Выбрать главу

— На зад, живо!

— Не понял? — напрягся так удобно расположившийся в переднем кресле Храпцов.

— Прыгай на заднее сидение, я сказал! — проревел Кеша и наставил на несмышленого напарника свой «Зиг-Зауэр», который успел вытянуть из-за пазухи у квартиры путаны, и так и не засунул обратно.

Выбора у Храпа не было. Он быстренько перебазировался на заднее сидение.

Кеша набрал номер сотового телефона шефа. Стрельцов ответил, чуточку помедлив.

— Это Глаголин. Кеша, — представился Иннокентий. — Объект в квартире шлюхи. Кажись, она ему по башне чем-то заехала. Я не разобрал. Но он вырубленный — это точно. Чего дальше-то делать?

— Наблюдай со стороны за всем, что произойдёт! — приказали на том конце провода.

— А что произойдёт? — полюбопытствовал Кеша.

— Менты приедут, — коротко пояснил Стрельцов и прервал связь.

Глаголин внутренне сжался от этих слов. Он ненавидел милицию и не очень-то хотел с ней встречаться, но гнев Василия был куда страшнее милиционеров. Кеша запустил двигатель и отогнал машину метров на двадцать от подъезда, ближе к выезду со двора.

Комиссия из областного УВД обрушилась на майора Рамцова, как снег на голову в середине лета. Никого заранее не предупредив, завалились серьёзные дяди с большими звёздами на погонах и лампасами на штанах прямиком в кабинет совмещающего две должности майора и принялись за разнос. Вообще-то свирепствовал только один — генерал — лейтенант Володин, два других генерала лишь молча кивали седыми головами и хмурились в знак солидарности с шефом. Володин же гневался не ради профилактики. На него самого обрушился девятый вал с самого министерства. Сам министр МВД требовал от него немедленного раскрытия убийства грузинского законника Гиви Отарошвилли, в противном случае… Не трудно догадаться, что могло произойти со служебной карьерой пятидесяти восьми летнего генерал-лейтенанта.

— Хреново ты, майор, со своими обязанностями справляешься! — опустив всякого рода формальности-официальности, бушевал Володин, раздувая широкие ноздри. Времени прошло достаточно, а ты всё глухорятину жрёшь!

— Товарищ генерал-лейтенант, я совмещаю должность начальника дежурной части и начальника отдела раскрытия убийств, — попытался оправдаться острым дефицитом времени Рамцов. Ох, и глупо это было с его стороны. Оправдание прошло по боку.

— Да мне наплевать, сколько должностей ты занимаешь! — пуще прежнего взбесился Володин. — Ты отвечай на вопрос: почему убийство до сих пор не раскрыто?

— Товарищ генерал-лейтенант…

— Молчать, майор! — брызнул слюной высокий начальник. — Короче так. Если через неделю дела в суде не будет, пойдёшь рядовым в ППС! Я ясно выражаюсь?

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант! — вытянулся в струну майор, в душе же отсылая кабинетчика туда, откуда тот пришёл, причём через известный орган.

— Одна неделя! — в дверях обернулся Володин и погрозил майору пальцем.

Остальные генералы повторили жест председателя комиссии и следом за ним покинули кабинет Рамцова.

В принципе, одна хитрая задумка в отношении раскрытия этого убийства у майора Рамцова была. Он разыгрывал даже не одну, а целых две комбинации. Первая: поймать какого-нибудь бомжа-забулдыгу, как следует отпрессовать его и заставить взять на себя убийство Папы. И вторая: подсунуть труп «убийцы», застреленного при задержании, предварительно раскрасив его лицо очередью из «Калашникова».

С бомжом всё как-то не получалось, и вторая комбинация попала в разработку. Но… Задумка всё ещё была в зародыше. Рамцову в действительности не хватало времени. Он всё откладывал это дело на завтра, на послезавтра, но после налёта комиссии решил начать воплощение этой идеи немедленно. Но опять пришлось отложить на завтра, потому что рабочий день уже подходил к концу, а вечер майора был занят — по телевидению транслировали футбольный матч. Рамцов был фанатом футбола, и ради того, чтобы поболеть за любимую команду у голубого экрана, пожертвовал бы даже своей собственной карьерой. Короче, в этот вечер ему было категорически наплевать на дела служебные и, тем более на семейные. В домашнем халате и тапочках, с бутылочкой пива в руке прилип он к экрану телевизора. Он не замечал никого и ничего вокруг себя. Всё его внимание было сконцентрировано на лупцующие мяч фигурки. Отвлечь его не могла, как ни старалась, и любимая жена Ляля, в одиночку занимающаяся ремонтом квартиры и по этому поводу ропщущая на мужа, и дочь Наташа, постоянно шныряющая из своей комнаты в зал, где стоял телевизор, в поисках то предмета своего гардероба, то запропастившуюся куда-то косметичку. Наташа готовилась к очередному свиданию с очередным кавалером. Её лёгкое поведение с противоположным полом очень не нравилось ни отцу, ни матери. Наташа меняла парней, как перчатки, и с каждым умудрялась переспать. Слабость своего передка девка оправдывала якобы случившимся в школе изнасилованием, но фамилию насильника называть отказывалась, дабы не бередить душевную рану.