Кэт обворожительно улыбнулась.
— Мы готовим к постановке «Отелло». И представьте, когда я стала читать роль, я почему-то подумала о вас. Ведь это вы, кажется, были владельцем судна, потерпевшего крушение и утонувшего? «Мелодия», кажется? Или «Согласие»? Что-то в этом роде.
Йейтс взял стакан с подноса маячившего рядом с его локтем слуги и сделал неторопливый глоток.
— «Гармония». Исключительно неудачное название, учитывая печальную судьбу моей посудины.
— Вы слышали, говорят, последние убийства у нас в Лондоне как-то связаны с несчастьем, происшедшим с вашим судном?
— Нет, ничего такого не слышал. Но не удивлюсь подобным разговорам. Чертов корабль. Откровенно говоря, я даже рад, что он пошел ко дну около Португалии. После такой истории мне было бы не набрать на него команду, а что еще с ним делать?
Холодный бриз набежал с реки, и Кэт придержала рукой соломенную шляпку.
— Но корабль был застрахован, полагаю?
Йейтс расхохотался.
— О, разумеется. Я верю в страхование в отличие от Уэсли Олдфилда, бедняги.
— Олдфилд?
— На борту «Гармонии» был огромный груз его чая, и весь он пропал. Третий случай с ним за несколько месяцев. Боюсь, малый тронулся мозгами от расстройства. Да, обстановка в Маршелси никому не пойдет на пользу.
Толпа зрителей разразилась громкими криками. Кэт обернулась и взглянула на ярко блистающую под солнцем поверхность реки. На лодке, идущей первой, команда изо всех сил работала веслами, чтобы сохранить преимущество.
— Этот бедолага тоже плыл на «Гармонии»?
— Олдфилд? Нет.
Она искоса взглянула на собеседника:
— А вы?
Медленная улыбка поползла по лицу пирата.
— У меня складывается нешуточная уверенность, что этот разговор со мной вы затеяли с одной-единственной целью — как можно больше узнать о «Гармонии».
— Как вы проницательны. — Такая же улыбка, только кокетливая, в ответ.
Он рассмеялся, но сразу вернулся к серьезному тону.
— По-видимому, эта тема интересует вас из-за Девлина. Я слышал о том, что он участвует в расследовании происшедших убийств. Должен признать, сначала я и не подумал о возможной связи между моей «Гармонией» и случаями с Кармайклом и Стентоном. Но позже, когда был обнаружен труп сына капитана Беллами…
Кэт внимательно посмотрела на красивое смуглое лицо.
— У вас есть сыновья, мистер Йейтс?
— Нет. Благодарение Богу, при данных обстоятельствах. — Затем шутливо прижал руку к сердцу и испустил горестный вздох. — Ни одной из женщин до сих пор не удалось похитить мое сердце.
Она вежливо рассмеялась, как того требовала ситуация, и продолжала расспрашивать:
— Кто-нибудь еще погиб во время того несчастного плавания, кроме сына лорда Джарвиса, Дэвида?
— Позвольте, позвольте, надо припомнить. — Йейтс устремил на реку задумчивый взгляд. — Двое или трое из команды погибли во время шторма, кажется. Остальные либо под копьями африканских дикарей, либо на виселице. Вот и все. Корабельный журнал пропал вместе с судном, так что никаких документов не сохранилось.
— Никто из пассажиров не пострадал?
Он покачал головой.
— Их и было-то не много. Кроме Кармайкла и Стентона разве что полдюжины. Нет-нет, их имен мне не вспомнить, — добавил он, увидев, что она собирается задать вопрос — Дорогая мисс Болейн, если надумаете оставить сцену, мой совет — непременно предложите свои услуги на Боу-стрит. У вас прирожденный дар вести допросы.
— Насколько мне известно, женщин туда не берут.
— Тем самым еще раз расписываясь в собственной глупости. Однажды мне довелось услышать, что ни один мужчина не умеет так выуживать информацию, как умеют это делать женщины. Теперь я начинаю думать, что Эйден О'Коннелл, а это говорил он, был прав.
