Выбрать главу

  Слушая рассказ любовницы, Корилад нервно теребил в руках кисточку, украшавшую ножны его сабли - пока красивая безделица, оторвавшись, не осталась у него в руках. Вновь воскресшая надежда боролась в душе императора с недоверием к словам стоящей перед ним женщины. Все люди склонны лгать, оказавшись перед лицом наказания, а женщины вдвойне. В то же время, Алиена действительно была с ними в ту роковую ночь, когда они прорывались из дворца к конюшне, но вот, когда они с боем уходили через Восточные ворота, ее рядом уже не было... Впрочем, в процессе бегства они потеряли почти всех придворных дам, и Корилад вовсе не думал об Алиене, когда рубил мятежников в дыму у ворот, - даже горькая мысль о потере Лэйсы появилась у него лишь только тогда, когда он, с немногими уцелевшими соратниками, нахлестывая коней, мчался к форту Кариен.

  Император принял решение, как всегда, быстро.

  - Горе тебе, девица, если ты мне солгала, - глядя в бледное, испачканное копотью лицо Алиены, промолвил он. - Я отправлю две сотни солдат прочесывать лес, и ты поедешь с ними. А в ночь перед штурмом крепости ты покажешь моим людям этот легендарный ход - быть может, он поможет нам застать мятежников врасплох.

  Алиена, кусая губы, смотрела на своего царственного любовника, и его лицо расплывалось у неё перед глазами, а в голове таяли мечты о ванне и мягкой постели, - единственном, что придавало ей силы на третий день бессонного путешествия. Да и сама мысль о возвращении в лес, где пропала Лэйса, пугала её едва ли не больше любого возможного наказания.

  Девушка не стала рассказывать, что в тот миг, когда Лэйса свернула свою кобылу с дороги в лес, ею самой - а не ее лошадью! - овладел вдруг необъяснимый страх, заставивший ей мчаться во весь опор от этого странного места, не заботясь ни о производимом шуме, ни о том, что её несчастная госпожа осталась одна в пользующемся недоброй славой лесу...

  ***

  "Мэллины". Сердце Лэйсы пропустило один удар, а потом заколотилось в груди, как пойманная в силки птица. Все слышанные когда-либо легенды о Древнем Народе всплыли у нее в голове, и в каждой из них говорилось, что человек, увидевший мэллинов, уже никогда больше не возвратится в мир людей. Но... но откуда же тогда в легендах взялись их описания? Нет, кто-то все же возвращался. И Алиена Провидица, и король Ульда - её легендарный предок - жили и учились у них, а значит, легенды противоречат сами себе.

  Все эти мысли промелькнули в голове у Лэйсы в мгновение ока, но её страх немного утих. Кем бы ни были мэллины, она - дочь альдийских королей и императрица Тэры. А значит, не станет показывать свой страх даже древним мудрецам.

  - Айе! - первой произнесла приветствие на альдэнн молодая женщина, когда мэллины приблизились.

  Их ответ прозвучал как будто бы у нее в голове:

  "Здравствуй, императрица!" - произнес спокойный мелодичный голос.

  А другой чуть насмешливо добавил:

  "Мы рады, что ты решила не убегать от нас. Смелые люди сейчас - редкость".

  Третий из мэллинов, по-видимому, промолчал.

  Ободрённая началом разговора, Лэйса решила взять инициативу в свои руки. И с удивлением поняла, что мэллины поняли ее, едва только её мысль оказалась сформулированной:

  "Простите за нечаянное вторжение. Я заблудилась в вашем лесу".

  Ответ прозвучал у неё в мозгу незамедлительно:

  "Не стоит извиняться. Это мы сами пригласили тебя". - Говорил второй голос, насмешливый.

  А первый голос добавил:

  "Удели нам немного твоего времени. Мы не задержим тебя надолго, акута".

  В голове у Лэйсы пронеслась мысль, что она не посмеет отказаться, тем более от такого вежливого предложения, но причины мэллинского гостеприимства вызывают у нее недоумение.

  Как видно, мэллины догадались о ее согласии быстрее, чем сама Лэйса смогла бы сообщить о нём, ибо почти в то же мгновение, окружающее императрицу и мэллинов пространство изменилось - как видно, подчиняясь плавным движениям рук одного из них.

