Выбрать главу

— Вы помните фильм «Игрушка»? Он только молча улыбнулся. 

— Так кто из нас хуже, — напомнила она. — Вы, приказывая мне раздеться, или я, готовая на все ради ваших денег? 

Петровский медленно покачал головой: 

— Это не тот случай. Тогда он приказал выйти и обойти редакцию. А я не предлагаю вам гулять голой по нашим коридорам. 

— Это одно и то же, — Наталья Андреевна все еще пыталась отстоять свою независимость. 

— Неужели вы думаете, что я предлагаю вам раздеться ради моей прихоти или забавы? — осведомился Святослав Олегович. — А может, вы считаете, что мне просто приятно смотреть на раздетых женщин? Будем откровенны, если я захочу, через полчаса в моем кабинете будут лучшие топ-модели, которые исполнят любое мое желание. 

— Я это знаю, — сказала она, — и только поэтому пока еще не вышла из вашего кабинета. Я не хочу у вас работать, господин Петровский, но я хочу понять, почему вы предложили мне сделать такую вещь? Неужели не понимаете всю абсурдность вашего пожелания? 

— Понимаю. Но все равно настаиваю. Считайте это моим личным капризом. У нас такие правила. 

— И все раздеваются? — не поверила она. — И мужчины, и женщины? 

— У мужчин другой тест, — ответил он. — А у вас по-прежнему есть два варианта. Остаться или уйти. 

— До свидания, — проговорила она. — Я не собираюсь здесь оставаться. 

Когда Бочарова взялась за ручку двери, он попросил: 

— Наталья Андреевна, остановитесь. 

Но она не задержалась ни на секунду. И вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. Петровский счастливо улыбнулся. У этой женщины есть свои принципы, она достаточно сильный и волевой человек. Ее можно утверждать не просто финансистом, а даже заместителем Юлая. Такую нельзя купить или уговорить выдать корпоративные секреты организации. Он подошел к столу и вызвал своего заместителя. 

— Юлай, — попросил он негромко, — догони ее. Она вышла от меня. 

— Я же предупреждал, — было слышно, как Юлай уже бежит по кабинету. 

Петровский сел в кресло, ожидая, когда ему позвонят. Через несколько минут Юлай действительно позвонил. 

— Ушла, — тяжело дыша сообщил он. — Заявила, что руководитель у нас абсолютный маньяк. Я не смог ее уговорить. Она просто повернулась и ушла. 

— Очень хорошо, — улыбнулся Петровский. — У нас уже было несколько таких случаев. 

— Но все оставались, а она ушла, — заметил Юлай. — Я же говорил тебе, что с ней нужно осторожнее.

— Возьмешь ее своим заместителем с правом финансовой подписи. И будешь поручать ей всю финансовую отчетность, кроме перечислений в оффшорные зоны. 

— Но она ушла, — напомнил Юлай.

 — Это уже моя проблема, — усмехнулся Святослав Олегович. — И не забудь напомнить мне про доллар. Кажется, я его проиграл. Ты был прав. Она не захотела принять мое предложение. 

Через два часа заказав роскошный букет цветов, он подъехал к дому Бочаровой и поднялся на восьмой этаж. Позвонил и долго ждал, когда ему откроют. Наконец в дверях появилась молодая женщина, очень похожая на ту, что приходила к нему. 

— Мне нужна Наталья Андреевна, — улыбнулся Петровский. — Извините, что пришел так поздно. 

— Ничего страшного, — молодая женщина с понятным любопытством смотрела на него. Так обычно смотрят взрослые дети на чужих мужчин, которые появляются в их доме. 

— И не открывайте двери незнакомым, — посоветовал Петровский. 

— У нас не опасно, — улыбнулась она, и в этот момент из комнаты, мягко ступая, вышел огромный бульдог и недружелюбно уставился на незнакомца. 

— Действительно не опасно, — пробормотал Святослав Олегович, делая шаг назад. 

— Мама, это к тебе! — крикнула молодая женщина. 

Из другой комнаты появилась Наталья  Андреевна. Она была в брюках и темно-синей майке. Увидев гостя с букетом в руках, испуганно замерла. Очевидно, бульдог почувствовал ее настроение, поскольку оглянувшись на хозяйку, издал отнюдь не дружественный рык. 

— Место, — ровным голосом приказала ему хозяйка дома. — Иди в комнату. 

