Выбрать главу

Она вспомнила, что Лаури играл с Блейзом в теннис.

— Я не знала, что они женаты.

— Уже два года.

Лаури значился в списке гостей на их свадьбе. Интересно, рассказал ли он жене про тот фурор; она надеялась, что он не сочтет нужным повторять старую сплетню.

— Ты, как всегда, любезен, — отозвалась Сорель.

— Мне очень хочется помочь Марте, — пояснил Блейз. — Я знаю, что она ищет надежного человека.

Подошел Крег, держа в руках два стакана вина и оправдываясь:

— Извините, что так долго.

Он приветливо взглянул на Блейза; Блейз ответил тем же.

Сорель взяла протянутый стакан, ласково улыбнулась Крегу и представила его Блейзу. Назвала только имя, чтобы Блейз не понял, что она не знает фамилии Крега. Мужчины кивнули друг другу, не пожимая рук. Блейз скользнул взглядом по лицу Сорель и заявил:

— Ну, тогда я вас покидаю.

Он ушел, а Крег с любопытством спросил:

— Старый друг?

— Блейз — партнер моего отца, — объяснила Сорель; нелепо, но она почувствовала себя предательницей. — Мы знакомы всю жизнь… по крайней мере мою жизнь.

— А-а-а. Вроде старшего брата?

— Не совсем, — пробормотала она и сделала глоток.

Крег задумчиво смотрел на нее.

— Есть хочешь?

— Я перехватила кое-чего, когда обносили гостей.

— Может, уйдем отсюда и я накормлю тебя ужином?

Несмотря на все свои благие намерения, она смотрела мимо него на головку, прислонившуюся к плечу мужчины. Сорель решительно перенесла внимание на Крега.

— Замечательно. Только не надо за меня платить, я сама.

— Я с удовольствием. И ты ничем не будешь мне обязана.

Все-таки он действительно очень милый. Она благодарно взглянула на него.

— Я буду рада поужинать с тобой.

— Допьешь? — он кивнул на ее стакан.

Сорель помотала головой, он забрал у нее вино и нашел место, куда поставил оба стакана. Потом положил руку ей на талию и помог пробраться через толпу гостей. Сорель подумала, что он не случайно прошел рядом с той группой, где стояли Блейз и Чери. Ее поразила чуткость Крега. Даже если он только играл роль сильного мужчины, она была ему благодарна. Конечно, нет ничего постыдного в том, чтобы прийти на вечер одной, но, когда Блейз присутствовал с подругой, Сорель остро ощущала свое положение одинокой женщины.

Крег привел ее в уютный ресторан, и они неторопливо поужинали, обсуждая последние новости. Крег немного рассказал о себе — он работал консультантом по технологии бизнеса. Сорель выпила еще бокал вина, растянув его на весь ужин. Потом он проводил ее до машины.

Когда Крег спросил, можно ли позвонить ей на неделе, она без колебаний ответила «да». Она свободная женщин и не должна отказываться от общества приятного мужчины, занимательного собеседника. Сорель смущенно призналась:

— Я не запомнила твою фамилию.

Он засмеялся и подал карточку. «Крег Кэссиди».

Она ехала домой, чувствуя приятную сытость и подъем. У нее осталось хорошее впечатление от вечера, и она пребывала в приподнятом настроении. На свете есть и другие мужчины кроме Блейза Тарноувера, и в сравнении с ним все они для нее — успокаивающее средство.

На следующий день, когда Рода вышла из комнаты, отец отложил газету и спросил Сорель:

— Ты собираешься в Мельбурн?

— Нет, пока я нужна маме.

— Надо им сообщить, если уходишь с работы.

— Конечно.

— Нельзя, чтобы то старое дело выгоняло тебя из дому. Блейз уже давно все забыл.

Едва ли. Но сейчас он не так враждебен, как при их первой встрече. В любом случае отношение Блейза не должно влиять на ее решение. Нужно принимать в расчет более важные соображения.

В конце недели врач направил Роду на рентген, чтобы исключить подозрение на затемнение в легких. Ее также записали на биопсию.

Если у нее обнаружат зловещее затемнение, окончательный вердикт, является ли это злокачественной опухолью, они получат лишь недели через три. А потом может потребоваться операция.

Под взглядами заплаканной матери и хмурого отца Сорель позвонила в Мельбурн и объяснила начальнице, что из-за болезни матери она не сможет вернуться. Извинившись за краткость сообщения и с облегчением услыхав, что начальница ее понимает, Сорель положила трубку.

Потом она позвонила соседке по квартире и попросила переслать ее вещи, а мебель, которую она купила, оставить следующему жильцу.

Однажды вечером заявился Блейз с букетом цветов.

— Цветы — твоей маме, — уточнил он, когда Сорель открыла дверь. — Айен мне все рассказал.

Она провела его в комнату, где отец сидел с газетой, а Рода пыталась вязать крючком свой излюбленный узор.