  Лесная поляна преобразилась в подобие гостиной в богатом доме - место подступающих деревьев заняли колонны и драпировки, посередине образовался низкий столик с чайными принадлежностями на нем, а рядом с ним приглашающе раскинулись мягкие подушки и кресла. Подумав мгновение, меллин-кудесник легкими движениями рук обозначил возле одной из "стен" камин и создал паркет вокруг стола. Вся мебель и обстановка выглядела самой что ни на есть настоящей, правда, цвета интерьера были неяркими, скорее ближе к серому. Чуть склонив голову в шутливом поклоне, древний мудрец пригласил своих товарищей и Лэйсу проследовать к столу.

  Гадая, иллюзия перед ней или реальность, Лэйса последовала за ним. Трава поляны плавно переходила в паркет, ступив на который, императрица ощутила, что он твердый и гладкий. Прикосновение к паркету вызвало у нее неожиданное смущение - она была обута в чужую грубую обувь - и в тот же миг императрица почувствовала, как порванные башмаки, позаимствованные в комнате для слуг, сменились мягкими кожаными туфельки, а в голове у неё прозвучало что-то, похожее на смешок.

  Тем не менее, в туфлях идти по паркету было гораздо привычнее, и Лэйса искренне поблагодарила своих спутников (который именно из них совершил это маленькое чудо, она не знала). В тот же миг молодая женщина ощутила, как лохмотья, в которые она была одета, преобразились в изящное платье (хотя и немного старомодного покроя), а волосы сами собой собрались в высокую прическу.

  "Так лучше?" - спросил насмешливый голос, но интонации его на этот раз были вполне серьезны - как видно, мэллин ждал одобрения своей затее. Лэйса рассыпалась в благодарностях - и тут же, предвосхищая ее желание, перед молодой женщиной возникло высокое зеркало в богатой раме. Оттуда на нее смотрела настоящая древняя правительница, вот только царапина и следы сажи на лице... впрочем, стоило ей только о них подумать, как все эти мелкие изъяны исчезли, а облик молодой женщины дополнился роскошным ожерельем, перстнями и широкими браслетами.

  Драгоценные камни приятно холодили шею и запястья, но были, пожалуй, тяжеловаты. Однако, не успела Лэйса об этом подумать, как размер украшений вдвое уменьшился. Молодая женщина не смогла сдержать улыбку. Её наполнила какая-то детская радость.

  "Спасибо, вот теперь в самый раз!" - адресовала она благодарную мысль кудеснику, - и услышала в ответ довольное хмыканье.

  Как видно, мэллинов увлекла предложенная их товарищем игра, ибо, когда компания расселась за столом, Лэйса обнаружила себя в окружении двух пожилых светских дам в бальных нарядах, и одного расфранченного господина с тросточкой. Форма причесок и украшений на дамах несколько раз менялись, пока каждый из мэллинов не остался вполне доволен принятым образом.

  Эта трансформация, несмотря на всю свою невероятность, уняла страхи Лэйсы. Когда молодая женщина оказалась за столом, и сидевшая справа от нее дама, взяв на себя обязанности хозяйки, налила ей в чашечку ароматно пахнущий темный напиток, императрица, поблагодарив, поднесла чашечку к губам и уже хотела пригубить чай, - но тут вдруг в ее памяти всплыли предостережения легенд - смертный не должен пробовать ни еды, ни питья Древнего народа.

  "Предрассудки", - тут же отозвался в ее голове насмешливый голос. - "Да и подумай сама, если от мэллинов никто из смертных не возвращается, то откуда же им знать про нашу еду и питье?"

  "Действительно", - не могла не согласиться Лэйса, делая маленький глоток и чувствуя, как кровь ускоряет свой бег по ее жилам.

  "Смело пей и ешь, это придаст тебе сил и излечит от усталости", - заботливо добавил первый, мелодичный голос.

   Третий мэллин по-прежнему молчал.

  Ощущение нереальности происходящего одновременно и успокаивало, и мешало расслабиться. Зачем-то ведь они ее пригласили, и весь этот спектакль, он тоже... зачем-то.

  "Премудрые, что вы от меня хотите?"