– Ты невозможен, – негромко буркнула я, уткнувшись лбом в его грудь. – Я вся мокрая из–за тебя… если заболею, виноват будешь ты.
– Обещаю не отходить от твоей кровати ни на миг и ночью держать в своих объятиях, – услышала я его шёпот над головой.
Я усмехнулась, уже дрожа от холода и в то же время греясь в его руках. Мне хотелось так простоять до конца дня, ощущая его запах, его тепло и сильные руки, прижимающие к своей груди.
Я закрыла глаза, спустя пару секунд ощутив тёплые пальцы на своём лице, аккуратно убирающие мокрые пряди волос. Перехватив руку, я прижала её к своей щеке, наслаждаясь теплом и разливающемуся по телу трепету. Поддавшись какому–то безумному порыву и повернув голову, я прижалась губами к шершавой ладони, показавшейся мне солёной после воды.
– Тепла захотелось? – не сдержал усмешки Ориас.
Вздрогнув, я мотнула головой, вновь пытаясь выбраться, но врас не дал, приподняв мою голову и улыбнувшись.
– А если не пущу?
– С чего это? – насупилась я, старательно не смотря в его глаза.
– Не хочу.
Я дёрнулась, но Ориас прижал к себе сильнее, и только я собиралась возразить, заткнул жарким поцелуем. По телу пробежала волна, заставившая сердце ускориться. Проснувшийся голод хищно облизнулся, и, не дав времени на сопротивление, взял всё в свои руки. Я расслабилась, скользнув руками по груди Ориаса и зарывшись в его волосы, заставив удивлённо выдохнуть мне в щёку. О–о, да кто–то не ожидал, что я воспользуюсь моментом! Ну раз начал, то пусть продолжает игру!
Горячая рука проникла под лёгкую толстовку, вызвав приятные мурашки и заставив дыхание сбиться. Я ахнула, когда пальцы сжались на налившейся тяжестью груди. Не сдержав стон, когда врас поцеловал в шею, я решительно скользнула рукой вниз, к пряжке его штанов. Поняв, что я задумала, Ориас вдруг отстранил меня, и на какой–то миг сердце испуганно замерло.
На его лице боролись противоречивые эмоции: он желал меня, но почему-то колебался и словно злился на самого себя. В голове щёлкнула мысль: если я сейчас упущу инициативу, то всё пропадёт. Ориас возьмёт себя в руки, а я буду мучиться от этого жуткого, неправильного голода, который срочно нужно было удовлетворить.
И я шагнула к врасу, обвив руками его шею и с жадностью прильнув к губам. Он сдался, притянув за бёдра к себе и дав почувствовать желание, которое я так мечтала ощутить в себе. Правда, на этот раз я решила воспользоваться тактикой Ориаса: закинув на его бедро ногу, я недвумысленно вильнула тазом навстречу врасу и выскользнувший из штанов хвост тут же крепко обвил голень.
– Нечестно… – выдохнула я, возмущённо взглянув на него.
– Ты же знаешь – я не люблю играть честно, – улыбнулся в ответ он, наклонившись и прошептав на ухо: – Да и ты тоже…
Ориас вдруг отпустил мою ногу, развернув спиной к себе и подтолкнув к громадному валуну. Я непонимающе оглянулась, ахнув, когда врас обвил одной рукой талию, а второй ловко избавился от ремня на моих штанах. Я опёрлась руками об камень, выгнувшись, когда Ориас не больно сжал зубами мочку уха, коленом разведя мои ноги. Одна из его рук вновь скользнула под одежду, сжавшись на груди и заставив запрокинуть голову, когда пальцы второй опустили штаны, коснувшись пульсирующей точки лона. От неожиданного наслаждения, вызванными даже этими простыми действиями, я застонала, поведя бёдрами и слыша тяжёлое, хриплое дыхание Ориаса, покрывающего поцелуями шею.
Я жаждала Ориаса сию минуту, поэтому мне показалось, что прошла вечность, прежде чем врас плавно скользнул в меня, вызвав если не звёзды перед глазами, то целую Вселенную. Каждый раз наше слияние порождало всё большее и большее наслаждение, заставляя мечтать, чтобы наши тела соединялись вновь и вновь, лишь бы чувствовать сильные руки на своей талии, губы на плечах и шее, эти толчки, с каждым мигом отправляющие меня на седьмое небо от счастья.
Откинувшись назад, на грудь Ориаса, я запустила пальцы в его волосы, ощутив, как сжались его ладони на моих бёдрах, и как мы одновременно достигли пика. Я застонала, слыша над ухом тяжёлое дыхание и едва понимая, где нахожусь.
Голод удовлетворённо мурлыкнул и утих, но наслаждение ещё отдавалось в теле, не спеша уходить.
– Подстрекательница, – обжёг мне ухо голос Ориаса, впрочем, недовольным он не был.
– Тебе можно, а мне нет?
Он усмехнулся, оставив горячий поцелуй на виске и шумно выдохнув.
– Одевайся, или тебе помочь?
– В отличие от некоторых, я ещё в одежде, – напомнила я.