Итак, что произошло?..
Разговора как такового не получилось. Сложилось чувство, что его привели на смотрины. Стоп! В этом что-то есть. Может, действительно так оно и было? Казаи закрыл глаза, пытаясь мысленно воспроизвести обстановку гостиной. Сразу напротив порога была широкая лестница, ведущая на второй этаж; по левую сторону от нее две двери, с противоположной стороны еще одна; четыре окна, с которых просматривался замечательный вид на манговую рощицу; занавеска…
Занавеска!
Почему в углу гостиной висела занавеска? В этом месте ее просто не должно быть. Ему, когда он вошел в дом, это показалось весьма странным – занавеска выглядела совершенно лишней и просто не вписывалась в обстановку гостиной. Ведь за ней не было ни комнаты, ни окна, там могла быть только ниша, в которой мог укрываться человек, чтобы слушать разговор гостя и хозяина. Тем более странным выглядело то, что в какой-то момент занавеска слегка колыхнулась, словно ее потревожил ветер. Впрочем, такое могло случиться, если некто, тайно стоявший за занавеской, случайно дотронулся до нее. Тогда Казаи не обратил на это внимания, больше был сосредоточен на содержании напряженного разговора, но теперь осознал – его внимательно изучали. Стало понятно, что человек, спрятавшийся за занавеской, был его враг и именно он вынуждал его на совершение дальнейших ошибок.
Не дождетесь!
Где же он мог проколоться? Впрочем, теперь это уже и неважно. Небольшую помарочку он мог совершить в дюжине стран, в которых ему пришлось побывать за последние десять лет. Первое, что нужно сделать, – забрать контейнер с ответом, завтра такой возможности может не представиться. Потом информацию нужно расшифровать и передать ее Джону Эйросу. Вот последнее сделать будет весьма непросто, не засветив при этом контактера. Надо что-то придумать. Ну а потом уже отправляться в Сомали.
Принятое решение внесло в душу некоторое успокоение. Запустив двигатель автомобиля, Казаи двинулся в сторону парка. В этот день фортуна благоволила ему: он не попал ни в одну из пробок и только один раз остановился на красный свет, так что к городскому парку подъехал через пятнадцать минут. Если кто-то сейчас и дышал ему в спину, пытаясь установить, куда же это он так спешит, то ему придется изрядно поломать голову. Вряд ли им что-то удастся выяснить, скорее всего, его поведение спишут на некоторое чудачество.
Размеренной походкой праздного гуляки Казаи прошелся по главной аллее, после чего свернул на боковую, в конце которой стояла скамейка с контейнером. Место удобно было еще и тем, что если за ним кто-то следил, он непременно приметит его на пустынной аллее.
Устроившись на лавке, Казаи вытащил пачку сигарет. Вдумчиво закурил. Внимательно осмотрелся: вокруг ничего такого, что могло бы насторожить. Уронив зажигалку, он оперся на край скамейки и тотчас почувствовал пальцами, что контейнер находится на прежнем месте. Ему понадобилась всего-то доля секунды, чтобы нажать на правый краешек контейнера. Тотчас отлипнув, закладка оказалась в его ладони. Теперь очередь за зажигалкой: потянувшись, он поднял ее с земли и вместе с контейнером сунул в нагрудный карман рубашки.
Сигареты ровно на три затяжки, теперь можно не торопиться, дело сделано; оставалось лишь глазеть по сторонам и получать удовольствие от горьковатого дыма.
Докурив, Казаи швырнул сигарету и заторопился к выходу.
Добравшись до дома, он заперся в своем кабинете и принялся расшифровывать послание. Нельзя было сказать, что оно его озадачило, но все же заставило крепко призадуматься. Впрочем, это уже не его проблемы. Сам он всего лишь инструмент для передачи информации, а там пускай решают другие.
Расшифровав письмо, резидент сунул его в карман. Для Джона Эйроса имелась еще одна важная информация. Ее нужно было срочно передать. Сделать самостоятельно Казани этого не мог по одной простой причине: за ним могло быть установлено наблюдение. А что, если подключить к операции Миранду? Нельзя сказать, что эта мысль пришла к нему неожиданно: Казаи уже давно нуждался в помощнике, так почему бы не начать именно сегодня?
С кухни доносился ее негромкий голос: женщина что-то напевала и стучала ножом по разделочной доске; кажется, на обед планируется отбивная телятина.
Казаи прошел в кухню. Миранда, увлеченная готовкой, даже не заметила его прихода. Изящная, но крепко сбитая, с тонкой талией и поэтому казавшаяся необыкновенно хрупкой, она всегда притягивала взгляды мужчин. Так что можно сказать, что ему невероятно повезло и он отхватил у жизни едва ли не главный приз. Вот только невозможно было определить ее национальность. Сама она говорила, что по происхождению коренная шведка, но у Казаи было немало поводов усомниться в этом. Хотя бы даже потому, что у Миранды была смуглая кожа, никак не свойственная жителям Скандинавии. Хотя если разобраться, то в последние годы в Европе перемешалось столько кровей, можно было подумать, что началось очередное переселение народов.