Тео уложил малыша у самого колодца и, пока еще осознавал самого себя, наклонился и очень осторожно поцеловав малыша в лоб.
— Прости меня… Фрэнсис. Прошу тебя, живи, — едва слышно проговорил Тео, прежде чем и его лицо, последнее, что выдавало в нем тень человека, развеялось по ветру и исчезло, словно дым, а где-то вдалеке послышались какие-то голоса.
Наступила тишина. Чарльз думал, что видение его отпустит, но перед его взглядом все еще лежал младенец. А узнав в голосах собственных покойных тетушек, он едва не сорвался с места, забыв, что это всего лишь воспоминание. И, вместо того чтобы увидеть их, он ощутил, как Тео очнулся на влажной гладкой поверхности черного озера. Пустой и раздавленный, в человеческом облике, который то и дело сменялся дымчатым образом. Он рухнул на твердую гладь и тихо зашелся смехом на грани рыданий, все еще чувствуя тепло почти своего ребенка на руках.
Удар. Оглушающий, словно гром над самой головой, и Тео поднял взгляд, увидел синее пламя под куполом и огромную черную тень с алыми глазами.
— Предатель! Ты уничтожил всех нас!
Чарльза резко вытолкнуло из воспоминаний, и он охнул, пошатнулся и сел на корягу, пораженно смотря на Тео, который улыбался ему измученной улыбкой, а его черные глаза блестели от слез.
— Ты так вырос, Фрэнсис. Я надеялся, что ты никогда здесь не окажешься.
— Я… как я могу быть… им, — Чарльз хотел спросить это, но сам только что видел, понимал, и все внутри него противилось этому. Он не просто обладал силой… Он даже не был человеком.
— Теперь ты все знаешь, дитя мое, и запомни. Ты попадаешь сюда, когда становишься сильнее, когда используешь свой дар, черпая силу этого мира. Но он поймает тебя здесь.
— Но он не может сюда попасть, — попытался успокоиться Чарльз и поднял взгляд на прозрачный купол, который почти полностью затмевала неимоверно огромная дымчатая пернатая тень Гамота. Шепот. Тихий. Едва ощутимый.
«Двадцать».
— Что он делает? — едва слышно спросил Ксавьер, вскакивая на ноги.
— Считает. Это место — исчезающий проход между твоим миром и миром духов. Через него мы черпаем свою силу, но он же и возвращает нас во Тьму. Всех. Кроме тебя.
— Но ты же здесь? — не согласился Ксавьер.
«Пятнадцать».
— Я не здесь, мой милый Фрэнсис. Все, что было от меня… уничтожено. Но я должен был… предупредить тебя. Помочь тебе. Я застрял здесь ради тебя…
— Мне… мне жаль, и… — Чарльз не выдержал и бросился к умирающему духу, попытался его обнять, но лишь прошел сквозь него, словно через дым.
— Прошу, беги отсюда. И никогда не возвращайся. Не используй свой дар. И тогда… Тогда ты сможешь выжить, — обернувшись к юноше, произнес дух и улыбнулся все той же улыбкой с горечью и заботой.
— Я… Не знаю, как.
— Знаешь, — не согласился Тео и толкнул Чарльза, заставляя того попятиться, пока ноги его не коснулись глади озера, и Чарльз ощутил, что дно вязкое и проваливается под ногами, хотя совсем недавно озеро было словно замерзшим.
«Три!»
— Беги! — крикнул Тео, и на глазах Чарльза он обратился пернатым гамаюном и взлетел вверх к куполу.
Ксавьер проследил за ним взглядом и с ужасом увидел, как сквозь горящий купол к ним протекает черная тень Гамота, хрипя и ревя от гнева, проталкиваясь все глубже через барьер.
«Беги! Я все равно тебя настигну!»
Дно ушло у Чарльза из-под ног, и он с головой погрузился в черную воду, а затем…
Он тяжело дышал и мелко дрожал, все еще видя демонов у купола крохотного мира.
Но взгляд его смотрел лишь в потолок их с Эриком спальни, и он отчетливо видел, что на них сейчас спокойно лежит дым проклятья. Он больше не мог оставаться на месте, выскользнул из-под одеяла и сел, спустив ноги на пол, уже собирался встать, но понял, что не знает, куда он пойдет и что ему теперь делать.
