Некому тут их собирать, колдун затворником живет, прислугу дальше кухни не пускает.
- С земли несчитово, - фыркнул Темка, оседлав широкую ветку. - Хотя можешь и с земли, я не выдам, - смилостивился он.
Но Вадиму такое предложение совсем не понравилось, да и гордость кольнуло больно, вместе с разумным доводом логики - а вдруг проболтается? Да и глупо это - весь путь пройти, да на последнем шаге хитрить. Так что - два движения, и Вадим уместился на соседнем стволе, цапнул недозрелое зелено-красное яблоко, громко ворохнув всю ветку, и с ожесточением впился ему в бок. Рядом одобрительно гумкнул и тут же зачавкал товарищ.
- Наши вечером Тиховских бить пойдут, - дожевав яблоко, произнес Темка, оценивающе глянув на Вадима.
- Не мое, - проглотив черенок целиком и внимательно прислушиваясь к себе - как оно там? ответил он.
- А Даше бы понравилось, - в темноте не видно, но явно говорилось под лукавую улыбку.
- Что? - Буркнул Вадим.
- Ну, ты же яблоко ей захватишь? - Как само собой разумеющееся, произнес его друг. - В руке протянешь, а у той руки костяшки сбиты, а на скуле синяк. Как с боя взял. Нравится им такое, точно говорю. - Протянул он значительно.
- Яблоко возьму, драться не пойду. - Упрямо качнул головой Вадим. - Учитель узнает, что руки калечу - выкинет.
- Строго как, - отчего-то задумчиво произнес Тема. - А может, так с нами пойдешь? Для толпы. А я через девчонок Дашке намекну, что ты там был самый первый вой?
- Спасибо, но я сам как-нибудь. - Открестился парень, выцеливая на ветвях яблоки покрупнее и послаще.
- Вадь, пойдем, а? - добавились в голос просительные ноты.
- Сдался я тебе, - недоуменно качнув плечами, Вадим завернул пару яблок под кофту - низ он запрятал в штаны, так что образовался добротный карман.
- Да это даже не я... Тебя Юра лично приглашает, - неожиданно произнес Тема, с почтением произнося имя главного среди всей ребятни в Колокольцево. - Внимание выказывает. В сад, вон, попросил тебя сопроводить.
- А сам ты? - Нахмурился Вадим.
- Я бы тоже сводил! - С жаром уверил Артем. - Но ты же мне не сказал сразу! А Юра уже знал с утра и о тебе побеспокоился.
- Интересно, откуда, - задумался Вадик, вовсе не спеша радоваться от такого внимания.
С Юрой он не пересекался, даже за руку то пожимал раза два, да и то за компанию, не говоря уж о разговорах и тем более о дружбе. О задумке с садом вообще никто знать не мог - о планах Вадим ни с кем не делился до середины дня, и только на последнем уроке посоветовался с Артемом, как с бывалым охотником на колдунские яблоки (тот сам частенько хвастал). Так что странно все складывалось.
-Юра - человек уважаемый, - невпопад, но очень солидно произнес Тема. - И к тебе с добром. Не отказывайся.
- Так сильно Тиховских боитесь, что всех зовете? - Недоуменно спросил Вадим, завершая сбор урожая пятым яблоком.
Пожалуй, больше и не надо - не для воровства сюда пришел. Три девчонке подарит, еще два на запас - мало ли в темноте червивое не разглядит.
-Да мы вообще никого не боимся! - Задохнулся от возмущения Артем и резким движением выдернул сзади, из под полы мешковатого камуфляжа, нечто сверкнувшее стальным светом. - Видал?
- Это что? - Подался вперед Вадим, улавливая странно-знакомый запах стали и масла.
- Пушка, - Тема перегнулся через ветку и сунул под нос товарища угловатую железку. - Чекан.
- А можно я? - Неуверенно, с надеждой, уточнил Вадик, оттирая руки о кофту.
- Не урони, пальнет, - с довольством хмыкнул Артем, передавая револьвер в подставленные горстью руки.
- Тяжелая, - после некоторой паузы, всеми силами давя разочарование в голосе, отозвался Вадим.
Странное чувство - пистолет хотелось откинуть от себя, как скользкого гада, холодного, неприятного и явно ядовитого. Мертвый холод шел от железа по рукам, промораживая до локтей, будто нежить какая, а не мечта каждого парня в селе.
-Понял теперь, почему никого не боимся? - голос товарища лучился превосходством. - И колдуна я оттого не боюсь. Никого не боюсь!
Ну, насчет колдуна - это он зря. Поговаривают, здешнего пуля не берет - не даром две войны прошел.
-А с нами пойдешь - Юра тебе такой же подарит, - заговорщически шепнул Тема.
- Здорово, - без энтузиазма ответил Вадим, протягивая револьвер обратно.
