— Это несложно. Я вспомнил, что твои друзья уехали из Перуджи несколько недель назад.
Странное ликующее чувство охватило Антонию. Значит, она не безразлична ему? Или он пошел за ней просто потому, что считает своим долгом защищать соотечественницу в чужом городе?
— Почему мы все время ссоримся? — вздохнул Толбот.
— Наверное, мы настроены на разные волны. Мы просто двое людей, которые раздражают друг друга.
— Ты не думала так, когда впервые встретила меня.
— Пожалуй, нет, — согласилась Антония. — Но ты обращался со мной как с капризным ребенком.
— А сколько раз ты сама унижала меня и очень недвусмысленно давала понять, что я только мешаю?
— Мешаешь чему? Или кому? — Антония почувствовала, как гнев сжимает горло.
— Не знаю. Я нахожу все это очень странным. Не знаю, увлеклась ты Робертом или…
— При чем тут Роберт? Он без ума от Клео.
— Но ведь он мог передумать, правда? — задумчиво пробормотал Толбот.
— Как и Клео, на что ты очень надеешься, да?
— Почему я должен на это надеяться?
— Ну, ты сделал все, чтобы встать между Робертом и Клео. Я знаю. Она молода и ветренна, но ты бы мог подумать о чувствах Роберта.
— О чем, черт возьми, ты говоришь, Тони?
Она смутилась, но не стала отступать. Ей ужасно хотелось услышать, как он станет все отрицать.
— Не успела она с матерью уехать во Флоренцию, как ты понесся за ними.
— Ты, должно быть, сошла с ума! Тебе ведь лучше, чем кому-либо, известно, зачем я туда поехал.
— Мне известны твои отговорки насчет музеев и попыток отыскать среди экспонатов подделки. Это звучало очень правдоподобно.
— Правдоподобно! Так ты думаешь, что единственной причиной, по которой я приехал, было… — Он замолчал.
— Было что?
Его близость и возмущенные попытки оправдаться заставили Антонию на несколько волшебных секунд поверить, что он действительно мог примчаться во Флоренцию за ней, а не за Клео.
— Что толку объяснять тебе? — гневно выкрикнул он, вставая. — Пойдем, уже поздно. Лучше я провожу тебя до гостиницы.
— Прости, если я зря обвинила тебя в том, что у вас с Клео роман, — робко прошептала Антония.
Он не ответил. Пока они поднимались по ступеням, Антония вспомнила другую, счастливую, встречу, когда они вот так же столкнулись у ворот и во мраке взбирались по лестнице, петляющей между темными, молчаливыми домами.
Антония поклялась себе, что до самого отъезда из Перуджи никогда не придет без крайней необходимости снова к воротам. Древнее величественное сооружение теперь навевало плохие воспоминания. Она обманывала себя, думая, что впереди ее ждет нечто удивительное и даже волшебное. Теперь она точно знала, что потеряла Толбота окончательно и бесповоротно.
Глава 10
Когда Филипп сообщил о своем намерении отправиться домой, Антония поняла, что пришло время и ей покинуть Перуджу. У нее больше не было причин оставаться здесь, разве что она все еще пыталась помочь Лучано получить достойное жилье, и ей хотелось быть уверенной, что усилия не пропали.
— Роберт, ты должен написать мне обо всем, — велела она приятелю однажды вечером. — Я уверена: он переехал в эту лачугу только потому, что Толбот обещал ему подыскать что-нибудь получше.
— Я сделаю все, что смогу, — пообещал Роберт. — Жаль, что ты уезжаешь. Но я понимаю, ты не можешь провести весь год в одном городе.
— Я и так слишком задержалась в Перудже, — пробормотала Антония, понимая, как мало значат слова, когда весь ее мир разрушен и разбит вдребезги из-за идиотской мысли, что она влюбилась в Толбота. Ни один специалист по керамике не сможет собрать обломки ее счастья — так далеко разметали их недоверие и горечь. — Не думаю, что стоит тащить с собой все написанные здесь работы, которые все равно не удастся продать. Как ты думаешь, где я могу их оставить?
— Ну, у Франчески их оставить, скорее всего, не удастся, поскольку она наверняка решит снова сдать половину студии. В отеле есть кладовые, но они сейчас заняты. Почему бы тебе не оставить их в помещении, которое Толбот арендует для своих находок?
— Да, я тоже об этом подумала. — Ей совершенно не улыбалось просить археолога об одолжении, но Роберт наверняка сам обо всем договорится.
Миссис Норвуд и Клео вернулись вместе с Робертом, настроение которого заметно улучшилось. Когда Антония улучила момент и спросила Клео, как поживает итальянский граф, та рассмеялась:
— Ты такая смешная, Антония! Можно подумать, у этих отношений было будущее. Мы оба знали это, его высочество и я. Нашей целью было напустить немного тумана.