Бульдог еще раз глянул на Петровского и, повернувшись, ушел в комнату. Дочь хозяйки смотрела на мать и на гостя, уже понимая, что между ними что-то произошло. 

— Зачем вы пришли? — спокойно поинтересовалась Бочарова. — Или вы думаете, что дома более подходящая обстановка? 

— Не нужно так близко принимать к сердцу все сложности на работе, — дипломатично проговорил Святослав Олегович. После того как собака ушла, он обрел большую уверенность. И протянул букет цветов дочери Бочаровой. — Поставьте, пожалуйста, в вазу с водой. Я хочу с вами поговорить, Наталья Андреевна, и объясниться. 

— Не понимаю, что еще вы можете мне объяснить, — отозвалась она. 

— И тем не менее я настаиваю, — он ждал ее решения. 

— Входите, — разрешила Бочарова. Очевидно, ей тоже было интересно. 

Он вошел в коридор, прошел в гостиную. Квартира была большая, удобная. "Вероятно, четыре комнаты, — подумал Петровский. — Дом кооперативный, в него вселялись лет двадцать назад. Должно быть, ее супруг зарабатывал неплохо еще тогда. Но сделан свежий ремонт, а это уже на ее деньги". 

В гостиной они сели за стол. Наталья Андреевна сложила руки на груди, словно подчеркивая свое отторжение и неприятие гостя, испытующе посмотрела на него. 

— Я хочу извиниться, — начал он, — дело в том, что это основный тест, на котором проверяются все наши новички. Не нужно было на меня обижаться. Юлай Абуталипович пытался вас уговорить, но вы не стали слушать его аргументов. 

— А вы бы стали, — откликнулась она, — если бы ваш начальник предложил бы вам такой же способ проверки? Неужели остались бы? 

— Я бы сначала подумал, почему мне предлагают раздеться, — улыбнулся Петровский. — А здесь возможны три варианта. Первый и основной, это проверка моей реакции на нестандартную ситуацию. Второй, менее возможный, я нравлюсь моему начальнику или начальнице. И третий, маловероятный: он — сумасшедший. 

— Интересные варианты, — чуть усмехнулась Бочарова. — Какой из них больше подходит для нашей ситуации? 

— Третий, — мгновенно ответил Святослав Олегович, — я ненормальный. 

— И я должна согласиться работать у такого человека? Вы не думаете, что для меня гораздо безопаснее просто не поступать к вам на работу? 

— Нет, не думаю, — снова улыбнулся он. — Дело в том, что нам нужен именно такой специалист, как вы. И давайте без обиды. В каждой организации существуют свои специфические правила при приеме на работу. Возможно, у нас они не совсем обычные, но уверяю вас, они разработаны с участием ведущих психологов. 

— Представляю, что они вам насоветовали! — буркнула женщина. — Хорошо еще, что вы проверяете сотрудниц таким необычным способом. А можно проводить еще более откровенный тест. Например, ловить на улицах и насиловать. И смотреть, как они себя будут вести. Вам не приходила в голову такая идея? 

— Пока нет, — очень серьезно ответил Петровский, — но если вы так считаете, обязательно попробуем. — Он произнес эти слова без тени улыбки. 

Наталья Андреевна нахмурилась. 

— Я начинаю вас бояться, — призналась она. 

— Не нужно, — он тяжело вздохнул. — Неужели вы думаете, что в Москве существует дефицит финансистов, даже таких опытных, как вы? Полагаю, за такие деньги мы без труда найдем нужного специалиста. 

— Тогда в чем дело? — спросила она. — Зачем вы явились ко мне с этим веником? 

"Она допустила ошибку, — подумал Петровский. — Обратила внимание на цветы и преувеличенно грубо назвала роскошный букет «веником». Ее оборона дала трещину". Невозмутимый человек не показывает своих эмоций. Равнодушный реагирует совсем по-другому. 

— Хотел загладить свою вину — признался он. 

— И вы не боитесь? — вдруг спросила она. — У нас дома очень свирепая собака. Очень. И если я ее сейчас позову, то наш сэр Бэримор может проявить характер. 

— Вы хотите, чтобы меня покусала ваша собака? — усмехнулся Святослав Олегович. — Что ж, если вы считаете, что таким образом сможете меня наказать, я согласен на эту пытку. 

Хозяйка дома оценила его иронию и улыбнулась. Впервые за все время разговора. И наконец разжала руки, положила их на стол.