Внимание Кэт, ставшее было рассеянным, вновь обострилось при этих словах. Странно, что «пират» вдруг заговорил об ирландце, и она не уверена, что это замечание было таким уж случайным.
— Вы знакомы с О'Коннеллом?
Огонек на мгновение сверкнул в глубине темных глаз, но тотчас исчез.
— Люди болтают, что мы с ним ведем сообща кое-какие дела.
Кэт постаралась придать голосу самые равнодушные и небрежные нотки:
— Эйден, кажется, уехал? Вот уж несколько дней, как он не попадался мне на глаза.
— Насколько мне известно, нет. Вы намерены допросить его о происшедшем на «Гармонии»? Если встречу Эйдена, непременно передам, что вы хотели его видеть.
Кэт негромко засмеялась и спросила:
— А что Эйден О'Коннелл натворил на «Гармонии»?
— Ничего, насколько я знаю.
Она еще некоторое время оставалась с Йейтсом, болтая о всякой всячине, затем двинулась прочь. Четверть часа спустя, когда она уже намеревалась покинуть террасу, Йейтс снова подошел к ней.
— Мадам, мне удалось кое-что припомнить. Действительно, на борту «Гармонии» произошел еще один инцидент. — Он наклонился поближе к ее уху, так, чтобы его слова невозможно было подслушать. — С кают-юнгой капитана Беллами. Во время шторма обрушилась какая-то перекладина из рангоута и нанесла ему смертельное увечье. Юноша скончался за несколько дней до появления «Соверена».
— Кают-юнга? Как его звали?
Голос Кэт прозвучал громче, чем ей бы того хотелось.
— Вот этого я не могу сказать. Если вспомню, обязательно постараюсь дать вам знать.
Кэт подходила к ступенькам дома, который снимала на Харвич-стрит, когда увидела, что к ней направляется высокий, прилично одетый мужчина. Подковки его ботинок зловеще постукивали по безлюдной мостовой.
— Мисс Болейн, — сказал полковник Брюс Эптон-Смит, с насмешливым почтением отвешивая молодой женщине поклон, — Какая счастливая встреча.
Пальцы Кэт судорожно сжались на ручке зонтика, но тут же расслабились. Грациозно наклонив голову, она устало, но мило улыбнулась:
— Полковник, добрый день.
— Позвольте напомнить вам о завтрашнем свидании. — Его взгляд медленно скользил по ее фигуре, вызывая неприятное чувство. — После представления, разумеется. Мы не хотели бы лишить Лондон последнего выступления нашей блестящей актрисы мисс Кэт Болейн. В том случае, конечно, если она предпочтет… э-э… предпочтет проявить упрямство.
ГЛАВА 37
Солнце только начало клониться к закату, когда Себастьян добрался до Эйвери в графстве Кент. Так как он оставил Тома в Лондоне с поручением исследовать портовые доки в поисках человека по имени Паркер, Себастьяну пришлось вверить свою гнедую пару заботам конюха извозчичьего двора. Через луг он зашагал к домику приходского священника.
В приглушенном послеполуденном свете краснокирпичные стены приобрели более печальный оттенок, тяжелые гардины плотно закрывали окна. Себастьян поднял медный дверной молоточек, несколько раз постучал. По дальним комнатам дома пробежало эхо.
Он внимательно прислушался к нему и уже собирался постучать еще раз, когда услышал быстрые шаги в холле. Дверь приоткрылась, и выглянула миссис Росс, домоправительница его преподобия. Она слегка побледнела, увидев посетителя, и торопливо поправила сдвинутый на сторону чепец.
— Ваша милость, — торопливо заговорила она, — нижайше прощу прощения, что заставила вас ожидать. Думала, Бесс, наша горничная, откроет, но, видно, она еще не вернулась от аптекаря. У нас весь дом вверх дном с тех пор, как у его преподобия случился удар.
— Его преподобие заболел? — озадаченно переспросил Себастьян.
Миссис Росс энергично закивала.
— Болезнь приняла плохой оборот, это случилось не так давно, вскоре после вашего отъезда. Смотрите-ка, так и держу вас в дверях. — Она раскрыла дверь пошире и отступила в сторону, пропуская гостя вперед. — Прошу, входите, ваша милость.