Эта ночь станет лучшей в ее жизни. Она нутром чуяла.
Глава 39
Оказалось, что ключ предназначался не для замочной скважины. Он, скорее, служил
пропуском на две персоны, позволяющим миновать гору в виде охранника, стоявшую перед
непримечательной дверью, которая вела внутрь непримечательного гаражного здания,
расположенного в трущобах по большей части заброшенной промышленной зоны Колдвелла.
Следуя за Бутчем, но впереди курсанта, которого он позвал с собой, Марисса
обнаружила, что с маской на лице она чувствовала уверенность, которую в ином случае
могла бы не найти в себе. Было что-то раскрепощающее в том, чтобы спрятать свое лицо,
когда направляешься в незнакомое окружение и сомневаешься в своих силах. Во-первых, не
нужно контролировать мимику и притворяться хладнокровной. Во-вторых, можно с большей
свободой примерить личину человека, способного справиться с любой задачей.
Ведь никто не узнает правды.
В густой темноте клуба, Бутч протянул назад руку, желая приободрить ее, и нащупал
ее ладонь. Когда он прикоснулся к ней, Марисса ощутила прилив уверенности. Ничто ее не
тронет, не навредит ей и не расстроит. Пока Бутч с ней.
Первым делом Марисса обратила внимание на нарастающий грохот и решила, что это
басы какой-то музыки. Завернув за крутой, архитектурно неправильный угол, она поняла, что
виноваты не колонки, достойные концертной площадки. Это было ритмичное постукивание
шлифовального колеса, которое, казалось, служило лишь для того, чтобы…
Вау. Лаааааадно.
Под колесом лежала женщина с широко разведенными ногами, а механизм входил в
нее при помощи…
Марисса отвела взгляд в сторону и увидела мужчину, втиснутого в ящик из оргстекла,
его обнаженное тело извивалось, одна сторона ящика осталась открытой, чтобы народ мог…
Взглянув в другую сторону, она заметила ряд столов, к которым друг за другом в
скрученных позах были пристегнуты люди в латексных костюмах, таких же, как и ее. Их
половые органы были выставлены для всеобщего пользования перед очередью из анонимных
незнакомцев.
Лааааааааааадно, они ведь находились в секс-клубе. Ага.
И, что странно, внутреннее пространство оказалось в двенадцать раз больше, чем
выглядело снаружи, должно быть, для этого пришлось снести стены между соседними
зданиями, и гараж являлся лишь первым из череды сочлененных строений.
Тусклое освещение, все гости в костюмах и масках, и вокруг можно было наблюдать
секс во всех его формах и проявлениях. Происходящее являло собой эксперимент, чистое
выражение эротизма, всхлипывания и стоны превратились в саундтрек, который дополнял
техно-музыку, нежели преобладал над ней.
Странно, но Марисса нашла происходящее на удивление… не шокирующим. И вовсе
не отвратительным. Люди казались искренне возбужденными, и, Боже, такими милыми. Те
несколько раз, когда она оказывалась в человеческом обществе, на нее откровенно пялились,
а здесь люди смотрели тебе в глаза и улыбались так, словно считали тебя частью их… ну,
клуба. А когда Марисса врезалась в кого-то, реакция оказалась спокойной и неагрессивной.
Все это казалось таким… нормальным?
Может, дело в бесцеремонности происходящего. А, может, в маске, скрывающей ее
личность. Или серьезной цели ее пребывания здесь. В чем бы ни была причина, Марисса
чувствовала облегчение.
Оказавшись в глубине клуба, они втроем сформировали круг. Когда Бутч посмотрел на
нее, она погладила его руку и кивнула, давая отмашку.
Кивнув в ответ, Бутч повернулся к Аксу. Они наклонились друг к другу и обменялись
парой фраз, Марисса, тем временем, осмотрелась в поисках похожих одеяний, характерных
для обслуживающего персонала.
Посещала ли погибшая женщина это место перед своей смертью?
Череда вспышек слева заставила Мариссу прищуриться. Кто-то фотографировал
людей, подвешенных на вращающихся колесах и не способных шевельнуться, пока другие
кончали на них, секли плетью, пускали им кровь.