— Чарльз, — тихо позвал его Эрик и коснулся плеча, провел рукой по коротким перьям, которые почти исчезли, уменьшились, стоило только Ксавьеру расслабиться и успокоиться. — Что с тобой? Что ты видел?
Ксавьер ответил не сразу, молча смотрел в пол, желая, чтобы его видение было лишь сном. И его сила была бы свободной. Теперь он начал понимать то чувство, что он ощущал, когда использовал свой дар. Он знал, куда тянуло его дух. И чей голос он слышал все это время. Всю его жизнь тот дух, которым пугали всех в Ирие, ждал именно его, охотился на него. Готовился к их встрече. И теперь мог напасть в любой момент, стоило только потерять контроль. Он никогда еще так отчетливо не ощущал, что дух его и тело так слабо связаны между собой. И теперь стоило бояться не только смерти.
— Чарльз? — снова позвал Эрик и, вздохнув, сел на постель позади Чарльза, прижимаясь теплой грудью к его спине. Его рука легла на затылок Ксавьера, мягко массируя, пока он гладил его плечи, покрытые теперь уже совсем крохотными, больше похожими на пух перышками. Почувствовав Эрика позади, Чарльз уже хотел было обернуться, но не нашел в себе сил взглянуть ему в лицо. Так и замер, лишь положил когтистую руку на бедро Леншерра, сжимая его, отчаянно боясь снова потерять своего короля и будто проверяя, реален ли он. Успокоился, лишь когда Эрик прижался к нему плотнее, так, что Чарльз оказался между ног Эрика, чувствуя спиной тепло его тела и взволнованное дыхание у своего лица. И еще мягкие массирующие поглаживания затылка и шеи. Такие простые касания, но от них становилось теплее и спокойнее на душе.
Но его разум все еще был окутан образами видения.
— Я видел настоящих демонов.
***
Эрик расхаживал по комнате, словно загнанный зверь, и вслух рассуждал о вариантах, сам же отметая один за другим. Выходов было всего два — коридор и окно башни. Первый был безопасным лишь до линии, которую очертил Чарльз, второй был бесполезным, если только они не научатся летать. И во всей спальне бы не хватило ткани, чтобы соорудить канат хотя бы до ближайшего окна этажом ниже. Выйти и приказать всем сложить оружие Эрик тоже не мог. Понимал, что если его люди и послушают, то ровно до того момента, как выйдет Чарльз. Дальше же… Даже Эрик не знал, сколько из них будут слушать его приказы после бойни, которую устроил Ксавьер, прорываясь к этой спальне. Не говоря уже о инквизиторах, которые и не собирались ему подчиняться.
— Я бы мог выйти и попытаться разузнать расстановку сил, собрать верных людей, даже если их и будет мало, возможно, хватит, чтобы с боем вывести тебя…
— А дальше что? — грустно спросил Чарльз. Он сидел за столом и поднял взгляд от свечи, которую гипнотизировал уже несколько минут. — Они объявят охоту на меня. И на тебя тоже, если ты продолжишь меня защищать.
— Значит, пустимся в бега, — решил Эрик. — Все в этом мире рушится. Все идет не так, как я планировал, но даже до того, как надеть ту проклятую корону, я не собирался править всеми землями Стратклайда. Хотел лишь вернуть свое королевство. Мы можем бежать в Инвернес.
— Ты лишишься трона, — тихо произнес Чарльз, но он и так знал, что это случится, в то самое мгновение, когда уничтожил корону.
— Зато спасу тебя. Это важнее.
— Даже если ты сможешь собрать сотню людей из охраны и верной тебе прислуги, этого будет недостаточно. Мы не сможем вырваться отсюда, если не отвлечем инквизицию.
— Отвлечем? Я намерен лично убить Страйкера! — зарычал Эрик и гневно посмотрел на дверь, явно готовый броситься в бой.
— Я не хочу, чтобы ты так рисковал.
— Я справлюсь с ним!
— А с ним и еще десятком, сотней инквизиторов и жителей за королевскими стенами, которые считают, что ты под моим влиянием? Они боятся тебя и да, не рискнули бы пойти против, но Страйкер направляет их. Скольких он поднял против тебя в Харлоу?