Страшно сильно хотелось отмыть руки - и не водой, а ядреным хозяйственным мылом. Но такого рядом не было, так что Вадим принялся тихонечко, чтобы не заметил сосед, тереть ладоши о кору. Сразу стало чуть легче -то ли от движения, то ли от чувства родного, живого дерева.
- Так что мне Юре ответить? - нетерпеливо заерзал рядом друг.
- Не пойду я, учеба у меня, - с каплей вины ответил Вадим.
- Ну и не видать тебе тогда твоей Дашки! - разозлился Артем. - Я-то промолчу, а Юра тебе такого не спустит никогда! Слух распустит, что ты трус, и ребята подхватят.
- Да нельзя мне! Мастер заругает!
- Ну и попроси своего мастера Буратину стачать, и живи с ним, - собрался тот слезать. - Дырку только не забудь просверлить. Я ему помогаю, а он хвостом крутит. Не друг ты мне!
- Ладно, Тем, ты чего! - Уцепил Вадим его за плечо. - Из-за ерунды ведь.
- Я слово Юре дал, что тебя приведу. Думал, с пониманием ты человек, пользу свою увидишь. А ты меня лжецом выставить хочешь, - буркнул тот в землю.
- Пойду я, пойду, - сдался Вадик. - Когда сбор?
- В девять подходи к моему огороду, - поднял на него взгляд Тема. - Дальше вместе пойдем.
И ушел, скрипнув веткой напоследок, будто боялся услышать отказ. Только мелькнул над тенью забора и пропал, будто и не было, так что через пару мгновений Вадим оказался совсем один-одинешенек. Правда, страху это не добавило, да и вообще мысли были вовсе не о ужасах колдунского сада, и даже не о завтрашней драке, на которую его зазывали неизвестно зачем. Вадиму неистерпимо хотелось отмыть руки от прикипевшей грязи оружейной смазки, или неведомо чего, что прицепилось при касании и продолжало вымораживать руки - это чувство перекрывало все в последние две минуты, в том числе заставляя спешно согласится на довольно подозрительные уговоры. Ладно, раз обещал - придет, но дальше пусть без него - как придет, так и уйдет с общего сбора. А на угрозы ему наплевать, один свет его и учителя за спиной чернокнижниками обзывают, особенно те, кто взамен проданного новый оберег не получили. Будут звать трусом - так можно и морду поправить, ежели один на один.
-А поверит тому Даша, так не нужна мне такая! - хорохорился Вадим, спрыгнув с дерева и с удовольствием оттирая руки влажной от ночной росы травой.
Мысли потихоньку возвращались к привычному неспешному, солидному течению. Да вот как-то и они упустили одну важную деталь.
-Пахнет смертью от тебя, - шелестящим шепотом раздалось со спины, обдав спину целым океаном ледяного крошева.
Колдун!
Глава 2
Горячий чай обжигал небо, скатывался к желудку огненной волной, слегка согревая ком холода, так и не оттаявший от внезапной встречи. Добродушное "ты пей, пей", отчего-то слышалось приказом, так что глоток следовал за глотком, перемежаясь на глубокий успокаивающий вздох, а вкус совсем не чувствовался. Аромат же чая начисто перекрывался запахом мяса, густо покрытого специями, выложенного полосками на широком и плоском блюде.
Блюдо выставили ради него, Вадима, сопроводив стаканом и бутылкой, но потом, примерившись к возрасту основательно взъерошенного и растерянного паренька, решили, что молод до горькой, и предпочли отогревать чаем, выставив дополнительно корзинку печенья. Впрочем, ни мяса, ни печенья Вадим не трогал - приказа не было. Зато освоился достаточно, чтобы разглядеть просторную горницу с самой обычной русской печкой, согревавшей помещение под еле слышный дровяной треск. Два широких окна были укрыты от улицы плотной тканью, свет же давала разлапистая люстра - на вроде оленьих рогов - с тремя желтоватыми лампочками. Пол закрывали овалы ковров - добротных, с мехом в десяток сантиметров над поверхностью, со знакомым орнаментом, родом с южных островов - там их делали, как мастер рассказывал, нежа босые ноги точь в таком же, только раза в два поменьше площадью. Дорогая вещь, ценой в дойную корову за квадратный метр, вот только она тут - точно не для демонстрации богатства хозяина или показной роскоши, а скорее просто потому, что теплая. Такая мысль приходила из-за сугубой практичности всего остального, что составляло немудреный холостяцкий быт колдуна-затворника. Тот же стол - добротный, мощный, тяжелый даже на вид, но цена ему - серебрушка, потому как ни ценных пород, ни гнутых ножек или токарной выточки, ни инкрустации каленым стеклом или каменьями. Правда, укрыт красивой скатертью явно ручной работы, но и тут - без серебряной или золотой нити.