – стыдясь, призналась Аня. По её ожиданиям, Лета должна была расстроиться или удивиться, но та махнула рукой: