— Ты думаешь обо всем, но не обо мне, да? — спросил Тео.
Она виновато улыбнулась.
— Ты всегда переживаешь из-за людей вокруг себя, но не смотришь на того, кто перед тобой, — печаль наполнила его глаза, а с ней что-то еще. Решимость. — Я так просто не сдамся. Ты же знаешь это?
Как на это ответить? Он не дал ей время подумать.
— Я ухожу, как только мы выберемся отсюда.
— Ты? Зачем? Куда?
— Искать маму. Если она там, я ее найду, — Эдди говорил о подобном, но Тео, похоже, собирался делать это сам.
— Ты даже не знаешь, откуда начать.
Он посмотрел на Сисси.
— Она может знать.
— Она все равно тебе не скажет.
— Может, если правильно попросить.
Ее ладонь стала потной в руке Тео.
— Не думаю, что это хорошая идея. Мы еще многого о ней не знаем. Мне кажется, что она что-то скрывает.
— Согласен, но я должен найти маму.
Она позволила песне кружить их по комнате.
— Прости.
Тео был удивлен.
— За что?
— За то, что втянула нас в это. Стоило уехать, когда я услышала о дикаре, но я знала, как тебе важно найти брата.
— Ты сделала это для меня.
Гвен смогла пожать плечами, не выбив их из равновесия. Она делала это по большему количеству причин, чем думала тогда.
Он осторожно улыбнулся.
— Это я в тебе люблю — как ты заботишься обо всех вокруг. Я рад, что ты позаботилась и обо мне.
Ого. Где был Эдди? Или Голик? Пора было менять партнеров, да?
Тео убрал руку с ее талии и повернул ее лицо к себе.
— Когда я уйду, я хочу, чтобы ты отправилась со мной, Гвен.
Глава восемнадцатая
Гвен танцевала, но хотела убежать.
Она понимала вопрос Тео, конечно, она не могла сказать да, ненавидела себя за отказ, ей не нравилось ранить людей. Может… может, она не так поняла.
— Выходи за меня, Гвен, — свет свечей сиял на его волосах, огонь пылал в его глазах.
Она не ошиблась.
— Я знаю, что ты не хочешь быть королевой, связанной ответственностью. Я теперь свободен от этого, ведь Эдди нашелся, и мы сможем быть свободны вместе. Ты уже показала, что умеешь жить в дороге, и ты умная. Ты поможешь мне разобраться, найти ее.
Это было не первое предложение в ее жизни, и уж точно не самое романтичное. И все же она уважала Тео за то, что он не стал выражаться цветасто, чтобы завоевать ее, обещая не умирающую любовь до конца времен и прочую ерунду. Если бы она не встретила Эдди, она была бы убеждена.
Если бы не встретила Эдди. Но она встретила. Это все изменило.
— Прошу, Гвен, — он притянул ее ближе, они кружились. — Я не хочу больше быть один.
Она покачала головой и оттолкнулась от него, отходя.
— Прости, Тео. Я не могу.
Воздух. Ей требовался воздух. Даже в подземелье были окна. Она выбежала за дверь, но не могла идти наружу.
Башня.
Она добралась туда, не упав в платье — и как Лазурь умудрялась в этом бегать? — и склонилась к одному из окон.
Десять минут спустя к ней пришел Голик.
— Другие еще танцуют. Сисси отказалась заканчивать бал до полуночи, но я не знаю, как тут определить время, — он прислонился к стене рядом с ней. — В чем дело?
Он хотя бы не спросил, в порядке ли она, ведь она точно была не в порядке. И она не могла рассказать ему о предложении брата. Пока что. Она хотела объяснить состояние тем, как влияло на нее это место, особенно после того, что они пережили недели назад в Элтеконе. Тьма, каменные стены, ненастоящая одежда.
Гвен судорожно вдохнула, горло сдавило от непролитых слез.
— Я скучаю по коню.
Слезы полились, и он обнял ее, прижал ее лицо к своему плечу. Гвен плакала, его руки успокаивали, но немного слез она припасла на потом.
Когда он отклонил ее голову и приблизился, Гвен быстро попятилась, ударившись локтем о подоконник.
— Погоди, — сказала она. Голик уже не вел себя как брат, как было до этого. Она должна была помнить это.
— У меня нет и шанса, да? — его плечи опустились, и он дал ей платок и продолжил. — Что бы ни случилось, Гвен, я хочу, чтобы ты была счастлива, со мной или нет, — он улыбнулся и с надеждой приподнял брови. — Но лучше бы со мной. Нет? Я не буду мешать тебе быть собой, помогать всем постоянно, но порой не мешало бы подумать и о Гвен. Это не превратит тебя в Сисси.
Она вытерла глаза. Глубоко вдохнула.
— Наверное, не превратит. Спасибо.
Он вздохнул.
— Я лучше вернусь. Увидимся, — он пересек площадку и шагнул на первую ступеньку.
— Голик, — обратилась она.