Выбрать главу

— На тебе нет одежды, потому что ты не можешь ничего создавать здесь, — проронил он. — А я — могу.

Он неожиданно подхватил плащ, встряхнул — и быстрым резким движением, словно не хотел прикасаться ко мне дольше необходимого, укрыл мои плечи. Я машинально закуталась, не отрывая взгляда от своего противника.

— Зачем тебе это?

— Во всех следующих снах ты будешь сидеть спиной ко мне и молчать, — прозвучал холодный ровный голос. — Так, словно тебя здесь нет.

— А взамен?

— Я не буду замечать тебя.

— Словно меня здесь нет.

— Именно.

Я плотнее закуталась в плащ, не отрывая взгляда от него. Тень. Мастер меча и смертельный враг Конте. Мой враг. И он предлагает мне молчаливый нейтралитет каждый раз, когда я буду попадать в его сны? Предлагает игнорировать друг друга?

…Почему у меня вдруг ноет в груди от одной этой мысли? Неужели я хочу, чтобы было по-другому? Говорить с ним каждую ночь? Прикасаться к нему?

Какой смысл? Мы всё равно смертельные враги. Он служит Триумвирату, я охочусь на демонов вместе с Конте. Чёрт подери, этим вечером мы с Конте идём за Эребом, чтобы узнать имя главы Триумвирата! И, знай я, где ночует Тень, я бы наведалась и туда — без малейших угрызений совести.

Я криво улыбнулась. Держу пари, Тень бы придушил меня прямо здесь, узнай он о наших планах. Впрочем, думаю, это взаимно. Загляни я к нему в голову, наверняка узнаю то, за что придушила бы его самого, правда?

— А что, если я откажусь? — неожиданно поинтересовалась я. — Продолжу дразнить тебя, выпытывать твои тайны, узнавать твои слабые места?

— И соблазнять, — тем же тоном продолжил Тень. — Не боишься, что я буду делать то же самое куда успешнее?

Не отрывая взгляда от него, я провела кончиком языка по своим губам.

— Было бы интересно попробовать, не так ли?

Тень прищурился.

— Возможно. Но я решил иначе, и ты подчинишься.

— А если не подчинюсь?

— Я уже говорил, что могу сделать с тобой что угодно? Как ты заметила, зелий здесь нет. Без них ты куда слабее меня.

— Будешь убивать меня снова и снова в каждом сне, если я буду доставлять тебе затруднения?

— А почему нет? — пожал плечами Тень. — Минута на хлопоты — и целая ночь покоя.

Мы смотрели друг другу в глаза холодно и твёрдо.

— А знаешь, ты совершенно прав, — вдруг сказала я, глядя ему в глаза. — Эти сны — всего лишь досадная случайность. Они просто… не считаются. И я так же мало хочу с тобой разговаривать, как и ты со мной.

— Отлично.

— Превосходно.

Глава 7

Мы коснулись рук друг друга. Ладонь Тени была ледяной, но его пожатие — неожиданно спокойным и крепким. Словно на секунду мы стали союзниками и друзьями.

Я едва заметно наклонила голову. Тень сделал то же самое, и мы одновременно отвернулись. Я отошла как можно дальше и села, глядя на сверкающие прозрачные струи и сжимая края плаща.

Интересно, если я снова окажусь здесь без одежды, будет ли Тень каждый раз оставлять мне плащ? Может быть, даже закутывать меня в него?

Мне вдруг стало интересно. Если Тень создал плащ таким же, как наяву, значило ли это, что внутри лежит то же самое, что лежало бы и в реальном мире?

Быстро, не давая себе времени передумать, я запустила руку внутрь и быстро, едва касаясь ткани кончиками пальцев, обследовала подкладку плаща. Нет, конечно, я не надеялась ничего найти, но…

…Я нащупала карман, и мои пальцы сомкнулись на чём-то маленьком и твёрдом.

Я отвернула край плаща, осторожно всматриваясь в добычу. И обомлела: это был портрет. Миниатюра слоновой кости, с которой смотрела женщина редкой красоты. Сходство её с Тенью было несомненным: тот же взгляд, те же линии губ, носа и подбородка. И что-то ещё в этой женщине казалось мне смутно знакомым. Вот только призрачные крылья за спиной портили её облик.

Демоны не умеют летать, но крылья есть у всех. Может быть, они умели летать когда-то? Тогда, когда ещё были способны любить, страдать, жертвовать? Когда их домом было не тёмное измерение, а другое место, где вместо тьмы был свет?

Не знаю. Скорее всего, никогда не узнаю. Должно быть, даже сами демоны этого не помнят.

Демон. Мать Тени была демоном. Приносила ли она человеческие жертвы? Были ли у неё рабы? Или, возможно, она была одной из немногих демонов, в которых пробудилась человечность?

Вряд ли: таких исключений почти не было. Подземье не знало ни жалости, ни пощады: те демоны, кто по какому-то капризу судьбы вырос способным испытывать любовь и милосердие, слишком быстро умирали. Но — вдруг?

Я осторожно положила миниатюру на камень. С еле слышным звуком.