Выбрать главу

— Ты забываешься, — Бальтазар поднялся. Я почувствовала, как усилился жар его тела. Не к добру это. — Есть доказательства? Выкладывай. Нет? Проваливай и не утомляй меня пустой болтовней.

— Прислужник рассказал, что видел тебя с Вельзевулом, — торжествующе ухмыльнулся Ваал. — После побега Азазеля.

— Какой идиот верит словам прислужника? — скривился Бальтазар. И презрительно на меня покосился, — Не желаешь ли опросить рабов?

— Я верю. И на идиота не похож.

— Твое дело. Как его имя?

— Вильгельм.

— В моих владениях нет такого прислужника, — задумчиво произнес Бальтазар. — Откуда ты его притащил? И зачем? Хочешь опорочить мое имя и прибрать земли к рукам?

Ваал изумленно вздернул брови и откинулся на спинку кресла:

— Тогда что он делает в твоих подземельях?

— Приведи его и спросим. Урфик! — прогремел Бальтазар. Смотритель мгновенно влетел в покои.

— В комнате слуг находится Вильгельм. Прислужник. Приведи его, — отдал приказ Ваал. Урфик в то же миг исчез.

Я поерзала на затекших коленях, и привлекла внимание демона.

— Это та странная рабыня? — спросил Ваал и нахмурился. — Что ты с ней сделал?

— А что с ней не так? — переспросил Бальтазар, устремив на меня пробирающий до костей взгляд.

Я стушевалась. Смотрят, как на музейный экспонат. Будь я из воска, уже бы расплавилась.

— Ее душа стала чище, сам не видишь?

— Вздор! — рявкнул Бальтазар и рывком меня на ноги поднял. — Быть того не может.

— Господиииинн, — жалобно взвыла я, когда он за подбородок ухватил, заставляя взглянуть ему в глаза.

— Умолкни, — процедил он.

Бальтазар исследовал меня, казалось, прожигая душу сквозь тело. И то, что он увидел ему не понравилось. Пальцы крепче стиснули подбородок, едва ли не ломая челюсти.

Наконец, вдоволь насмотревшись, он отшвырнул меня от себя и прорычал несколько слов на незнакомом языке. Я пролетела несколько метров, и ударившись об пол, счесала спину. Села на колени, морщась от боли.

— Что думаешь? — спросил Бальтазар у Ваала. Он был в ярости. Я напряженно следила за ними двоими.

— Думаю, что это событие надо отметить, — захохотал Ваал и отсалютовал пылающему от гнева демону кубком. — Это невероятный успех, Бальтазар! Давно демоны не отправляли в рай души собственными руками. Напомни, когда произошло падение Азазеля? Столько веков миновало…

— Я этого не допущу! — Бальтазар ударил кулаком по столу, отчего на нем появилась внушительных размеров вмятина.

— Это в твоих же интересах, — кивнул Ваал. — Темница Азазеля пуста, но надолго ли?

Я с жадностью вслушивалась в их разговор. Что-то пошло не так. Бальтазар разгорячился неспроста, и я была тому причиной. Но, что именно произошло, понять не успела. В покои вошел Урфик, неся на плече завернутую в ткань ношу. Он положил ее на пол.

— Что это? — Ваал напрягся, вероятно, уже зная ответ.

А Бальтазар… тот на Урфика даже не взглянул. Казалось, демон не замечал ничего вокруг, кроме меня. Но недобро так смотрел, со сквозящей во взгляде угрозой. Я почувствовала себя костью, ставшей ему поперек горла.

— Это Вильгельм, — сказал Урфик и развернул ткань.

Обугленный труп существа, не похожего на человека, предстал нашему взору. Огонь выел плоть прислужника до почерневших костей. Меня замутило. Запах тошнотворный исходил от трупа. И на миг показалось, что уцелевшая конечность его шевельнулась.

— Твоя работа, Бальтазар?! — Ваал яростно скрипнул зубами.

— Моя, — ответил Бальтазар. — Ты сглупил, назвав его имя.

— Не это ли доказывает твою виновность?

— Теперь уже нет.

Ваал ответил ему долгим взглядом и вышел из покоев.

— Убери это, — произнес Бальтазар. И смотрел он при этом на меня.

— Куда, Господин?

— Второй уровень. Выполняй.

Глава 6

Урфик тащил меня по лабиринтам подземелья. В этот раз я сопротивлялась яростнее — знала, что меня ждет. Огонь, кипяток… в отчаянной попытке вспомнить, какие еще виды наказания бывают в аду, ничего не всплывало в памяти. Теперь я жалела, что не интересовалась этим при жизни.

— Что там? — спросила, облизывая языком разбитые губы. Рука у Урфика была тяжелая, а сам урод не отличался терпением. И подавлял сопротивление самым действенным методом — битьем.

— Страдания, — ответил.

Мне было страшно. Тело бил озноб. Но бывает ли озноб в аду? Скорее предсмертная агония впилась ледяными пальцами в горло. Оттого и ощущение холода, и клацанье дрожащих зубов. Страх был повсюду: витал в воздухе, таился в углах подземелья и слышался в криках грешников. Он подчинил своей воле мое тело и разум, изводя неизвестностью.