— Мужей сколько всего? — спросил лейтенант. — Вы сказали, что с первым мужем не повезло. Значит, был второй и, может, третий?
— Да, второй тоже был, но я про него ничего не знаю. Я перешел на другую работу.
— А вы вместе работали? В школе?
— Да, — вздохнул Витя. — Там было хорошо. Коллектив хороший и дети тоже.
— Так, а кем Светлана Ивановна работала? — перебил воспоминания Вити Лейтенант.
— Она и сейчас работает, — удивленно посмотрел на лейтенанта Витя. — Она не увольнялась. Это я перешел на другую работу.
— Ну, после такого она уже вряд ли будет там работать, — сухо усмехнулся лейтенант. — Мы сообщим о поведении гражданки на место ее работы и ее точно уволят. С детьми таким особам работать нельзя.
— Почему?
Лейтенант посмотрел на Витю и ничего не сказал.
— Психологом она работает, — немного помолчав сказал Витя.
Света налетела на него, обняла:
— Сто лет тебя не видела! Как ты?
— Нормально.
Весь вечер она сидела рядом. Болтала, рассказывала последние школьные сплетни, пыталась наполнить его бокал, тащила танцевать.
— Свет, я не пью, — Витя прикрывал бокал. — И танцевать не умею.
Потом они шли по улице, купили шампанское и зачем — то коньяк.
— Зайдешь ко мне? — она, как героиня в романтическом кино заглянула ему в глаза, привстала на носочки и подняла одну ножку. Но потом опустилась. Ростом они с Витей были одного и если привстать на носочки, то заглянуть в глаза, нежно и трепетно уже не получалось. Но при всех этих телодвижениях она потеряла равновесие и грузно упала в объятия Вити. Получилось не так, как ей хотелось, но в итоге она оказалась там, где планировала.
Но Витя не удержался, и они свалились в сугроб.
— Я тебя познакомлю с собачкой?
— Я, вообще-то, больше котов люблю, — промямлил Витя, но расстраивать Светку не хотелось, и он зашел.
Подниматься было высоко, на пятый этаж. Витя вспотел и уже на третьем этаже пожалел, что согласился. Но не отказываться же сейчас, в самом деле? Неприлично как — то…
Света долго возилась с ключами, не попадая в замок, наконец, открыла, тут же во что — то встала и матюкнулась. Запахло неприятно.
— Черт, — Светка стягивала один сапог и заваливалась на Витю. — Джеська не дождалась и навалила кучу под дверь, а я вляпалась. Ты осторожно, не встань.
Она справилась с сапогом и поставила его, как и положено, у двери. А второй, грязный, швырнула в ванную.
— Потом отмою, — она стянула шапку и стояла напротив Вити распаренная, лохматая, чуть пьяная. — Ты проходи, сюда не вставай.
Витя старательно обошел размазанное пятно и Свету. Остановился на входе в комнату, не зная, что ему делать. Ему было жарко и неудобно. Он стоял в пальто, в шапке с пакетом и в носках.
Из комнаты на голос хозяйки выбежала Джеська и две кошки.
— Вот, ты котиков любишь, — Света махнула рукой, — вот тебе котики. — Она стянула пальто, бросила на кресло и достала бутылку шампанского из пакета Вити. А пакет бросила на кресло.
— Ну, проводили вы ее до дома, понимая, что женщина не в себе, — лейтенанту было уже интересно, зачем он пошел к этой бабе, — почему не ушли сразу? Понятно, тетка напилась, начнутся сопли, слезы, а потом приставания. Одинокая баба и невменяемая…
— Ну зачем вы так? — Витя с осуждением посмотрела на него. — Света хорошая, — он помедлил, — только несчастная.
— Ага, — усмехнулся лейтенант. — С этого все и начинается. Несчастная, пьяная женщина… — он внимательно посмотрел на Витю, — только обычно бывает все наоборот. Она в слезах рассказывает, а мужик сидит в обезьяннике.
— Я не такой, — нахмурился Витя.
— Я уже понял, — вздохнул лейтенант. — Женщин не любите?
— Люблю, — опешил Витя.
— Ладно, проехали. Дальше рассказывайте.
Светка сорвала хрусткую фольгу с горлышка бутылки и легко открыла ее. Витя еще подумал, что он всегда морщится, когда открывает шампанское на Новый год, потому что страшно, вылетит пробка и в лоб! А Светка так легко управилась.
— С Новым годом, Витька! За сбычу мечт! — Света жадно отпила из горлышка бутылки.
Витя завороженно смотрел, как она пьет. Шампанское вырывалось, стекало струйкой по подбородку, Света отирала его и пила большими глотками.
Прикончив полбутылки, она икнула и посмотрела на Витю.
— Пожалуй, мне пора, Света, — сказал он, чувствуя, что ему не нравиться взгляд женщины.
— Н-нет, — плотоядно улыбнулась Света, еще раз отерла губы, окончательно размазав остатки помады по лицу. — Никуда ты не пойдешь! — она, покачиваясь, подошла к нему и обхватила рукой за шею. — Поцелуй меня, Витя, — жалобно сказала она и впилась ему в губы.