И тогда она осознала, что чем дальше они заходили, тем жестче становилось
происходящее.
Может, кто-то заигрался и зашел с той женщиной слишком далеко? – гадала она.
И случайно убил ее?
***
Убедившись, что с Мариссой все в порядке, Бутч полностью переключился на работу,
ни на что не отвлекаясь. Его невероятно возбудил тот эротичный момент в фойе.
Происходящее в этом клубе? Заботило его не больше газонокосилки. Или тарелки с овсянкой,
учебника по химии… с того момента как Бутч мысленно приступил к разработке плана, он
будто снова вернулся на предыдущую работу, ментально натянув соответствующую форму,
он переключился в режим гипер-внимательности и полностью отстранился от окружающей
обстановки.
Пора подстраховаться: на протяжении последних двух ночей Бутч сомневался,
говорить ли Аксу о настоящей причине их появления в секс-клубе. Мотив «за» – они могли
быстрее докопаться до чего бы там ни было; мотив «против» – он мог прямо или косвенно
предупредить потенциального убийцу.
Вот только Бутч сотню раз просмотрел запись их разговора в офисе, и не считал, что в
парне скрывался хладнокровный убийца. В бою? Да, конечно. На тренировках Акс – это
крепкий сукин сын, способный раздавить противника в рукопашном бою, даже если тот
превосходил его ростом, а еще Акс отличился в огневой подготовке и во владении кинжалом,
и никогда не колебался, прежде чем в нужный спустить курок или броситься с ножом на
перевес.
Но эта песня не имела отношения к насилию над женщинами. И, несмотря на образ
заядлого гота, в Аксе не было ни жестокости, ни безумия.
– Я солгал, – сказал Бутч, наклоняясь к уху Акса, пытаясь перекричать какофонию
звуков из стонов и техно-музыки.
– Да неужели, – протянул боец.
– Вдохновился твоим примером.
– Я польщен.
– Я получил «ключ» не от друга. Он был при женщине, забитой до смерти. Я здесь для
того, чтобы выяснить, кто ее убил, и мне потребуется твоя помощь.
Акс сперва отшатнулся, но потом, прищурившись, снова подался вперед и спросил:
– А с чего ты решил, что это сделал не я?
– Я не знаю. – Бутч посмотрел парню в глаза. – Не могу знать наверняка.
Сосредоточившись на взгляде за маской, Бутч высматривал реакцию парня по его
зрачкам. Учитывая высокую степень внешней сексуальной стимуляции и тот факт, что черты
его лица были скрыты, нервная реакция станет более заметной.
Однако взгляд Акса оставался совершенно спокойным.
И это, да, подтвердило его собственные выводы о том, что парень не лгал, когда
говорил, что уже сталкивался со смертью.
– Я не убивал, кстати говоря, – произнес Акс. – Я никого не убивал.
Бутч кивнул:
– Я так и понял. Твоя совесть чиста, это подтверждают угрызения совести по поводу
смерти твоего отца. А вот чувство стиля, с другой стороны, оставляет желать лучшего.
– Благодаря моему вкусу твою задницу пустили в этот клуб.
– Воистину. – Бутч огляделся по сторонам. – Так, кто здесь главный?
– Постой, расскажи мне о женщине. Может я встречал ее здесь? Она была одной из
нас?
– Да. Но у нас мало информации. При ней не было удостоверения личности, только
этот ключ. Она собиралась дематериализоваться в «Убежище», там ее и нашла моя Марисса.
– Акс взглянул на его супругу, казалось, ему было стыдно за то, что кому-то, особенно
женщине, пришлось столкнуться с подобным ужасом. – По возрасту она прошла
превращение, темные волосы, темно-синие глаза. Это все, что мне известно.
– Дерьмо.
– Подходящая характеристика.
Не в первый раз Бутч пожалел, что никто не сфотографировал ее, даже посмертно.
Боже, он жалел, что не было фотографий ранений, забора материала из-под ногтей, волокон,