-Я был так зол... Дон так смотрел на тебя, он так прикасался к тебе, когда вы танцевали... Когда я приезжал в отель, он при любом удобном случае говорил мне о тебе, о том, что тебе было бы лучше с ним, что я слишком строг с тобой, что ты слишком хороша для меня. Он старался меня задеть, и у него получалось, потому что где-то в глубине души я знал, что он прав. Мы друг другу не пара. Я слишком стар для тебя, я жесток, я не могу дать тебе того, чего ты заслуживаешь... А Дон так молод, он хорош, он веселый и легкий, он тебя так любит, и было бы правильным, если бы ты была с ним. Вы бы выглядели как пара, а мы с тобой, словно отец и дочь. Я не могу относится к тебе серьезно, мы не можем быть на равных, потому что у меня сын твоего возраста, и мне постоянно хочется поучать тебя, воспитывать, я словно строгий отец, не только для Дона но и для тебя... А потом появилась Ира, и я поверил ей, поверил, потому что не было причин не верить. Она говорила мне, как хорошо тебе было с Доном, говорила, что тебе с ним проще общаться, что он не такой напыщенный как я, говорила, что и в постели он сильнее, потому что молод... говорила, что тебе понравилось... Это было как ножом в сердце... Я собственник, я ревнивец, и я просто обезумел от злости!..
Микаэль встал и пошел к бару, налил себе бокал виски, а мне принес бокал белого вина. От высоких каблуков у меня разболелись ноги, и я присела на край кровати, а Микаэль занял мое место у окна, прислонившись к нему спиной. Какое то время мы молча пили, и я, наконец, смогла немного успокоиться и собраться с мыслями.
-Знаешь, я долго ждала этого разговора, я хотела, чтоб ты объяснился, я хотела понять, что стало причиной того кошмара, который мне пришлось пережить той ночью... - тихо сказала я. - Да, я виновата. Я изменила тебе, но если бы ты только знал, как я раскаивалась! Тогда, в Швеции, когда я увидела на твоих глазах слезы - я возненавидела себя за то, что причинила тебе боль. Я искренне извинялась, я умоляла тебя простить меня и я охотно принимала наказания с твоих рук, потому что знала, что заслужила каждый болезненный, жгучий удар твоего ремня. Ты сказал, что простил, и я была так благодарна тебе за твое великодушие, за твое доброе, чуткое сердце. Я заняла свое место у твоих ног и была готова провести на коленях всю свою жизнь, подчиняясь твоей воле, покоряясь тебе, поклоняясь тебе как Богу. Но ты продолжал наказывать меня снова и снова, и я уже не понимала, за что. Твои удары становились сильнее, жестче, ты унижал меня, издевался надо мной, и я до сих пор на коленях, но уже не по своей воле. Я больше не хочу корится тебе, я не хочу подчиняться, я не хочу быть у твоих ног, я не хочу поклоняться тебе - ты больше не мой Бог, но делаю это, потому что боюсь тебя, боюсь твоего гнева, боюсь того, что за неповиновение могу заплатить собственной жизнью... Ты спросил, люблю ли я тебя. Нет, я тебя не люблю... Я любила другого, и все это время я жила надеждой на то, что он вернется... Но, кажется, я просто любила мужчину, которого сама себе выдумала, он был моей фантазией, моей мечтой... Микаэль... - я тяжело вздохнула и смахнула вновь выступившие слезы, - мне кажется, в том, что мы стали такими несчастными, никто не виноват. Ни ты, ни я. Просто мы полюбили людей, которых на самом деле не существует. - Мой голос дрогнул, в груди жгло от нестерпимой боли, меня обволакивало невероятной печалью, меня разрывало от разочарования, я задыхалась от безысходности. - Прости, что не оправдала твоих надежд, прости, что обидела тебя, что причинила тебе боль, - я поставила бокал на прикроватный столик и подошла к нему, близко, так что почувствовала запах виски и терпкий аромат его парфюма. - Я не люблю тебя, - прошептала я, и мне даже показалось, что я услышала, как разбилось его ледяное сердце.
-Анна... - с отчаяньем выдохнул Микаэль, и в его глазах было столько боли, столько печали. - Прости меня... - прошептал он и ласково, с трепетом коснулся моих волос, нежно провел пальцами по моей щеке.
Теперь он прикасался ко мне бережно, лелея меня, но совсем недавно его кулак так беспощадно ударил меня в живот, совсем недавно он с силой хватал меня за волосы, сек ремнем, оставляя на моем теле следы, которые до сих пор не прошли.
-Давай начнем все с начала, - предложил он, глядя на меня с надеждой.
Я обратилась к своему сердцу, но моя молитва до сих пор оставалась не услышанной, и в нем не было любви, в нем не было ничего, за что бы я могла ухватится, чтоб принять предложение Микаэля. Нет, только пустота, только осколки...