Увидеть Адама на сцене — одно, но быть с ним рядом, в номере отеля, — совершенно другое. Его близость пробуждала воспоминания, которые Мэгги намеренно похоронила в глубине своей памяти. Вернее, она была вынуждена это сделать. Ради собственного душевного здоровья. Думать о лучших, счастливых временах с Адамом, когда она страдала по нему, — значит доводить себя до полного безумия!
Она присела на кровать, прислушиваясь к мужским голосам в соседней комнате. Вот резко хлопнула дверь. Адам ушел!..
— Входи, — отозвалась она на осторожный стук в дверь, и измученно улыбнулась вошедшему Марку. — Он ушел?
— Да.
Мэгги кивнула.
— Не будем казниться из-за этого. Давай просто надеяться, что видели его в последний раз. — Вероятно, это несбыточная надежда, у Адама, несомненно, другие планы. Всегда остается вероятность, что он рано или поздно удивит ее чем-то.
— Не понимаю, что он здесь делает. Мама сказала, будто он в Америке, — раздраженно пробормотал Марк.
Мэгги испуганно подняла брови.
— Твоя мать информирует тебя о перемещениях Адама?
Она никогда не задумывалась над этим и просто полагала, что Марк, как и она, не проявляет никакого интереса к жизни Адама.
Марк по-прежнему хмурился.
— Как тебе известно, мы его единственные родственники, и, учитывая непредсказуемость Адама, лучше всегда знать его планы! — Он грустно усмехнулся. — На этот раз он постарался... Ладно, у тебя действительно был трудный вечер. — Марк наклонился и поцеловал ее в щеку. — Сейчас лучшее для нас — хорошо выспаться и подумать обо всем утром.
Он прав, они слишком возбуждены, чтобы спокойно размышлять о случившемся.
Мэгги благодарно улыбнулась Марку.
— Не забудь позвонить Андреа.
Марк помолчал и улыбнулся ей.
— Не забуду, если только не перестану ценить определенные части моего тела!
Он хохотнул и покинул спальню.
Адам заблуждался по поводу ее отношений с Марком, они вовсе не были любовниками. Марк влюбился в женщину, которая была ее физиотерапевтом в течение трех лет. Мэгги искренне радовалась за них. Андреа — прекрасная женщина, и Марк, более чем, заслуживает счастья.
Сейчас Андреа работала во Франции, лечила попавшего в аварию ребенка, но собиралась вернуться через несколько недель. Тем временем, Марк помогал Мэгги справиться со всякими мелочами, которые по-прежнему затрудняли ее жизнь.
Три года... Столько ей потребовалось, чтобы снова научиться ходить после той автомобильной катастрофы...
Они с Адамом, усталые, возвращались с выступления уже среди ночи. Адам вел свой мощный белый «мерседес» с обычным мастерством, но избежать столкновения с машиной, внезапно выскочившей на встречную полосу, не смог, и они столкнулись почти лоб в лоб. Самое удивительное, что Адам остался практически невредим, не считая нескольких царапин и синяков, но Мэгги сильно повредила таз, сломала обе ноги, и у врачей были серьезные сомнения, сможет ли она снова ходить.
Она пролежала в больнице много недель, едва воспринимая окружающих, не говоря уже о большом внешнем мире. Больницу Мэгги покинула почти три месяца спустя, в инвалидном кресле.
Но боль, от которой она страдала в больнице, оказалось ерундой по сравнению с теми муками, что встретили ее дома. Жизнь, говорили ей, продолжается. Что ж! Жизнь Адама, безусловно, продолжалась все три больничных месяца — без нее!
Их популярность в те дни была столь велика, что концертная программа оказалась расписана на полтора года вперед. Несколько выступлений, которые должны были состояться сразу после аварии, пришлось отложить, но не все остальные — Адам продолжал концертировать, и не один!
Мэгги встречала в прошлом Сью Кастл, та, даже пару раз, выступала в одной программе с ними. Выступления Адама со Сью, и очень успешные, явились для Мэгги ударом.
Конечно, Адам объяснял, что это лишь временно и, как только Мэгги встанет на ноги, все будет по-старому. Итак, она, не в силах ходить, день за днем оставалась дома, Адам же вечер за вечером исчезал с этой женщиной. И однажды, вовсе не вернулся домой...
Мэгги вздрогнула от нахлынувших воспоминаний и резко встала. Даже сейчас она не может думать об этом, не может забыть того последнего унижения. Адам нашел ей замену! И самое ужасное — не только на сцене, но и в жизни! Мэгги чувствовала себя совершенным ничтожеством, бесполезным мусором, который просто выбросили.
Сейчас она уже не ничтожество — по крайней мере, для себя! Время потрачено не зря. Мэгги восстановила собственную жизнь, собирая себя по кусочкам. И достигла успеха! Она снова может ходить, может петь, может продолжать свою карьеру. Только вот душа... Какая-то малая часть ее, никогда уже не восстановится после предательства, но это и к лучшему, больше таких глупостей, как высокие чувства, любовь, Мэгги не допустит.
* * *